Храм раздавил улицу Ленина...

Что будут делать российские архитекторы в Сколково, какие объекты появятся в реконструированном Парке Горького, сохранит ли свой исторический облик ВВЦ, как защитить ценную застройку Хабаровска и Нижнего Новгорода и какой будет воссозданная Десятинная церковь в Киеве – обо всем этом читайте в нашем очередном обзоре блогов.

mainImg
Одна из животрепещущих архитектурных тем – проектирование иннограда Сколково и возможность участия в этой работе российских архитекторов. Надо признать, она не вызвала бурного обсуждения даже после выступления Григория Ревзина, инициатора организации сколковских конкурсов для россиян, в конце мая на Арх Москве. Перед этим известный критик и экперт рассказал о Сколково и о конкурсах в интервью Сноб.ру, а после анонсирования на выставке на сайте Сколково открылась форма предварительной регистрации для участия в конкурсах. Мы в свою очередь открыли обсуждение этих конкурсов на Архи.ру. Пока что разговор сосредоточился на двух вопросах: о возможности участия не-московских архитекторов и о необходимости участия иностранцев. Первое наши посетители оценивают пессимистично («...жаль, что основной список проектных задач остается в Москве»), по поводу второго высказываются разнообразно: одни приветствуют иностранцев под предлогом того, что у наших все равно ничего не получится, другие возмущены тем фактом, что иностранцам в Сколкове отдано много.

Еще одна актуальная тема – осовременивание среды ЦПКиО им. Горького, над концепцией которого сейчас трудится институт «Стрелка». На портале The Village появилась карта объектов, о которых на сегодняшний день известно, что их планируется разместить в парке. На том же портале открылся специальный блог, посвященный ЦПКиО; одной из последних записей там стал проект бюро Wowhaus, которое предложило создать на Пушкинской набережной пляж-волну. Помимо возвращения в парк «Девушки с веслом», о чем много писали в прессе, в парке будет восстановлена  Пионерская алея со скульптурами 1920-х, советский ресторан «Времена года» (его возрождением займется сам Рем Колхас), обсерватория 1923 года, а также отреставрированные летний, ванный и охотничий домики Нескучного сада XVIII-XIX веков.

Куда более туманным выглядит будущее ВВЦ – автор блога boch_boris1953 Борис Бочарников опубликовал любопытнейшую подборку материалов по реконструкции ансамбля, собранную им за несколько месяцев из разных источников. Больше всего знатока ВВЦ озадачили планы по восстановлению утраченных исторических фрагментов, в которых нашлось много нелепостей. Так, из двух воссоздаваемых рядом павильонов «Урал» и «Дальний восток» один почему-то решили сделать ниже окружающих, поскольку воссоздавать будут без надстройки 1939 года. Заново отстраиваемый павильон Таджикской ССР окажется не на своем месте. По проекту будут уничтожены кассы-пилоны Хованского входа 1954 года, а также «Типовая усадьба МТС» (машинно-тракторной станции, а не то, что все подумали) с частью ансамбля «Новое в деревне», где до сих пор остались интересные постройки 1939 года. Ну и наконец, легендарный Монреальский павильон станет Оперным театром.

Последний факт вызал особенно бурную реакцию. Пишет siorinex: «Монреальку в филармонию – бред! Акустика, перекрытия... как минимум его надо внутри перестраивать, снося перекрытия между этажами. А конструкция довольно «летящая» и крыша от такого надругательства поедет почти 100%!» – «Не понимаю, зачем воссоздавать снесенное, да еще не на историческом месте? Разрушенное уже не вернешь. Лучше бы поддерживали в должном виде то, что сохранилось, если деньги им девать некуда», – недоумевает annd07. Но boch_boris1953 уверен, что без воссоздания не обойтись, равно как и «восстановления утраченных элементов декора ряда павильонов, на которых произвели «упрощения». Просто делать надо только на своём месте. А то оказывается, что в проекте знаменитый ресторан «Золотой Колос» превращается в отель, а значит его могут до неузнаваемости перестроить, считает автор.

Этой весной в число вероятных жертв реконструкции и перепрофилирования попал и Дворец пионеров на Ленинских горах. В этом свете любопытно упомянуть небольшое эссе Юрия Аввакумова в Снобе, в котором он, в частности, написал и о значении Дворца пионеров для нескольких поколений москвичей – правда, безотносительно к истории с Винер, а по просьбе журнала «Афиша», собирающего воспоминания современников о шедеврах архитектуры 1960-х:  «Я не занимался в кружках Дворца Пионеров на Ленинских горах, открытого ко Дню защиты детей в 1962м, намного позже узнал, что он построен группой архитектора Игоря Покровского, как и то, что ему дали Госпремию – только проезжал иногда мимо, но у меня совершенное чувство, что этот дворец, как и павильончики с вывернутыми крышами в детских садах, мой. Сочинские дворцы из Старика Хоттабыча не мои, а этот, ни на что не похожий: свободно поставленные стены в мозаиках, витражи, флагшток, зеленое поле в косую полоску – мой родной».

В то время как в Москве восстанавливают историчность ЦПКиО и ВВЦ, в Петербурге подобную операцию производят над Летним садом, который, правда, много старше московских парков, а потому и операция много ответственней. Проект уже вовсю реализуется, а споры вокруг него не стихают. Очередной виток дискуссии на эту тему спровоцировала острая статья Михаила Золотоносова на портале «Город 812», в которой критик обвиняет Русский музей в производстве работ без согласованного проекта, растратах на копии, которыми собираются заменить мраморные статуи, строительстве фонтанов-новоделов и т.п. Попасть на стройплощадку таким критикам, разумеется, не дают, и ряд блоггеров сочли панику надуманной, пишет antiterrorist: «Какой сад не реставрируют, «подозрения» одни и те же. Перекопают, построят ресторан, лишат пространства и т.д. Надо смотреть законченную композицию, а не полуфабрикат». grannie поддерживает: «Пейзажный парк в парадном центре города – само по себе нонсенс. Понятно, что мы к такому его виду привыкли, но он так не задумывался. А чего кроме нескольких деревьев мы лишились? А вот воссоздаваемые фонтаны – вполне себе исторические, на реальных исторических фундаментах». terr0rist так не считает: «Нонсенс – это Фонтаны в СПБ. У нас полгода зима, и что будет видеть человек с 1 октября по 1 мая? Куски безжизненного гранита?» a_ntonina добавляет: «8 млн. и 0,5 млн – траты завышены в 16 раз! Аналогов предостаточно: стадион на Крестовском, Мариинка, метро, дорогущие дороги с колейностью через полгода. Вот на это есть что сказать?»

Тем временем очередная пермская новация по части градостроительства – создание пешеходной улицы Кирова – вопреки всему удалась, так во всяком случае считает пермский губернатор Олег Чиркунов в своем блоге: «Больше всего мне понравились многочисленные дворы, где происходит много интересного: кузнецы, садоводы…». С губернатором согласны отнюдь не все, melkiad, например, не доволен транспортной ситуацией: «Зачем нужно вырезать из инфраструктуры города целую улицу! Мало пешеходных аллей? Благоустройте любую – будет тот же эффект!» Реализация могла быть и лучше, считает theo0: «Задумка хорошая. Но улица какая-то куцая и воплощение убогое. Нет ни шика, ни основательности. <…> Для начала хоть бы дизайн проект составили что ли, а то похоже это на показуху или быстренькое «освоение» бюджетных денег».  ac3ss удивляется, что мешает вместо улицы Кирова «сделать нормальную красивую набережную?». А житель Екатеринбурга Vladimir Zlokazov предупреждает о возможностях бездумной застройки променада: «А будет ли у улицы какое-то программирование в плане мероприятий или целенаправленного насыщения ее разными функциями? <…> Например, у нас в Екатеринбурге есть пешеходная улица – ее построили в три этапа. Так вот на последнем этапе на нее вышел фасадом торговый центр, и на этом фасаде кроме единственного входа ничего нет, что естественно улице жизни не добавляет».

В блоге dkphoto развернулся интересный разговор о статусе исторических городов. Поводом стала статья доктора архитектуры Н.П. Крадина, посвященная исключению г. Хабаровска из этого списка. Крадин пишет о постепенной деградации исторической среды города в последние десятилетия и dkphoto согласен: «Очень важный показатель отношения к историческому наследию – объем памятников архитектуры, до 1990 года он применительно к Хабаровску был чрезвычайно лаконичен...» Многих блоггеров, однако, в статье Крадина не устроила расстановка акцентов на более и менее «ценные» здания, так, автор пишет, что «самый крупный на Дальнем Востоке Спасо-Преображенский собор с реки закрыт, словно экраном, панельной пластиной Дома радио…». Дело в том, что собор – новодел, а позднесоветский Дом радио, оказывается, всем очень нравится, что вполне понятно, поскольку в Хабаровске велико значение архитектуры конструктивизма: «Дом Радио, вообще-то, построен гораздо раньше собора. Чем думали, когда собор проектировали?» – замечает анонимный комментатор. shlyapa_dvb продолжает: «Слон в посудной лавке – это как раз таки собор на площади Славы. Памятник ради него в сторону отодвинули, а теперь ему, гляди-ка, и остальное мешает, что от ансамбля площади осталось». werwolf_1975 тоже считает, что Дом радио «давно стал символом Хабаровска и встречается на всех снимках города с реки последнего 20-летия прошлого века.  <…> Почему в угоду новодельному храму нужно сносить ставшее уже историческим здание непонятно. <…> Имхо храм «раздавил» ул. Ленина, строительство духовной семинарии в центре города так же вряд ли оправдано». periskop делает невеселый прогноз: «Комсомольская при продолжении нынешней идеологической линии лет через 15 окончательно станет Соборной, а памятнику Партизанам будут искать другое подходящее место, где-нибудь на окраинах. Если не снесут вообще. Дом Радио также может быть снесён вообще, однако новые высотки при этом не тронут».

Вместе с жителями Хабаровска в градостроительную дискуссию вступили и защитники исторического Нижнего Новгорода – поводом для них стала статья известного писателя Захара Прилепина в «Огоньке». Разумеется, в числе комментариев нашлись и сторонники политики губернатора Валерия Шанцева, пишет Racoonbear: «В городе полно старого деревянного жилья, выглядящего очень уныло. <...> Хорошо, пусть некоторые из них имеют историческую ценность. Вопрос, что с ними делать?» archit_nn совсем антиисторичен: «Ни разу не слышал от Шанцева каких-то установок на снос памятников. Практически в любом случае сохранившиеся памятники не подлежат реставрации, которая имела бы хоть какой-то экономический смысл <…>. В таких случаях как вариант — снять с охраны, реконструировать и потом опять поставить». Seguente парирует: «Во-первых, памятники не для экономического смысла существуют, а для культурного. А во-вторых, такое понятие, как «временный снос», не имеет смысла, так же как «временное уничтожение». Alexdz поддерживает: «Езжайте в Европу, на которую вы так любите смотреть через призму прогресса, и там сносите памятники, а потом воссоздавайте. Посмотрим, где вы проведете остаток своих дней. Да, действительно, вот странность какая, что в ФЗ о культурном наследии не предусмотрена возможность «временного отсутствия памятника».

И напоследок – о громком скандале в центре Киева, где власти задумали восстановить руины Десятинной церкви, облагородить и музеефицировать их, создав вокруг современный туристический центр. Концепцию должны были выбрать в ходе конкурса, однако финал был сорван из-за того, что проект, лоббируемый местной церковью и предполагавший строительство на руинах новодела, недобрал голосов. В итоге лидеров так и осталось двое – первый со строительством нового храма, которое перечеркнет возможность дальнейшего археологического изучения, и второй с музеефикацией руин, полностью соответствующий условиям конкурса. Посмотреть, что они из себя представляют, можно здесь, а подробно историю с воссозданием Десятинной церкви освещает блог Музея Древнерусской культуры им. Андрея Рублева.
zooming
Генплан инновационного центра «Сколково», макет, © AREP. Выставка в «Гараже», декабрь 2010. Фотография Юлии Тарабариной
zooming
Новый объекты на территории ЦПКиО им. Горького. http://www.the-village.ru/
zooming
Пляж на Пушкинской набережной. http://www.the-village.ru/
zooming
Нижний Новгород. Вид на Международный Центр торговли. Фото: Марина Игнатушко
zooming
Один из шести сохранившихся рисунков киевской Десятинной церкви. http://www.domik.net/

10 Июня 2011

Технологии и материалы
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Сейчас на главной
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Теплый берег
Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.
Жизнерадостный декаданс
Ресторан «Машенька», созданный бюро ARCHPOINT, представляет еще один взгляд на интерьерный дизайн, вдохновленный русскими традициями и народными промыслами. Правда, в нем не так много прямых цитат, а больше вольных фантазий в духе «Алисы в стране чудес», благодаря чему гости могут развлечься разгадыванием визуальных шарад.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Приближение таинства
Бюро Ивана Землякова ziarch спроектировало для Новой Москвы небольшой храм для венчаний и крещений, который также включает приходское кафе в духе «Антипы». Автор ясно разделяет мирскую и храмовую части, опираясь на аналоги из архангельских деревень. Постройка дополнит основной храм, перекликаясь с ним схожими материалами в отделке.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Легкая степень брутализма
Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Текстильный подход
Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.
«Призрак» в разноцветном доспехе
Новый формат ресторанов – «призрачная кухня», появившийся не так давно на волне все возрастающей с ковидных времен привычки заказывать ресторанную еду на дом, требовал не менее нового и эффектного дизайна. Именно такое неформальное и жизнерадостное дизайнерское лицо разработало бюро VEA Kollektiv для бренда Why Not Sushi.
Цветы жизни
Архитектурная мастерская «Константин Щербин и партнеры» разработала мастер-план кампуса Университета имени Лесгафта, который, вероятно, расположится во Всеволожске. Планировочная структура с четким ядром и системой осей напоминает цветочную поляну, в центре которой – учебные корпуса, а ближе к периферии – жилой городок, спортивные объекты и медицинский кластер. В мастер-план заложен зеленый и водный каркас, а также транспортная схема, предполагающая приоритет пешеходов и велосипедистов.