«Архитектура - это проектирование Родины». Лекция Альфреда Якоби

Лекция Альфреда Якоби, ректора архитектурной школы Дессау, прошла в рамках программы Ц:СА OVERVIEW в московском Доме Архитектора. Темой лекции стала отдельная и очень личная область в творчестве Альфреда Якоби – строительство синагог и еврейских центров. Дело в том, что в детстве архитектор пережил трагический опыт Холокоста, потом, живя в послевоенной Германии, на себе испытал нелегкую судьбу евреев, чудом выживших во время нацистского режима

Свою лекцию о строительстве новых синагог в Германии, стране, больше всего пострадавшей от гонений на евреев, Альфред Якоби начал с самого начала – с ветхозаветного иерусалимского Храма. Он показал слушателям сделанную историками реконструкцию. По мнению Якоби, он сочетает в себе особенности двух культур – греческой и вавилонской, но также несет в себе и специфические черты еврейской культуры – она проявляет себя в организации системы доступа к храму, которая, как известно, состояла из нескольких дворов – последовательность этих дворов отражает структуру древнееврейского общества.

Второй Иерусалимский Храм (храм Ирода). Реконструкция. Модель, находящаяся в Музее Израиля. Источник: wikipedia
zooming
Нюрнберг. Купола главной синагоги города, разрушенной в 1938 году. Фотография 1900 года. Источник: wikipedia.org

Иерусалимский Храм – центр и воплощение веры Ветхого Завета и культуры еврейского народа, был разрушен римлянами в 70 г. н.э., от него осталась только западная стена – «стена плача», названная так потому, что у нее евреи оплакивают разрушение своего первого храма. С тех пор евреи не имели права жить в Иерусалиме и рассеялись по Европе: через Грецию по долине Рейна они попадали на территорию современной Германии. Так начинается история еврейских общин в этой стране, с ними же появляются и первые молельни - синагоги.

Альфред Якоби. Синагога в Аахене. 1995. Фотография: Norbert Schnitzler

Чтобы проследить историю и типологию синагоги в Германии, Альфред Якоби предложил рассмотреть для примера отдельно взятый немецкий город – Нюрнберг. На гравюре XV века Нюрнберг представлен типичным феодальным городом, вокруг которого простираются засеянные крестьянами поля, внутри стен обитают ремесленники, а на холме возвышаются две основные силы, властвующие над городом – церковь и феодал. В средневековом немецком городе церковь и синагога мирно сосуществовали по соседству друг с другом. В XIX веке немецкое общество шло навстречу евреям – и как доказательство этого – купола главной синагоги издалека видны на фотографиях города.

Альфред Якоби. Синагога в Аахене. 1995

Нацисты, придя к власти, перечеркнули всю еврейскую культурную традицию, сложившуюся к этому моменту в Германии – практически все синагоги были разрушены или сожжены. В 1960-е гг. строительство синагог в Германии возобновляется, но они приобретают довольно странный вид, по словам Альфреда Якоби, «они становятся похожи не на молельные сооружения, а на жилые дома с пристройкой в виде кафе». Такой парадокс произошел вследствие нацистских гонений и истреблений евреев в Германии. Даже спустя несколько десятков лет евреям все равно было некомфортно жить в этой стране, они не хотели строить заметные синагоги и прибегали к маскировке своих сооружений внутри городской застройки.

Альфред Якоби. Синагога в Касселе

Следующим этапом развития синагоги в Германии стала ее «реабилитация» – которой, в частности, занимается в настоящее время архитектор Альфред Якоби. Первым проектом, о котором рассказал архитектор, стала перестройка синагоги в Оффенбахе. Изначально постройка представляла собой небольшое стоящее в глубине и тем самым спрятанное от города здание, рассчитанное на 80 человек. Но к 1998 г. еврейская община Оффенбаха выросла с 80 до 1000 и понадобилась перестройка синагоги.

Альфред Якоби. Синагога в Шемнице

Идея Якоби заключалась в том, чтобы построить вокруг старого здания нечто подобное ковчегу: он сохранил ядро, убрав всю его внутренность, а в центре организовал пространство в виде корабля – место, куда кладут тору.

Следующий проект был создан для Аахена, который был почти разрушен во время второй мировой войны. Альфред Якоби выиграл конкурс на строительство синагоги, в котором участвовали около 80 мастерских – за счет того, что в программе его проекта было заложено улучшение городской среды и реставрация города посредством строительства синагоги, а также строительство нового жилья. Особенность этого молельного дома в том, что синагога раскрывается в городское пространство – больше не прячется, а занимает важное место в застройке. Внутреннее пространство – многофункциональный зал, где установлены общие скамьи, а не отдельные стулья – как объяснил А. Якоби, «люди здесь должны чувствовать общность, когда собираются вместе». Также в зале установлено 5 столбов, дабы обозначить то место, где должно храниться Пятикнижие Моисея.

В следующей постройке – синагоге в Касселе, Альфред Якоби стремился воплотить идею того, что еврейский народ является народом Книги, не только в религиозном, но и в культурном плане. Дело в том, что частный коллекционер подарил общине этого города частным коллекционером было подарено 1000 книг – и хотел, чтобы в новом здании синагоги была утроена, в числе прочего, библиотека для них. Здание состоит из двух объемов, объединенных стеклянным фойе, которое, по словам архитектора, «символизирует святую Книгу и одновременно книгу как литературу». Алтарное пространство, которое должно быть самым заполненным местом, здесь пусто, в чем заключен глубинный смысл: человек приходит сюда и молится, находясь наедине с собой.
 
Еще один проект Альфреда Якоби находится в Бремене. Это еврейское кладбище, спроектированное в сотрудничестве с ландшафтными архитекторами. Оно состоит из площади перед входом, здания для церемоний, технических построек и огромного эллипса, символизирующего бесконечную дорогу.

Также Альфред Якоби выиграл конкурс на создание полусакрального – полумузейного здания в Кельне, городе с большой историей, которая начинается с римского завоевания -  сейчас в центре города находится большая зона археологических раскопок, где было найдено множество римских фундаментов. Над остатками древней синагоги, найденной при этих раскопках, было решено построить еврейский музей. В своем проекте Альфред Якоби стремился как воссоздать древнюю синагогу, так и отдать дань римским руинам, находящимся на глубине пяти метров под уровнем земли. Идея архитектора заключалась в том, чтобы организовать постепенный переход от прошлого к настоящему, от Римской империи к современной Германии, снизу – вверх. Здание музея не предполагало нахождения в нем синагоги. Однако над тем местом, где находились руины старой синагоги, было устроено пространство для молитвы, рассчитанное на 10 человек.

Три года назад Альфред Якоби выиграл конкурс на строительство здания еврейской общины в Парк-Сити, штат Юта, США. Здание должно было находиться вне черты города, в великолепном природном окружении, поэтому главной задачей, которую ставил перед собой архитектор, было проектирование здания как части ландшафта. Для этого он использовал наиболее экологичные материалы – светлое дерево и темный кирпич, создавшие эффектный контраст в отделке фасадов и интерьера. Здание еврейской общины состоит из двух соединенных объемов, которые могут трансформироваться в один большой зал, а также классов и офисов для работы администрации общины. В разрезе здания архитектор хотел сымитировать ландшафтные формы – холмов, гор, воды. Отсюда появляются изгибающиеся деревянные потолки, контрастирующие с такими же деревянными, но ровными потолками.

Здание еврейского центра – единственная постройка Якоби, которая вышла за пределы лекции о новых синагогах Германии. Вероятно, архитектор намеривался сравнить архитектуру еврейских сооружений через сравнение судеб одного и того же народа в разных странах: Америка стала приютом для евреев во время нацистского режима, Германия стала для них одним большим концлагерем. Но в современном мире стараниями многих людей, в том числе и Альфреда Якоби, еврейская культура в Германии восстановлена и существует на равных со всеми остальными, так же, как и в Америке.

23 Июня 2008

Черные ступени
Храм Баладжи по проекту Sameep Padora & Associates на юго-востоке Индии служит также для восстановления экологического равновесия в окружающей местности.
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Открывшись небу
Архитекторы Enota соединили часовню с деревенской площадью, превратив свое сооружение в ландшафтную скульптуру, призванную акцентировать идентичность пригородного поселения.
Знание и свет
Катарский факультет исламоведения и мечеть «Города образования» близ Дохи по проекту бюро Mangera Yvars Architects.
Технологии и материалы
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
Сейчас на главной
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Пресса: Архитектура без будущего: какие здания Россия потеряла...
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Пресса: «Пока не сменится поколение, не видать нам деревянных...
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Лаборатория стихий
На берегу озера Кабан в Казани бюро АФА реализовало проект детского пространства, где игра строится вокруг исследования. Развивая концепцию благоустройства Turenscape, архитекторы превратили территорию у театра Камала в последовательность природных ландшафтов – от «Зарослей» с песком до «Отмели» с ветряками и «Высоких берегов» со скалодромом. Ключевой элемент – вода, которую можно направлять, слушать и чувствовать.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Рестораны с историей
Рестораны в наш век перестали быть местом, куда приходят для того, чтобы утолить голод – они в какой-то степени заменили краеведческие музеи и стали культурным поводом для посещения того или иного города, а мы с вами дружно и охотно пополнили ряды многочисленных гастропутешественников.
Они сказали «Да!»
Da Bureau выпустило в издательстве Tatlin книгу, которая суммирует опыт 11 лет работы: от первых проектов и провалов до престижных наград, зарубежных заказов и узнаваемого почерка. Раздел-каталог с фотографиями реализованных интерьеров дополняет история успеха в духе «американской мечты». Что сделало ее реальность – рассказываем в рецензии.
Алмазная огранка
Реконструкция концертного зала Нальмэс и камерного музыкального театра Адыгеи имени А.А. Ханаху, выполненная по проекту PXN Architects, деликатно объединила три разных культурных кода – сталинского дома культуры, модернистской пристройки 1980-х и этнические мотивы, сделав связующим элементом фирменный цвет ансамбля – красно-алый.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Слагаемые здоровья
Одним из элементов бренда сети медицинских клиник «Атлас» выступают интерьеры, созданные бюро Justbureau с учетом дизайн-кода и современных подходов к оформлению оздоровительных пространств, которые должны обеспечивать комфорт и позитивную атмосферу.
Сад на Мосфильмовской
Жилой комплекс «Вишневый сад», спроектированный AI Studio, умелая интервенция в контекст Мосфильмовской улицы, спокойная и без вычурности, но элитарная: отличается качеством реализованных решений и работой с территорией.
Разрыв шаблона
Спроектировать интерьер завода удается мало кому. Но архитекторы бюро ZARDECO получили такой шанс и использовали его на 100%, найдя способ при помощи дизайна передать амбициозность компании и высокотехнологичность производства на заводе «Скорса».
Барокко 2.0
Студия ELENA LOKASTOVA вдохновлялась барочной эстетикой при создании интерьера бутика Choux, в котором нарочитая декоративность деталей сочетается с общим лаконизмом и даже футуристичностью пространства.
Отель на вулкане
Архитектурное бюро ESCHER из Челябинска поучаствовало в конкурсе на отель для любителей конного туризма в кратере потухшего вулкана Хроссаборг в Исландии. Главная цель – выйти за рамки привычного контекста и предложить новую архитектуру. Итог – здание в виде двух подков, текучие формы которого объединяют четыре стихии, открывают виды на пейзажи и создают условия для уединения или общения.
Огороды у кремля
Проект благоустройства берега реки Коломенки, разработанный бюро Basis для участка напротив кремля в Коломне, стал победителем конкурса «Малых городов» в 2018 году. Идеи для малых архитектурных форм авторы черпали в русском деревянном зодчестве, а также традиционной мебели. Планировка функциональных зон соотносится с историческим использованием земель: например, первый этап с регулярной ортогональной сеткой соответствует типологии огорода.
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.