Автор текста:
Юлия Тарабарина
Компaния:
Контакты:
Москва, Страстной бульвар, 16 (м. Пушкинская, Чеховская).
В начале октября прошла очередная, восьмая по счету, Венская неделя дизайна. Австрийская компания Bene, известный производитель офисной мебели, приурочила к этому событию показ как известных моделей, так и нескольких новинок в своем шоу-руме, расположенном в северо-западной части Старого города Вены, на улице Нойторгассе.
Прежде всего – сам шоу-рум. Здание, спроектированное австрийским бюро Ратаплан в 2005 году и завершенное четыре года назад (впрочем отделка завершилась только к июню 2012), аккуратно вписано в ряд консервативной застройки конца XIX – первой половины XX века. Местами оно отступает от красной линии, образуя небольшую площадь перед главным входом и еще цезуру с противоположной стороны улицы, но самое интересное не это. Весь фасад закрыт сеткой подвижных автоматических ламелей, чьи пористые металлические панели, складываясь и раскладываясь наподобие гармошки, ездят по направляющим, установленным на приличном (около 30 см) расстоянии от стеклянно-желтого фасада. Сложенные, они перпендикулярны фасаду, полностью же расправленные создают вторую, защищающую от солнца металлическую оболочку. Конструкция ламелей и направляющих объясняет скругленную форму углов здания, и всё вместе выглядит очень техногенно, – вероятно, намекая на конвейер, с которого сходит около 600 тысяч единиц офисной мебели Bene. «Фасад отлично работает», – не без гордости отвечают на закономерный вопрос сотрудники компании. Сверху, из-за бортика эксплуатируемой кровли выглядывают вполне живые деревья.
Внутри – около 2300 м2 демонстрационных площадей, из которых 960 м2 занято выставкой образцов, а остальное – офисные помещения, где сотрудники Bene работают, одновременно демонстрируя продукцию.
Осенний показ был назван Co-creating tomorrow (буквально: создавая будущее вместе) и сосредоточился вокруг одной темы: выгоде совместной работы в тех случаях, когда она грамотно организована, с помощью как техники, так и удобной офисной мебели и перегородок. Действительно, значительная часть предложений компании занимает разные места в диапазоне между коллективным и приватным. Звукоизоляция на уровне пола, стен, перегородок (наступи – услышишь, как материал поглощает звук шагов) соседствует с разнообразием столов для совместных презентаций: прикрытая крышкой емкость посередине стола позволяет спрятать пульты и кабели от демонстрационной аппаратуры.
Разнообразные стулья не дадут соскучиться, кресла со сложной конструкцией спинки принимают форму тела, табуретки разной высоты и скромные пуфики, – впрочем, всё в рамках деловой серьезности a la XXI век, – позволяют устроиться именно так, как нравится.
Один из хитов коллекции Bene – несколько версий офисных «островков»-PARCS, обитых тканью укрытий, в которых можно разместить как вешалку, так и переговорную для пяти или даже десяти человек. В сущности, PARCS – разновидность офисных перегородок, развившихся до полузакрытых конструкций, все же как правило открытых сверху (за исключением серии Toguna, у которой есть крыша). Ткань и окружающие островок панели поглощают значительную часть звуков, в значительной мере гасят гудение множества голосов и таким образом спасают open space от шума.
Лучший по мнению многих вариант островка – его квинтэссенция, звукоизолированный кабинет, в котором можно уединиться, прикрыв дверь, и закончить срочную работу в тишине; тот факт, что островок занят, обозначается просто – над ним поднимают красный флажок. Внутри замечательная лампа, свет которой включается и регулируется движением руки, не нажимающей на кнопку, а только движущейся рядом – приятное техногенное дополнение к стерильному (не отвлекающему от главного) интерьеру островка. Минимальное пространство же уединения – «нора», вырезанная в книжной полке; а максимальный островок вмещает около десяти человек. Серию похожих на диваны островков со скругленными краями дополняет серия островков-кабинетов NOOXS, – к ним, в частности, относится «пещера» внутри книжной полки.
Все островки – объемы с характерными мягкими контурами где-то на грани между уютным и деловым, – в коллекции Bene либо однотонные и сравнительно яркие (синие, зеленые, бордовые), либо покрыты тканью с нейтральным фоном и новым орнаментом «Гринвич», который представляет собой кажущееся произвольным переплетение вытканных на нейтральном фоне редких слабоизогнутых линий. Орнамент отличается исключительной мотивированностью: британские дизайнеры из бюро Пирсон Ллойд (PearsonLloyd) разработали его на основе наблюдений за «муравьиными тропами» посетителей Гринвичского парка, заменив таким образом произвол движения руки художника-графика спонтанностью передвижения человеческих масс. Авторы называют свою коллекцию «основанной на ритме жизни и структуре города».
Почти домашние из-за мягкой шумопоглощающей фактуры островки, столь необходимые для повышения трудоспособности в нелегкой обстановке жужжащего open space, выгодно оттеняют другие, хай-тековские находки Bene. Не так давно появилась новая модель стола с подвижной столешницей, которую специальный механизм (похожий на тот, который устанавливают на, не к ночи будь помянуты, эвакуаторах) позволяет опустить до высоты, удобной ребенку или поднять до уровня рук стоящего человека и, кажется, даже выше. Старая модель стола чуть меньше, новая чуть шумнее, но крупнее и выдерживает больший вес.
Большая, респектабельная переговорная отделена уже не метровой стенкой, поглощающей лишь часть звуков, а полноценной стеклянной стеной до потолка – внутри действительно ничего не слышно. Повинуясь встроенному пульту между стеклами опускаются жалюзи, регулируется освещенность и работа большого экрана.
Экран, предназначенный для совместной работы в жанре «мозгового штурма», – еще одна новинка, нацеленная на оптимизацию достоинств офисного сосуществования, – так называемая nice wall, разработанная Bene в сотрудничестве с университетским стартапом we-inspire. Суть в том, что, во-первых, изображение проецируется не на один, а на два или три экрана: рабочая плоскость оказывается довольно большой. Заметки, сделанные на одном экране, можно переносить на другой и группировать, выстраивая между ними связи. Во-вторых, писать на экране не обязательно: всё, написанное специальной (с датчиком) ручкой на специальной (к примеру, от Bene) бумаге, сразу же переносится на экран и становится частью общей картины. Таким образом, в обсуждении равноценно участвуют не только те, кто «вышел к доске», но и все сидящие в «зале» и пишущие на блокнотах.
Диапазон предложений, действительно, выглядит достаточно широким, разнообразным и отчетливо дизайнерским, не усредненным, пережитым личностно (хотя можно спорить в необходимости мотивировать декоративный паттерн дорожками лондонского парка, что кажется по меньшей мере избыточным, этот прием всё же – очень человеческий). Причины появления веера предложений от забавной табуретки-гвоздя до солидной, обеспеченной техникой smart-переговорной и сложного электронного экрана объяснить несложно: сейчас все большее число людей предпочитает работать дома и в коворкингах, так что привлекательность офиса требуется повышать, развивая его положительные черты: такие как возможность быстро устроить совещание или же, приподняв голову над перегородкой, задать вопрос соседу. И нивелируя отрицательные, к примеру, создавая уголки, изолированные от шума, используя мягкие домашние ткани и давая сотрудникам больше возможностей освежить обстановку в течение рабочего дня – в частности, почитать, спрятавшись в массиве книжной полки.
Вот только российская действительность говорит нам, что все, по примеру девяностых, пока еще без ума от экономии, которую дает open space; в противовес советской кабинетной системе сотрудников помещают в тесноватых общих залах, а «островки» в России не слишком популярны (разве что более респектабельные, для начальства). Но Bene не отчаивается и планирует продвигать свои идеи дальше.
С продукцией Bene можно познакомиться, на сайте bene.com/ru и в московском шоу-руме на Страстном бульваре, 16.
Поставщики, технологии
Bene (компания Бене): другие статьи и новости
Технологии и материалы
Сейчас на главной
Сто лет назад Шуховская башня создавалась как главный радиотрансляционный центр страны — первый «радар» для распространения смыслов новой эпохи. Сегодня она сама превратилась в тест, который проверяет нас на культурную зрелость. Проект масштабной реставрации шедевра конструктивизма спровоцировал тревожную дискуссию: где проходит граница между научным сохранением наследия и созданием бездушного новодела «по мотивам»? Архитектор и урбанист Александра Чечеткина размышляет о том, почему подлинный металл Владимира Шухова важнее аккуратных реплик и как отношение к Шаболовской башне определяет лицо современного города.
