Дорога к парку

«Братеевские телепортеры» – навес, который позволил оформить и защитить вход в одноименный парк, и получил недавно спецприз жюри АРХИWOOD. Рассматриваем проект и отчасти – дискуссию экспертов премии вокруг него.

Автор текста:
Дарья Горелова

mainImg
Архитектор:
Григорий Гурьянов
Денис Чистов
Мастерская:
Архитектурное бюро Практика http://www.bureau-praktika.ru/
Проект:
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Россия, Москва, начало перголы -- на повороте, где Братеевская улица переходит в Алма-Атинскую

Авторский коллектив:
Григорий Гурьянов, Денис Чистов, Александрина Левандовская

2018 / 2018
«Братеевские телепортеры» были отмечены спецпризом жюри премии АРХИWOOD в прошлый четверг. Ранее проект входил в тридцатку премии журнала «Проект Россия», и в целом уже достаточно известен. Функционально «телепортеры» представляют собой навес под очень мощной линией электропередач, которая проходит над парком, в том числе над его северным входом у жилых домов 3 и 4 микрорайонов Братеева. Согласно нормативам под ЛЭП нельзя ходить, поэтому понадобились навесы, которые архитекторы превратили в ажурную перголу, по совместительству – портал в парк и объект, тяготеющий к лэнд-парку, хотя практическое назначение делает его скорее парковым павильоном.
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Фотография © АБ Практика
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Фотография © АБ Практика

Парк Братеевская пойма, самая широкая часть парка Братеево, который тянется вдоль берега Москвы-реки, подхватывая дело Коломенского и Дьякова, от Борисовских прудов до МКАДа, – два года назад был благоустроен по проекту, разработанному бюро «Практика» совместно с генеральным проектировщиком – компанией «САП Проект», – в сущности навес-портал стал самой известной частью этого проекта из-за своей вынужденно-неожиданной типологии. Хотя тема навеса над тропой, причем даже более капитального, чем «телепортеры», не чужда парку в принципе.
  • zooming
    1 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    2 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    3 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    4 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    5 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    6 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика
  • zooming
    7 / 7
    Парк «Братеевская пойма»
    Фотография © Практика

Вход-навес и правда больше всего похож на портал перехода из одного пространства, в данном случае спально-микрорайонного, в другое, зеленое приречное. Дверь в чистом поле, ведущую в какой-то другой мир, визуально освоили и закрепили в культуре сюрреалисты и Рене Магритт, – но наше время она, конечно, интуитивно понятна, будучи хорошо освоена компьютерными играми и литературой. В данном случае мы видим не дверь между мирами, а, скажем так, убранистического типа коридор: чтобы попасть из одного пространства в другое, необходимо пройти пешком некоторое расстояние. Хорошо бы «коридор между мирами» еще и действовал, как у Макса Фрая или Льюиса Кэролла, то есть можно было бы попасть куда угодно по своему выбору. Но признаем, что как бы ни хотелось и впрямь перенестись в иной мир по своему выбору, парк тоже неплохой вариант.
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Фотография © АБ Практика

Между тем мы уточнили, в чем была суть разногласий в судействе АРХИWOODа, приведших к появлению экстра-премии, доставшейся объекту: часть жюри была категорически против объекта, другая часть – категорически «за». Почему против?

«Претензий к архитектурному решению нет, – говорит член жюри, глава компании «Сергей Киселёв и Партнеры» Игорь Шварцман. – Архитекторы выкручиваются в предлагаемых обстоятельствах с должным творческим подходом и профессиональной смекалкой. Вопрос к самим обстоятельствам. Под ЛЭП запрещено размещение запроектированных функций. Но коль скоро они нужны и уместны именно в этом месте, то правильнее убрать кабельные линии под землю с проведением необходимых защитных мероприятий, а не исхитряться с приспособлениями. Просто не хочется продвигать подобные решения и широким жестом дарить ответственным структурам идеи, позволяющие спокойно и беззатратно взирать на происходящее».

Горячим сторонником проекта в жюри оказался архитектурный критик, главред сайта ArchSpeech Александр Змеул, вот как он комментирует свою позицию: «Легко и приятно давать премию проектам, подчёркивающим красоту природного ландшафта или историческую архитектуру. Но гораздо важнее отметить проект, работающий со средой, в которой живет чуть ли не большинство. Спальный район, состоящий из типовых домов, линия электропередач, тянущаяся за горизонт, пустыри и пустоты. Братеевские порталы не просто решают функциональную задачу, но и осуществляют настоящую эстетическую интервенцию».
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Фотография © АБ Практика

Итак, в технических аргументах есть смысл, который, впрочем, не отменяет эстетической ценности объекта. На границе микрорайонов он смотрится уместно и хорошо, позволяет людям «срезать» вход в парк. Густая двухслойная решетка из тонких деревянных реек дает переплетающуюся ажурную тень, а теплый цвет дерева (интересно, когда он станет серым и станет ли) немного разгоняет тоску панельной застройки.

Дадим же слово архитекторам, публикуем их комментарий к проекту полностью, включая «лирическое отступление»: 
  • zooming
    1 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    2 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    3 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    4 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    5 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика

«Братеевская пойма – место на юго-востоке Москвы, где река покидает город, пересекая МКАД. Раньше это был огромный, местами заболоченный пустырь, исполосованный инженерными коммуникациями. Главный визуальный маркер территории – ЛЭП. Высотные решетчатые мачты маячат в поле зрения задолго до приближения, уходят каскадами к горизонту. Их здесь десятки. Высоковольтные линии пересекают территорию широкими полосами в разных направлениях. Некоторые уходят на другой берег реки. Теперь здесь появился парк «Братеевская пойма».

Первое, что встречает у входа в парк – защитные навесы под высоковольтными (500 кВ!) проводами. Другого пути, чтобы добраться до реки, здесь просто нет. По нормативам безопасности ФСК ЕЭС пешеходные дорожки должны быть защищены от возможного обрыва и падения проводов. Это требование именно для 500-киловольтных линий (видимо, падение 150-кВ провода для человека уже не опасно). Защиту надо обеспечить в зоне 25 метров от проекции провода на землю, и, разумеется, из непроводящего материала. Ответом на задачу стала пространственная деревянная конструкция-туннель с решетчатыми стенами и потолком.
  • zooming
    1 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма». Проект. Фрагмент генплана
    © АБ Практика
  • zooming
    2 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма». Проект. Генплан
    © АБ Практика
  • zooming
    3 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма». Проект. Фасад
    © АБ Практика
  • zooming
    4 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма». Проект. Рабочий макет
    © АБ Практика
  • zooming
    5 / 5
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика

Расстояния – главная сложность территории. От крайних жилых многоэтажек до прибрежной благоустроенной зоны идти больше километра. Навесы помогают преодолеть первый участок пути. Попадая внутрь, движешься как будто в другом измерении времени и пространства. Туннель-телепортер длиной 215 метров переносит вас сразу вглубь парковой территории.

Визуальный код места: сюрреалистичная красота природной территории, подвергшейся необратимому внедрению техногенной инфраструктуры. Решетчатые конструкции высоковольтных мачт живут в нашем дизайне навесов и парковых павильонов. В результате эта абсолютно вынужденная конструкция превратилась в нашу любимую часть проекта. Дружелюбная, наполненная светом, удивительным образом она создает атмосферу места и его идентичность.
  • zooming
    1 / 4
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    2 / 4
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    3 / 4
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика
  • zooming
    4 / 4
    Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
    Фотография © АБ Практика


Лирическое отступление
ЛЭП завораживают, инспирируют и провоцируют художественное осмысление. Дело в сюрреалистичном сочетании огромного масштаба, иррациональности (кажется, они идут из ниоткуда в никуда, поверх ландшафта, никогда не совпадая с направлением дорог) с очевидной антропоморфностью причудливых силуэтов. ЛЭП – часть генетического кода русского ландшафта.
zooming
Внутреннее Дегунино
Павел Отдельнов

Поле, лес вдалеке, небо, облака, домики со скатными крышами (опционально – белая церквушка), и ЛЭП. Еще недавно храм на Нерли и мачты ЛЭП дополняли друг друга. Теперь провода убрали под землю: не потерял ли этот иконический пейзаж частичку своей пронзительной идентичности?».
zooming
Церковь Покрова на Нерли
Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру. 1998
Архитектор:
Григорий Гурьянов
Денис Чистов
Мастерская:
Архитектурное бюро Практика http://www.bureau-praktika.ru/
Проект:
Навесы под ЛЭП в парке «Братеевская пойма»
Россия, Москва, начало перголы -- на повороте, где Братеевская улица переходит в Алма-Атинскую

Авторский коллектив:
Григорий Гурьянов, Денис Чистов, Александрина Левандовская

2018 / 2018

25 Сентября 2019

Автор текста:

Дарья Горелова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Метаболизм и Бах
Проект гостиницы для периферии исторического Петербурга, воплощающий непривычные для города идеи: транспарентность, незавершенность и сознательный отказ от контекстуальности.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Террасы и зигзаги
UNStudio прорывается в Петербург: на берегу Финского залива началось строительство ступенчатого офиса для IT-компании JetBrains.
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Диско Суперстар
Павильон для фудтраков в Парке Горького с предметами дизайна из советского автопрома ностальгирует по неоновой Америке.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Сложный белый
Спортивный центр на берегу Суздальского озера – редкий пример того, как архитекторы пошли до конца в отстаивании своих идей. Ответом на ограничения участка и пожелания заказчика стала изощренная композиция, уравновешенная чистотой линий и лаконичной отделкой.
Бинокль архитектора
Новый собственный дом Тотана Кузембаева – удивительный деревянный катамаран, врытый в склон под углом, обратным перепаду рельефа. Сама двухчастная структура дома была выбрана ради лучшей звукоизоляции, столь необычная посадка на участке – ради лучшего вида, ну а выбор дерева как ключевого материала постройки, конечно, никого не удивил.
Как на праздник, часть II
В продолжении подборки современных офисных интерьеров: висячие и вертикальные сады, живой уголок, капсулы для сна и офис-трансформер.
Как на праздник, часть I
В первой подборке офисных интерьеров, отвечающих современному трудовому процессу – wi-fi и камины, переговорные и игровые, эффектность и функциональность.
Кисельные берега взаправду
Стратегия развития Казанки – масштабный и амбициозный проект по созданию национального парка в самом сердце города, способного изменить образ жизни казанцев. О реалистичности и серьезности намерений говорит тот факт, что с момента утверждения Стратегии отменено несколько крупных строек на берегах реки.
Орбитальное расхождение
Ансамбль деревянной ротонды и овального моста, сооруженный Антоном Кочуркиным в ПКиО Выксы, напоминает схему планеты, сошедшей к орбиты на апогее, но все же к ней привязанной. А мост соединяет, вместо двух берегов, – воды двух прудов. Словом, объект театрализует и осмысляет действительность по законам жанра паркового павильона.
Не реставрация, но воссоздание
Декоративное панно «Защитникам Отечества» в Калуге, созданное почти полвека назад художником Владимиром Животковым, обрело вторую жизнь и избежало забвения. Теперь на его месте – точная и усиленная копия.
Красная ботаника
Жилой комплекс рядом с петербургским Ботаническим садом невысок и уютно-контекстуален. На основе современного средового и орнаментального модернизма он совмещает аллюзии на соседние исторические здания и тему флорального декора, также продиктованную гением места.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Изба дель арте
Мы решили отобрать несколько объектов из шорт-листа премии АрхиWOOD и рассмотреть их поближе. Суздальский дом интересен тем, что делает своим сюжетом все еще актуальный вопрос современности: диалог старого и нового. Его можно понять как метафору современного туристического города, может быть, даже размышление о его судьбе.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Технологии и материалы
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.