Храм раздавил улицу Ленина...

Что будут делать российские архитекторы в Сколково, какие объекты появятся в реконструированном Парке Горького, сохранит ли свой исторический облик ВВЦ, как защитить ценную застройку Хабаровска и Нижнего Новгорода и какой будет воссозданная Десятинная церковь в Киеве – обо всем этом читайте в нашем очередном обзоре блогов.

mainImg
Одна из животрепещущих архитектурных тем – проектирование иннограда Сколково и возможность участия в этой работе российских архитекторов. Надо признать, она не вызвала бурного обсуждения даже после выступления Григория Ревзина, инициатора организации сколковских конкурсов для россиян, в конце мая на Арх Москве. Перед этим известный критик и экперт рассказал о Сколково и о конкурсах в интервью Сноб.ру, а после анонсирования на выставке на сайте Сколково открылась форма предварительной регистрации для участия в конкурсах. Мы в свою очередь открыли обсуждение этих конкурсов на Архи.ру. Пока что разговор сосредоточился на двух вопросах: о возможности участия не-московских архитекторов и о необходимости участия иностранцев. Первое наши посетители оценивают пессимистично («...жаль, что основной список проектных задач остается в Москве»), по поводу второго высказываются разнообразно: одни приветствуют иностранцев под предлогом того, что у наших все равно ничего не получится, другие возмущены тем фактом, что иностранцам в Сколкове отдано много.

Еще одна актуальная тема – осовременивание среды ЦПКиО им. Горького, над концепцией которого сейчас трудится институт «Стрелка». На портале The Village появилась карта объектов, о которых на сегодняшний день известно, что их планируется разместить в парке. На том же портале открылся специальный блог, посвященный ЦПКиО; одной из последних записей там стал проект бюро Wowhaus, которое предложило создать на Пушкинской набережной пляж-волну. Помимо возвращения в парк «Девушки с веслом», о чем много писали в прессе, в парке будет восстановлена  Пионерская алея со скульптурами 1920-х, советский ресторан «Времена года» (его возрождением займется сам Рем Колхас), обсерватория 1923 года, а также отреставрированные летний, ванный и охотничий домики Нескучного сада XVIII-XIX веков.

Куда более туманным выглядит будущее ВВЦ – автор блога boch_boris1953 Борис Бочарников опубликовал любопытнейшую подборку материалов по реконструкции ансамбля, собранную им за несколько месяцев из разных источников. Больше всего знатока ВВЦ озадачили планы по восстановлению утраченных исторических фрагментов, в которых нашлось много нелепостей. Так, из двух воссоздаваемых рядом павильонов «Урал» и «Дальний восток» один почему-то решили сделать ниже окружающих, поскольку воссоздавать будут без надстройки 1939 года. Заново отстраиваемый павильон Таджикской ССР окажется не на своем месте. По проекту будут уничтожены кассы-пилоны Хованского входа 1954 года, а также «Типовая усадьба МТС» (машинно-тракторной станции, а не то, что все подумали) с частью ансамбля «Новое в деревне», где до сих пор остались интересные постройки 1939 года. Ну и наконец, легендарный Монреальский павильон станет Оперным театром.

Последний факт вызал особенно бурную реакцию. Пишет siorinex: «Монреальку в филармонию – бред! Акустика, перекрытия... как минимум его надо внутри перестраивать, снося перекрытия между этажами. А конструкция довольно «летящая» и крыша от такого надругательства поедет почти 100%!» – «Не понимаю, зачем воссоздавать снесенное, да еще не на историческом месте? Разрушенное уже не вернешь. Лучше бы поддерживали в должном виде то, что сохранилось, если деньги им девать некуда», – недоумевает annd07. Но boch_boris1953 уверен, что без воссоздания не обойтись, равно как и «восстановления утраченных элементов декора ряда павильонов, на которых произвели «упрощения». Просто делать надо только на своём месте. А то оказывается, что в проекте знаменитый ресторан «Золотой Колос» превращается в отель, а значит его могут до неузнаваемости перестроить, считает автор.

Этой весной в число вероятных жертв реконструкции и перепрофилирования попал и Дворец пионеров на Ленинских горах. В этом свете любопытно упомянуть небольшое эссе Юрия Аввакумова в Снобе, в котором он, в частности, написал и о значении Дворца пионеров для нескольких поколений москвичей – правда, безотносительно к истории с Винер, а по просьбе журнала «Афиша», собирающего воспоминания современников о шедеврах архитектуры 1960-х:  «Я не занимался в кружках Дворца Пионеров на Ленинских горах, открытого ко Дню защиты детей в 1962м, намного позже узнал, что он построен группой архитектора Игоря Покровского, как и то, что ему дали Госпремию – только проезжал иногда мимо, но у меня совершенное чувство, что этот дворец, как и павильончики с вывернутыми крышами в детских садах, мой. Сочинские дворцы из Старика Хоттабыча не мои, а этот, ни на что не похожий: свободно поставленные стены в мозаиках, витражи, флагшток, зеленое поле в косую полоску – мой родной».

В то время как в Москве восстанавливают историчность ЦПКиО и ВВЦ, в Петербурге подобную операцию производят над Летним садом, который, правда, много старше московских парков, а потому и операция много ответственней. Проект уже вовсю реализуется, а споры вокруг него не стихают. Очередной виток дискуссии на эту тему спровоцировала острая статья Михаила Золотоносова на портале «Город 812», в которой критик обвиняет Русский музей в производстве работ без согласованного проекта, растратах на копии, которыми собираются заменить мраморные статуи, строительстве фонтанов-новоделов и т.п. Попасть на стройплощадку таким критикам, разумеется, не дают, и ряд блоггеров сочли панику надуманной, пишет antiterrorist: «Какой сад не реставрируют, «подозрения» одни и те же. Перекопают, построят ресторан, лишат пространства и т.д. Надо смотреть законченную композицию, а не полуфабрикат». grannie поддерживает: «Пейзажный парк в парадном центре города – само по себе нонсенс. Понятно, что мы к такому его виду привыкли, но он так не задумывался. А чего кроме нескольких деревьев мы лишились? А вот воссоздаваемые фонтаны – вполне себе исторические, на реальных исторических фундаментах». terr0rist так не считает: «Нонсенс – это Фонтаны в СПБ. У нас полгода зима, и что будет видеть человек с 1 октября по 1 мая? Куски безжизненного гранита?» a_ntonina добавляет: «8 млн. и 0,5 млн – траты завышены в 16 раз! Аналогов предостаточно: стадион на Крестовском, Мариинка, метро, дорогущие дороги с колейностью через полгода. Вот на это есть что сказать?»

Тем временем очередная пермская новация по части градостроительства – создание пешеходной улицы Кирова – вопреки всему удалась, так во всяком случае считает пермский губернатор Олег Чиркунов в своем блоге: «Больше всего мне понравились многочисленные дворы, где происходит много интересного: кузнецы, садоводы…». С губернатором согласны отнюдь не все, melkiad, например, не доволен транспортной ситуацией: «Зачем нужно вырезать из инфраструктуры города целую улицу! Мало пешеходных аллей? Благоустройте любую – будет тот же эффект!» Реализация могла быть и лучше, считает theo0: «Задумка хорошая. Но улица какая-то куцая и воплощение убогое. Нет ни шика, ни основательности. <…> Для начала хоть бы дизайн проект составили что ли, а то похоже это на показуху или быстренькое «освоение» бюджетных денег».  ac3ss удивляется, что мешает вместо улицы Кирова «сделать нормальную красивую набережную?». А житель Екатеринбурга Vladimir Zlokazov предупреждает о возможностях бездумной застройки променада: «А будет ли у улицы какое-то программирование в плане мероприятий или целенаправленного насыщения ее разными функциями? <…> Например, у нас в Екатеринбурге есть пешеходная улица – ее построили в три этапа. Так вот на последнем этапе на нее вышел фасадом торговый центр, и на этом фасаде кроме единственного входа ничего нет, что естественно улице жизни не добавляет».

В блоге dkphoto развернулся интересный разговор о статусе исторических городов. Поводом стала статья доктора архитектуры Н.П. Крадина, посвященная исключению г. Хабаровска из этого списка. Крадин пишет о постепенной деградации исторической среды города в последние десятилетия и dkphoto согласен: «Очень важный показатель отношения к историческому наследию – объем памятников архитектуры, до 1990 года он применительно к Хабаровску был чрезвычайно лаконичен...» Многих блоггеров, однако, в статье Крадина не устроила расстановка акцентов на более и менее «ценные» здания, так, автор пишет, что «самый крупный на Дальнем Востоке Спасо-Преображенский собор с реки закрыт, словно экраном, панельной пластиной Дома радио…». Дело в том, что собор – новодел, а позднесоветский Дом радио, оказывается, всем очень нравится, что вполне понятно, поскольку в Хабаровске велико значение архитектуры конструктивизма: «Дом Радио, вообще-то, построен гораздо раньше собора. Чем думали, когда собор проектировали?» – замечает анонимный комментатор. shlyapa_dvb продолжает: «Слон в посудной лавке – это как раз таки собор на площади Славы. Памятник ради него в сторону отодвинули, а теперь ему, гляди-ка, и остальное мешает, что от ансамбля площади осталось». werwolf_1975 тоже считает, что Дом радио «давно стал символом Хабаровска и встречается на всех снимках города с реки последнего 20-летия прошлого века.  <…> Почему в угоду новодельному храму нужно сносить ставшее уже историческим здание непонятно. <…> Имхо храм «раздавил» ул. Ленина, строительство духовной семинарии в центре города так же вряд ли оправдано». periskop делает невеселый прогноз: «Комсомольская при продолжении нынешней идеологической линии лет через 15 окончательно станет Соборной, а памятнику Партизанам будут искать другое подходящее место, где-нибудь на окраинах. Если не снесут вообще. Дом Радио также может быть снесён вообще, однако новые высотки при этом не тронут».

Вместе с жителями Хабаровска в градостроительную дискуссию вступили и защитники исторического Нижнего Новгорода – поводом для них стала статья известного писателя Захара Прилепина в «Огоньке». Разумеется, в числе комментариев нашлись и сторонники политики губернатора Валерия Шанцева, пишет Racoonbear: «В городе полно старого деревянного жилья, выглядящего очень уныло. <...> Хорошо, пусть некоторые из них имеют историческую ценность. Вопрос, что с ними делать?» archit_nn совсем антиисторичен: «Ни разу не слышал от Шанцева каких-то установок на снос памятников. Практически в любом случае сохранившиеся памятники не подлежат реставрации, которая имела бы хоть какой-то экономический смысл <…>. В таких случаях как вариант — снять с охраны, реконструировать и потом опять поставить». Seguente парирует: «Во-первых, памятники не для экономического смысла существуют, а для культурного. А во-вторых, такое понятие, как «временный снос», не имеет смысла, так же как «временное уничтожение». Alexdz поддерживает: «Езжайте в Европу, на которую вы так любите смотреть через призму прогресса, и там сносите памятники, а потом воссоздавайте. Посмотрим, где вы проведете остаток своих дней. Да, действительно, вот странность какая, что в ФЗ о культурном наследии не предусмотрена возможность «временного отсутствия памятника».

И напоследок – о громком скандале в центре Киева, где власти задумали восстановить руины Десятинной церкви, облагородить и музеефицировать их, создав вокруг современный туристический центр. Концепцию должны были выбрать в ходе конкурса, однако финал был сорван из-за того, что проект, лоббируемый местной церковью и предполагавший строительство на руинах новодела, недобрал голосов. В итоге лидеров так и осталось двое – первый со строительством нового храма, которое перечеркнет возможность дальнейшего археологического изучения, и второй с музеефикацией руин, полностью соответствующий условиям конкурса. Посмотреть, что они из себя представляют, можно здесь, а подробно историю с воссозданием Десятинной церкви освещает блог Музея Древнерусской культуры им. Андрея Рублева.
zooming
Генплан инновационного центра «Сколково», макет, © AREP. Выставка в «Гараже», декабрь 2010. Фотография Юлии Тарабариной
zooming
Новый объекты на территории ЦПКиО им. Горького. http://www.the-village.ru/
zooming
Пляж на Пушкинской набережной. http://www.the-village.ru/
zooming
Нижний Новгород. Вид на Международный Центр торговли. Фото: Марина Игнатушко
zooming
Один из шести сохранившихся рисунков киевской Десятинной церкви. http://www.domik.net/

10 Июня 2011

Технологии и материалы
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Сейчас на главной
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.
Особняком стоять
Клубный дом на улице Грязнова в Иркутске, построенный по проекту бюро «Мегаполис», вписан в сложившуюся застройку без прямых стилистических заимствований. Разделение здания на два кирпичных объема, соединенных стеклянной вставкой, мансардные кровли из зеленой меди и рельефная кладка позволяют переосмыслить исторический код средствами современной архитектуры.
Школа как центр сообщества
Архитектурное бюро akvk+partners выпустило книгу, в которой соединило свой опыт проектирования образовательных пространств с исследованием концепции школы как центра городского сообщества. Книга предлагает экскурс в историю педагогики и сопутствующую реакцию архитектуры, богатый иллюстративный материал, а также практические рекомендации, собранные в удобные схемы и диаграммы.
Майолика, бревно, аптека
По проекту компании «М.Г. Прайват Реконстракшн» в Петербурге вернули к жизни особняк Эдуарда Бремме – редкий для города памятник деревянного зодчества. Реставрацию провели методом полной переборки сруба: пригодными для сохранения оставалось не более 30% бревен, недостающие собирали в Ленинградской области. Теперь здание стало частью жилого комплекса Amo.
Пресса: Дым сгоревшего Отечества
Узкое: кто ответит за пожар? Координатор Архнадзора Константин Михайлов - о "поразительном молчании московских и федеральных властей относительно пожара усадебного дома в Узком".
Псевдопериптер
По проекту БЮРО ЧЕЛЫ в Городском парке культуры и отдыха города Ярцево построен деревянный павильон. Архитектурные решения отсылают к утраченной сцене в неоклассическом стиле, а также бумагопрядильным станкам местной фабрики Хлудовых – оба этих явления удалось связать с помощью псевдопериптера. Павильон стал одним из победителей IX Всероссийского конкурса лучших проектов создания комфортной городской среды в 2024 году.
Сити на Фабричной
Под руководством основателя бюро «Яузапроект» Ильи Заливухина в Новосибирске завершился воркшоп, в котором участвовали студенты нескольких вузов. Итогом стал мастер-план развития территории в районе улицы Фабричная – центральной по расположению, но периферийной по содержанию. Среди предложений: совмещение высокоплотного сити с исторической и малоэтажной застройкой, развитие зеленого каркаса и речной марины, интеграция ТПУ с наземным метро и подключение образовательной типологии.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Чашка Петри
Для сотрудников и посетителей ОЭЗ «Технополис Москва» в Алабушево открылся Сквер фармацевтики, спроектированный бюро 8 LINES и АФА. Сад с гладью водоема ограничивает кольцо с медитативной подсветкой и оросительной системой, а ландшафтные композиции перемежаются с малыми архитектурными формами – сочетание всех этих элементов напоминает чашку Петри, которую ученый рассматривает под микроскопом.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Расщепление света
Бюро Le Atelier создало шоурум для производителя лакокрасочных материалов TALATU как антитезу типичным шоурумам. Демонстрация ассортимента здесь происходит опосредованно, а сами образцы становятся составными элементами общей дизайнерской концепции, скорее подходящей научной лаборатории, чем представительству компании.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Как к себе домой
Придумывая концепцию благоустройства для жилого комплекса в Тюмени архитекторы бюро «ВЕЩЬ!» вдохновились его названием – «Домашний». Дворы превратились в интерпретацию гостиной, кухни, игровой или балкона, а общий бульвар стал коридором, который соединил все «комнаты». Идею поддерживают огород в виде разделочной доски, огромная мебель на детских площадках, «ковер» из мощения, люстры и другие оригинальные МАФы.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
Фрачная пара с гвоздикой
На прошлой неделе Анатолий Борисов и Borisov Architects презентовали новое пространство своего офиса. Он расположен в здании начала XX века с кирпичной кладкой стен и сдвоенными арочными окнами – а решен подчеркнуто графично: белый, черный, серый. С небольшими, но зато очень яркими, красными акцентами.
Готовая декорация
В поселке Сосново недалеко от Санкт-Петербурга есть место, где каждый может ощутить себя либо путешественником во времени, либо участником съемок исторического фильма. В кафе, созданном Анастасией Постниковой и ее командой из pad-bureau, царит волшебная атмосфера, из которой совсем не хочется уходить.
Королевство бензоколонок
Осталось два дня, сегодня и завтра, чтобы зайти на выставку АЗС во Флигеле-Руине Музея архитектуры. Это уверенно, подробно, но и живо сделанная экспозиция-исследование истории – в равной мере дизайна, архитектуры и собственно предмета. Керосинки, маслораздаточные колонки... и, собственно, станции. Автомобильно-топливная культура, преимущественно, XX века.
Стояние на «бумаге»
В Музее архитектуры открылась вторая итерация выставки «Бумажная архитектура» – подготовленная куратором, экспозиционным дизайнером и «главным архивариусом» движения Юрием Аввакумовым. Это большое, важное начинание и великое движение. Набор работ свежий, малоизвестный широкому кругу любителей, красивый в совершенно разном смысле... Но самое любопытное – насколько увиденное цепляется на актуальные темы современности. Как будто в свои 1980-е – они всё уже знали. Хотя, может, так и есть?