Храм раздавил улицу Ленина...

Что будут делать российские архитекторы в Сколково, какие объекты появятся в реконструированном Парке Горького, сохранит ли свой исторический облик ВВЦ, как защитить ценную застройку Хабаровска и Нижнего Новгорода и какой будет воссозданная Десятинная церковь в Киеве – обо всем этом читайте в нашем очередном обзоре блогов.

mainImg
Одна из животрепещущих архитектурных тем – проектирование иннограда Сколково и возможность участия в этой работе российских архитекторов. Надо признать, она не вызвала бурного обсуждения даже после выступления Григория Ревзина, инициатора организации сколковских конкурсов для россиян, в конце мая на Арх Москве. Перед этим известный критик и экперт рассказал о Сколково и о конкурсах в интервью Сноб.ру, а после анонсирования на выставке на сайте Сколково открылась форма предварительной регистрации для участия в конкурсах. Мы в свою очередь открыли обсуждение этих конкурсов на Архи.ру. Пока что разговор сосредоточился на двух вопросах: о возможности участия не-московских архитекторов и о необходимости участия иностранцев. Первое наши посетители оценивают пессимистично («...жаль, что основной список проектных задач остается в Москве»), по поводу второго высказываются разнообразно: одни приветствуют иностранцев под предлогом того, что у наших все равно ничего не получится, другие возмущены тем фактом, что иностранцам в Сколкове отдано много.

Еще одна актуальная тема – осовременивание среды ЦПКиО им. Горького, над концепцией которого сейчас трудится институт «Стрелка». На портале The Village появилась карта объектов, о которых на сегодняшний день известно, что их планируется разместить в парке. На том же портале открылся специальный блог, посвященный ЦПКиО; одной из последних записей там стал проект бюро Wowhaus, которое предложило создать на Пушкинской набережной пляж-волну. Помимо возвращения в парк «Девушки с веслом», о чем много писали в прессе, в парке будет восстановлена  Пионерская алея со скульптурами 1920-х, советский ресторан «Времена года» (его возрождением займется сам Рем Колхас), обсерватория 1923 года, а также отреставрированные летний, ванный и охотничий домики Нескучного сада XVIII-XIX веков.

Куда более туманным выглядит будущее ВВЦ – автор блога boch_boris1953 Борис Бочарников опубликовал любопытнейшую подборку материалов по реконструкции ансамбля, собранную им за несколько месяцев из разных источников. Больше всего знатока ВВЦ озадачили планы по восстановлению утраченных исторических фрагментов, в которых нашлось много нелепостей. Так, из двух воссоздаваемых рядом павильонов «Урал» и «Дальний восток» один почему-то решили сделать ниже окружающих, поскольку воссоздавать будут без надстройки 1939 года. Заново отстраиваемый павильон Таджикской ССР окажется не на своем месте. По проекту будут уничтожены кассы-пилоны Хованского входа 1954 года, а также «Типовая усадьба МТС» (машинно-тракторной станции, а не то, что все подумали) с частью ансамбля «Новое в деревне», где до сих пор остались интересные постройки 1939 года. Ну и наконец, легендарный Монреальский павильон станет Оперным театром.

Последний факт вызал особенно бурную реакцию. Пишет siorinex: «Монреальку в филармонию – бред! Акустика, перекрытия... как минимум его надо внутри перестраивать, снося перекрытия между этажами. А конструкция довольно «летящая» и крыша от такого надругательства поедет почти 100%!» – «Не понимаю, зачем воссоздавать снесенное, да еще не на историческом месте? Разрушенное уже не вернешь. Лучше бы поддерживали в должном виде то, что сохранилось, если деньги им девать некуда», – недоумевает annd07. Но boch_boris1953 уверен, что без воссоздания не обойтись, равно как и «восстановления утраченных элементов декора ряда павильонов, на которых произвели «упрощения». Просто делать надо только на своём месте. А то оказывается, что в проекте знаменитый ресторан «Золотой Колос» превращается в отель, а значит его могут до неузнаваемости перестроить, считает автор.

Этой весной в число вероятных жертв реконструкции и перепрофилирования попал и Дворец пионеров на Ленинских горах. В этом свете любопытно упомянуть небольшое эссе Юрия Аввакумова в Снобе, в котором он, в частности, написал и о значении Дворца пионеров для нескольких поколений москвичей – правда, безотносительно к истории с Винер, а по просьбе журнала «Афиша», собирающего воспоминания современников о шедеврах архитектуры 1960-х:  «Я не занимался в кружках Дворца Пионеров на Ленинских горах, открытого ко Дню защиты детей в 1962м, намного позже узнал, что он построен группой архитектора Игоря Покровского, как и то, что ему дали Госпремию – только проезжал иногда мимо, но у меня совершенное чувство, что этот дворец, как и павильончики с вывернутыми крышами в детских садах, мой. Сочинские дворцы из Старика Хоттабыча не мои, а этот, ни на что не похожий: свободно поставленные стены в мозаиках, витражи, флагшток, зеленое поле в косую полоску – мой родной».

В то время как в Москве восстанавливают историчность ЦПКиО и ВВЦ, в Петербурге подобную операцию производят над Летним садом, который, правда, много старше московских парков, а потому и операция много ответственней. Проект уже вовсю реализуется, а споры вокруг него не стихают. Очередной виток дискуссии на эту тему спровоцировала острая статья Михаила Золотоносова на портале «Город 812», в которой критик обвиняет Русский музей в производстве работ без согласованного проекта, растратах на копии, которыми собираются заменить мраморные статуи, строительстве фонтанов-новоделов и т.п. Попасть на стройплощадку таким критикам, разумеется, не дают, и ряд блоггеров сочли панику надуманной, пишет antiterrorist: «Какой сад не реставрируют, «подозрения» одни и те же. Перекопают, построят ресторан, лишат пространства и т.д. Надо смотреть законченную композицию, а не полуфабрикат». grannie поддерживает: «Пейзажный парк в парадном центре города – само по себе нонсенс. Понятно, что мы к такому его виду привыкли, но он так не задумывался. А чего кроме нескольких деревьев мы лишились? А вот воссоздаваемые фонтаны – вполне себе исторические, на реальных исторических фундаментах». terr0rist так не считает: «Нонсенс – это Фонтаны в СПБ. У нас полгода зима, и что будет видеть человек с 1 октября по 1 мая? Куски безжизненного гранита?» a_ntonina добавляет: «8 млн. и 0,5 млн – траты завышены в 16 раз! Аналогов предостаточно: стадион на Крестовском, Мариинка, метро, дорогущие дороги с колейностью через полгода. Вот на это есть что сказать?»

Тем временем очередная пермская новация по части градостроительства – создание пешеходной улицы Кирова – вопреки всему удалась, так во всяком случае считает пермский губернатор Олег Чиркунов в своем блоге: «Больше всего мне понравились многочисленные дворы, где происходит много интересного: кузнецы, садоводы…». С губернатором согласны отнюдь не все, melkiad, например, не доволен транспортной ситуацией: «Зачем нужно вырезать из инфраструктуры города целую улицу! Мало пешеходных аллей? Благоустройте любую – будет тот же эффект!» Реализация могла быть и лучше, считает theo0: «Задумка хорошая. Но улица какая-то куцая и воплощение убогое. Нет ни шика, ни основательности. <…> Для начала хоть бы дизайн проект составили что ли, а то похоже это на показуху или быстренькое «освоение» бюджетных денег».  ac3ss удивляется, что мешает вместо улицы Кирова «сделать нормальную красивую набережную?». А житель Екатеринбурга Vladimir Zlokazov предупреждает о возможностях бездумной застройки променада: «А будет ли у улицы какое-то программирование в плане мероприятий или целенаправленного насыщения ее разными функциями? <…> Например, у нас в Екатеринбурге есть пешеходная улица – ее построили в три этапа. Так вот на последнем этапе на нее вышел фасадом торговый центр, и на этом фасаде кроме единственного входа ничего нет, что естественно улице жизни не добавляет».

В блоге dkphoto развернулся интересный разговор о статусе исторических городов. Поводом стала статья доктора архитектуры Н.П. Крадина, посвященная исключению г. Хабаровска из этого списка. Крадин пишет о постепенной деградации исторической среды города в последние десятилетия и dkphoto согласен: «Очень важный показатель отношения к историческому наследию – объем памятников архитектуры, до 1990 года он применительно к Хабаровску был чрезвычайно лаконичен...» Многих блоггеров, однако, в статье Крадина не устроила расстановка акцентов на более и менее «ценные» здания, так, автор пишет, что «самый крупный на Дальнем Востоке Спасо-Преображенский собор с реки закрыт, словно экраном, панельной пластиной Дома радио…». Дело в том, что собор – новодел, а позднесоветский Дом радио, оказывается, всем очень нравится, что вполне понятно, поскольку в Хабаровске велико значение архитектуры конструктивизма: «Дом Радио, вообще-то, построен гораздо раньше собора. Чем думали, когда собор проектировали?» – замечает анонимный комментатор. shlyapa_dvb продолжает: «Слон в посудной лавке – это как раз таки собор на площади Славы. Памятник ради него в сторону отодвинули, а теперь ему, гляди-ка, и остальное мешает, что от ансамбля площади осталось». werwolf_1975 тоже считает, что Дом радио «давно стал символом Хабаровска и встречается на всех снимках города с реки последнего 20-летия прошлого века.  <…> Почему в угоду новодельному храму нужно сносить ставшее уже историческим здание непонятно. <…> Имхо храм «раздавил» ул. Ленина, строительство духовной семинарии в центре города так же вряд ли оправдано». periskop делает невеселый прогноз: «Комсомольская при продолжении нынешней идеологической линии лет через 15 окончательно станет Соборной, а памятнику Партизанам будут искать другое подходящее место, где-нибудь на окраинах. Если не снесут вообще. Дом Радио также может быть снесён вообще, однако новые высотки при этом не тронут».

Вместе с жителями Хабаровска в градостроительную дискуссию вступили и защитники исторического Нижнего Новгорода – поводом для них стала статья известного писателя Захара Прилепина в «Огоньке». Разумеется, в числе комментариев нашлись и сторонники политики губернатора Валерия Шанцева, пишет Racoonbear: «В городе полно старого деревянного жилья, выглядящего очень уныло. <...> Хорошо, пусть некоторые из них имеют историческую ценность. Вопрос, что с ними делать?» archit_nn совсем антиисторичен: «Ни разу не слышал от Шанцева каких-то установок на снос памятников. Практически в любом случае сохранившиеся памятники не подлежат реставрации, которая имела бы хоть какой-то экономический смысл <…>. В таких случаях как вариант — снять с охраны, реконструировать и потом опять поставить». Seguente парирует: «Во-первых, памятники не для экономического смысла существуют, а для культурного. А во-вторых, такое понятие, как «временный снос», не имеет смысла, так же как «временное уничтожение». Alexdz поддерживает: «Езжайте в Европу, на которую вы так любите смотреть через призму прогресса, и там сносите памятники, а потом воссоздавайте. Посмотрим, где вы проведете остаток своих дней. Да, действительно, вот странность какая, что в ФЗ о культурном наследии не предусмотрена возможность «временного отсутствия памятника».

И напоследок – о громком скандале в центре Киева, где власти задумали восстановить руины Десятинной церкви, облагородить и музеефицировать их, создав вокруг современный туристический центр. Концепцию должны были выбрать в ходе конкурса, однако финал был сорван из-за того, что проект, лоббируемый местной церковью и предполагавший строительство на руинах новодела, недобрал голосов. В итоге лидеров так и осталось двое – первый со строительством нового храма, которое перечеркнет возможность дальнейшего археологического изучения, и второй с музеефикацией руин, полностью соответствующий условиям конкурса. Посмотреть, что они из себя представляют, можно здесь, а подробно историю с воссозданием Десятинной церкви освещает блог Музея Древнерусской культуры им. Андрея Рублева.
zooming
Генплан инновационного центра «Сколково», макет, © AREP. Выставка в «Гараже», декабрь 2010. Фотография Юлии Тарабариной
zooming
Новый объекты на территории ЦПКиО им. Горького. http://www.the-village.ru/
zooming
Пляж на Пушкинской набережной. http://www.the-village.ru/
zooming
Нижний Новгород. Вид на Международный Центр торговли. Фото: Марина Игнатушко
zooming
Один из шести сохранившихся рисунков киевской Десятинной церкви. http://www.domik.net/

10 Июня 2011

Технологии и материалы
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Сейчас на главной
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Северный ветер
Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.
Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля
Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Малыми средствами
Главной архитектурной наградой ЕС, Премией Мис ван дер Роэ, отмечена функциональная «деконструкция» Дворца выставок в бельгийском Шарлеруа, а как работа начинающих архитекторов – спартанские временные помещения для Национального театра драмы в Любляне.
Архивные сокровища
Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
В юном месяце апреле. Шанс многообразия
Наш очередной обзор запоздал дней на 10. А что вы хотите, такие перестановки в Москве, хочется только крутить головой и думать, что будет дальше – а также, расскажут ли нам, что будет дальше... В состоянии неполной информированности собираем крохи: проекты заявленные, утвержденные или просто всплывшие в информационном контексте. Получается разнообразно, хочется сказать даже – пестро. Лучшее, и хорошее, и забытое. Махровая эклектика балансирует с пышными fleurs de bon эмотеха на одних качелях.
Всматриваясь вдаль
Гордость за свой город и стремление передать его genius loci во всех своих проектах – вот настоящее кредо каждого питерского архитектора. И бюро ZIMA уверенно следует негласному принципу, без скидок на размеры и функцию, создавая интерьер небольшого магазина модной одежды LESEL так же, как если бы они делали парадную залу.
МАРШ: Шпицберген studio
Проектная студия «Шпицберген studio» 4 курса бакалавриата в 2024/25 учебном году была посвящена исследованию и разработке концепций объектов культурного наследия на архипелаге Шпицберген. Студенты работали с реальным брифом от треста Арктикуголь.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Школа со слониками
Девелопер «МетроПолис» выступил в несвойственной роли проектировщика при разработке для постконструктивистского детского сада со слониками в московском Щукино концепции реставрации и приспособления под современную школу. Историческое здание дополнит протяженный объем из легковозводимых деревоклееных конструкций. «Пристройку-забор»украсят панно с изображением памятников 1920-1930-х и зеленая кровля. Большим навесом, предназначенным для ожидающих родителей, смогут воспользоваться и посетители городского сквера «Юность».
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.