Ядром всей экспозиции, ее композиционным и идеологическим центром, конечно, стала выставка Владимира Плоткина – архитектора года-2010. Расположенная в фойе второго этажа, она становится тем центральным «пересадочным узлом», откуда начинается знакомство посетителей с «Арх Москвой» – кто-то идет в коммерческие экспозиции, кто-то в фестивальные проекты, а кто-то, вдохновленный поэтичностью плоткинского лаконизма, сразу поднимается на третий этаж в надежде продолжить знакомство с качественной архитектурой.
Пространство, отведенное под презентацию архитектора года, Владимир Плоткин выгородил четырьмя белыми параллелепипедами, отставленными друг от друга настолько, чтобы между ними образовались удобные проходы для посетителей. В этой структуре при желании можно усмотреть парафраз квартальной периметральной застройки – типологии, столь виртуозно освоенной и искренне любимой Плоткиным. И как в любом настоящем квартале, вся жизнь здесь сосредоточена внутри, оставаясь неочевидной для тех, кто просто проходит мимо белоснежных «коробок».
Четыре внутренних «фасада» играют роль стендов: в один из них вмонтированы мониторы, демонстрирующие трехмерные модели проектов и построек ТПО «Резерв», а в трех других вырезаны широкие прямоугольники, заполненные разными объемными узорами из все того же белоснежного пластика. Где-то это жесткая геометрическая сетка, где-то диагонали и ромбики, где-то, наоборот, небрежные росчерки и сложные многоугольные узоры. Время от времени они подсвечиваются изнутри и тогда в них мелькают маленькие силуэты людей – впрочем, даже без этой подсказки в инсталляциях сразу узнаются плоткинские дома, архитектурный образ которых во многом создается именно с помощью фасадной графики. При желании можно назвать конкретные аналоги – дом на 3-ей Фрунзенской улице, например, или знаменитый «Аэробус», или прошлогодний проект для «Фабрики Россия». Впрочем, сам архитектор не скрывает, что героями этой экспозиции стали не фрагменты ранее выполненных проектов, но импровизации как таковые, художественные упражнения, с которых в мастерской начинается работа над образом любого нового здания. Фактически на «Арх Москве» Плоткин показывает своего рода творческую лабораторию – пространство, в котором на наших глазах рождается архитектурный образ. Наверно, потому и был выбран именно белый цвет в качестве основного (и единственного) – здесь архитектура создается с чистого листа. И в этом смысле экспозиция архитектора года, конечно, как нельзя лучше соответствует замыслу всей нынешней «Арх Москвы», большую часть участников и аудитории которой составляют молодые проектировщики, заинтересованные в «наглядном пособии», ориентире, мудром наставнике, наконец.
Пространство третьего этажа поделено практически поровну: в главном зале здесь разместились российские бюро, слева и справа – иностранные (в том числе «Город по имени Испания», о котором мы уже писали), а в дальнем аппендиксе галерей – молодежный конкурс мебельных идей, конкурс дипломных работ и стенд «Архитектурные школы России». Первое же, что видит посетитель, поднявшийся на верхний этаж, – это трибуна МАО, оклеенная алыми лозунгами в духе русского авангарда. «МАО за открытый конкурс на Зарядье!» – от этой надписи при изучении стенда буквально пестрит в глазах. Однако постепенно понимаешь, что к чему: власти Москвы рассматривают возможность строительства на месте гостиницы «Россия» парламентского центра, то есть новой госдумы, а архитекторы возмущены, во-первых, тем, что это делается без конкурса, а во-вторых, тем, что огромная территория в центре города, если ее оккупируют депутаты, навсегда окажется выключена из общественной жизни. На двух видеоэкранах всевозможные деятели культуры и архитектуры призывают власти образумиться, а МАрхИ показывает дипломный проект реновации Зарядья. Расшифровать это послание несложно: даже студенты мыслят более прогрессивно и социально ответственно, чем чиновники, управляющие городом.
Определенным полемическим пафосом заряжены и некоторые другие проекты, вошедшие в экспозицию: так, Arch Group показывает проект российского культурно-духовного центра в Париже, пару месяцев назад вызвавший шквал критики в прессе, а разместившиеся прямо напротив «Архитекторы Асс» – скандально известную «Пермскую стену». Остальных участников раздела можно пересчитать буквально по пальцам: «Ардепо» выставили реконструкцию загородного дома, Тимур Башкаев – уже хорошо известный проект «Новая земля» (про него же он в субботу, 28 мая, прочитает лекцию), архитектурная мастерская «Дмитрий Пшеничников и партнеры» – эскизы жилой застройки космодрома «Восточный». Всего два проекта показал «Моспроект-4» – реконструированный Московский дом фотографии и бизнес-центр «Линкор» на Ходынском поле, который также присутствует на выставке номинантов «Золотого сечения» (на антресольном этаже). Вообще скромность самопрезентации – ключевое качество архитектурных стендов этого года, и объясняется оно, видимо, все тем же экономическим кризисом, в который этажом ниже уже не верится абсолютно. Но факт остается фактом: если коммерческая экспозиция в этом году едва вместилась в отведенные ей площади, то некоторые из архитекторов даже были вынуждены объединяться во имя экономии, благодаря чему родились весьма неожиданные союзы. Так, уже упомянутый «Моспроект-4» был состыкован с ООО «СТИМ Ремсервис», занимающимся коттеджами и художественной росписью в интерьере, а АБ Александры Федоровой скромно притулилось со своим единственным планшетом на торце стенда мастерской Левона Айрапетова и Валерии Преображенской Totement/Paper. Интересно, что последний с другой стороны подперла и вовсе коммерческая экспозиция, неизвестно как оказавшаяся среди архитектурных бюро, – стенд с застывшим вихрем из цветной кинопленки воспевает искусство домашнего кинотеатра.
Если не считать алеющих лозунгов МАО, то самыми разноцветными по оформлению и насыщенными по содержанию в этом разделе оказались «сборные» стенды молодых. Проект «5 – 2011» объединил работы пяти бюро – «Студия MEL», группа «А2», «ПланАР», SL project и za bor, а «Новые мастерские» представили портфолио таких команд, как «Дети Иофана», «Архитектурное бюро Бакушина и Киселева», «Vi project» и «Традиционная архитектура + дизайн». Скажу честно: эти экспозиции, в отличие от многих соседних, хочется изучать внимательно и долго, настолько нетривиальны, серьезны и одновременно остроумны проекты молодых архитекторов, еще не отягощенных ни возрастным сплином, ни бременем медных труб.
Такое же позитивное впечатление остается и от изучения экспозиции первого этажа, где, как уже говорилось, разместились номинанты премии «Авангард». Как известно, выбранные куратором 20 участников (в этом году из 109) представляют на конкурс свои портфолио и специально созданные проекты. В анонсах «Арх Москвы» указывалось, что молодые архитекторы выскажутся на тему «Образование», однако на самой выставке оказалось, что под этим понимается весьма фантазийный жанр народного просвещения – «изба-читальня». Каких только «избушек» тут нет! Типология «библиотека в лесу» предоставила авторам широчайшее поле для экспериментов, а возможность использовать любые материалы и технологии позволила придать объему читальни XXI самую замысловатую форму. Еще большей смелостью отличаются концептуальные проекты участников конкурса. Плавающие домики для пенсионеров Артема Укропова, парящий в воздухе коттедж Никиты Асадова (высоту дома можно регулировать с помощью специального троса), многоклеточная урбанистическая структура Екатерины Агеевой и стулья для наблюдений Дарьи Листопад, – эти и другие работы заставляют поверить в то, что потенциал отечественной архитектуры огромен, а мечты о ее конкурентоспособности отнюдь не беспочвенны.
«Здесь будет новая Россия», обещает плакат Бориса Бернаскони на стенде, посвященном проекту «Сколково», но пока кажется, что у соседнего раздела выставки шансов выполнить это обещание куда больше. Впрочем, нельзя исключать, что инноград сделает ставку именно на молодых, для которых инновации и эксперименты являются неотъемлемой частью выбранной профессии.
