Возвращение Дома

В октябре в доме-коммуне Наркомфина прошел воркшоп, посвященный возвращению этого памятника авангарда в культурный актив города. Публикуем пять проектов его участников с комментариями куратора воркшопа Елены Гонсалес.

10 Ноября 2014

Обзор

Наследие Реставрация Архитектура

Архи.ру:
– Как возникла идея – провести такой воркшоп?

Елена Гонсалес:
– Это давняя история: как вы помните из нашумевшего интервью владельца Дома Наркомфина Александра Сенаторова «Афише», обеспокоенные профессионалы, в том числе историки архитектуры – Николай Васильев, Мария Трошина, Евгения Гершкович, Николай Переслегин, я – собрали некий совет, который начал высказывать Сенаторову свои претензии, что, наверное, было не совсем правильно. Мы абсолютно справедливо выражали свою озабоченность его действиями, но при этом не предлагали никакой альтернативной программы: это была наша главная тактическая ошибка. И в результате появилось это интервью, которое многих страшно обидело. Нас оно как раз не обидело – мы действительно задумались о том, что у нас, профессионалов, нет внятных предложений по поддержанию Дома.

zooming — Воркшоп в Доме Наркомфина. Фотография © Олег Волков

Бороться все более-менее научились: Шуховская башня тому пример. Но если ты чего-то добиваешься, предлагай программу действий после достижения цели. И мы, ничего в данном случае не добившись, решили начать с таких предложений. Дом-коммуна Наркомфина изначально, идеологически был задуман как соединение частного, интимного, приватного – и общественного: там действительно есть очень много публичного пространства, которое прекрасно могло бы работать на город. Одновременно это могло бы работать и на благо Дома, потому что он расположен в центре Москвы, у него прекрасные площади, которые иначе использовать нельзя – они все равно коммунальные, общие. Поэтому мы предложили для Дома программу мероприятий и назвали ее «Возвращение Дома» – в актив города, его культуры.

Когда встал вопрос, кого же приглашать на задуманный нами в рамках этой программы воркшоп, я подумала, что если мы пригласим только архитекторов, то получим очень предсказуемый результат: они мыслят проектно – закрасят площади синим, красным, зеленым в зависимости от функции и т.д. А здесь хотелось получить более культурологический результат. Я обратилась к своим коллегам из Высшей школы экономики – на отделение культурологии, которым заведует Виталий Куренной, и в школу дизайна к Егору Ларичеву (она входит в состав факультета коммуникаций, медиа и дизайна ВШЭ). Также были приглашены ребята из Строгановки , которые мыслят совершенно по-другому, как художники. В результате набралось 17 участников нашего воршопа. Его непосредственной организацией занимались архитекторы Олег Распопов и Влад Кунин, которые ведут школу «Фундамент архитектурного будущего».

Должна сказать, что без заинтересованности и понимания со стороны руководства «Коперника», то есть проще говоря, Александра Сенаторова, воркшоп в Доме Наркомфина просто бы не состоялся. Нам была предоставлена и оборудована для работы боковая ячейка №18. Особую благодарность хочу выразить Елене Фроловцевой и Наталье Балк, которые опекали нас все эти дни, благодаря чему в работе воркшопа не возникло ни одной проблемы.

И, конечно, 17-ю участниками дело не ограничилось. Архитектор Ольга Зинюкова не участвовала в проектировании, но у нее был свой проект – она фиксировала воркшоп в картинках, получилось здорово! Олег Волков сделал фоторепортаж о нашей жизни в Доме Наркомфина, а Олег Фарбер снял ролик. Юля Зинкевич и приведенные ею инстаграммеры заполнили фотографиями социальные сети, а наши друзья, мгновенно проведав, где мы и что делаем, пришли с детьми (!), чтобы поучаствовать в зарядке на крыше (за это отдельное спасибо нашему физкульт-инструктору Наташе Рубиной, PR-директору центра дизайна Artplay). В общем, в эти дни Дом показал КАК он может работать с городом и как люди в нем заинтересованы.

Я очень довольна результатами. Прежде всего, сам воркшоп как опыт был замечательным – мы три дня практически прожили в Доме Наркомфина. Расходились ночью, рано утром возвращались. Ребята проявили бешеную трудоспособность. Два дня на работу – это уровень клаузуры, а они сделали настоящие проекты – очень умные и очень разные.

– А как формировались «проектные группы»?

– За два дня до начала участникам выслали программу воркшопа: как Дом должен показать себя городу, что Дом может рассказать о себе городу и что Дом может дать городу. В первый вечер Николай Васильев провел для участников очень интересную экскурсию, также была историческая презентация, сделанная Васильевым и Яной Миронцевой, Николай Переслегин рассказал о планах по реставрации и связанных со статусом памятника ограничениях. Это очень важно – понимать, в каких пределах можно фантазировать, и что есть зоны табу. Александр Сенаторов также предложил ряд вопросов, над которыми следует подумать участникам воркшопа. А потом ребята рассказали, что они по этому поводу думают – такая печа-куча. И даже из этих несобранных мыслей стало понятно, что люди по-разному видят ситуацию, что нас порадовало. И Олег Распопов им сказал: «Теперь вы все выходите в коридор и возвращаетесь сюда уже группами». Так они и сделали, и эти группы удивительном образом сразу абсолютно «сложились».

– Воркшоп завершился, его результаты были представлены на Московском культурном форуме, а что будет дальше?

Идеи участников нужно развивать, но это требует целенаправленных, конкретных действий. Сейчас все зависит от того, насколько авторы проектов способны свои предложения воплощать, договариваясь при этом с владельцем, городом, охранными ведомствами, потому что, даже чтобы повесить плакат на фасад, надо получить разрешение Москомнаследия. Так, в 2011 на АрхМоскве был прекрасный фотопроект Рустама Керимова и Михаила Королева «АрхАнгелы». Эти плакаты планировали потом повесить на те памятники, об угрозе которым шла речь, но этого не произошло, т.к. не было получено одобрение чиновников. Сейчас мы хотим сделать по той же схеме плакаты для Наркомфина, тем более что это имеет еще и практическую сторону. Там выбиты окна, и проемы надо закрыть, потому что в них заливается вода. Нужны реставрационные шаги, но для каждого нужен специальный акт. А дождь льет. Мы придумали технологию, которая позволяет обойтись без гвоздей: баннер просто прижимается к стене. Но и для этого нужно одобрение Кибовского, к нему надо идти – это бюрократические шаги, которые просто надо сделать. Актуален и вопрос денег.

– И молодые люди – участники воркшопа – составят костяк возрождающих Наркомфин?

– Во всяком случае, они очень воодушевлены. Если они по-настоящему готовы помогать, то может получиться много интересных проектов. Мы сейчас будем делать выставку на нижней галерее дома. Там окна разбиты, их не хотят менять, и эту галерею зашивают щитами. И это будет временная выставочная площадка, поэтому помещение должно быть открыто для публики – хотя бы в какие-то определенные дни. То есть это уже продолжение практики «открытия» Дома и его культурного использования. Еще можно на время реконструкции выстроить макет жилой ячейки во дворе – можно его сделать из строительного мусора или из снега слепить. Эти акции должны быть громкими, имиджевыми, публичными, получать отклик. Только тогда дом-коммуна Наркофина станет популярным местом, и только тогда туда придут люди и станут требовать его возрождения. Сейчас он гниет и гниет – развалюха, которая всем надоела. Ведь у нас много таких памятников под угрозой: дом Мельникова, Шуховская башня… Люди на дом Наркомфина уже не реагируют, а он вполне может стать замечательным местом в одном ряду с парком Горького, Политеха и ДК Зила.

– Очень воодушевляющая программа действий!

– Но существует серьезная проблема, которую важно упомянуть – это проблема города. Принадлежащие Москве пристройки в нижней части Дома надо снести, без этого нельзя осуществить проект реставрации. Но городские власти воспринимают их как материальную ценность. Нормальный муниципалитет просто вывел бы эти 450 м2 из своих активов, но у нас так город не поступает.

В Англии все государственные музеи бесплатные, так как британцы поняли, что вложения в культуру оправданы, они возвращаются. А у нас это – не ценность. Как это воплощается в ситуации с Домом Наркомфина? Коммунальный блок – наиболее пострадавшая его часть. Благодаря Александру Сенаторову, бомжи там больше не живут, появилась охрана, а так все давно бы сгорело. Но состояние блока все равно ужасное, и сделать с этим ничего невозможно. Можно только осуществить акт самозахвата, но это страшно, хотя в принципе это был бы такой эффективный жест. Но подбивать участников воркшопа на это я не буду.

Город выступает в истории с Домом Наркомфина однозначно отрицательным героем. Самое страшное, что, если нас всех, даже общественность, можно персонифицировать, то государство – невозможно: это некие «органы», и их сотрудников мы не видим и не знаем. Тыкать в Собянина и Капкова – абсолютно бессмысленное занятие, потому что отвечают за эти 450 м2 в Доме Наркомфина не они, а какое-нибудь Москомимущество, и там нет ответственного лица. Это вроде Бирюкова из ЖКХ – вроде он есть, а вроде и нет, такой фантом.

Точка схода
Мария Серова (архитектор, МАрхИ), Андрей Стенюшкин (архитектор, МАрхИ), Наталья Никуленкова (видеохудожник, Школа Родченко)

Авторы предлагают сохранить легендарный статус Дома, обусловленный его новаторским устройством быта и знаменитыми жильцами, с помощью освоения интернет-пространства: сначала – «штурм» соцсетей с помощью #narkomfin, а затем – создание сайта, где, помимо исторического очерка, имеется раздел «сообщество», где объединены нынешние и исторические обитатели Дома. Также планируется соорудить во дворе на время реставрации макет жилой ячейки дома в масштабе 1:1, в самом доме устроить «виртуальный музей» по принципу дополненной реальности, а на крыше – открыть кинозал под куполом из ETFE-пленки.

Елена Гонсалес:
«Проект уже действует – в части хештегирования, по-крайней мере :-). Есть планы и создания, вернее реконструкции сайта – было бы здорово запараллелить эти два события – реконструкцию дома и реконструкцию сайта. И, конечно, очень хорошая идея с виртуальным музеем, надеюсь авторы ее со временем додумают.
Мне очень импонирует в этом проекте соединение функциональных и практических шагов с художественными практиками, требующими совсем другого опыта (который, кстати сказать, у участников имеется). Купол над крышей – как вариант консервации дома с сохранением общественных функций на время реставрации – это здорово!»

План 2
Михаил Князев (архитектор, МАрхИ), Михаил Микадзе (архитектор, МАрхИ), Денис Салтыков (культуролог, ВШЭ), Наталья Агапкина (архитектор, Новосибирская академия архитектуры)

Согласно проекту, сначала Дом, сохраняющий свою функцию, «выходит в город» как бренд на различных товарах, а затем в коммунальном блоке создается медиа-центр (кружки, лектории, кафе-бар, коворкинг). В саду в теплое время года проходят фестивали – инженерной мысли и т.д. В одной из ячеек открывается музей, а крыша и галереи становятся общественным и выставочными пространствами, соответственно. У Дома появляются «побратимы» – марсельская «жилая единица» Ле Корбюзье, берлинский массив Сименс-штадт Вальтера Гропиуса и других мастеров современного движения, Центр Барбикан и Isokon в Лондоне и т.д. Все доходы от коммерческой деятельности идут на развитие Дома, а территория вокруг него остается «тихим садом» с продуманным режимом посещения.

Елена Гонсалес:
«Самый продуманный, самый «архитектурный» проект воркшопа. Для меня до сих пор загадка, как авторы за 2 дня сумели сделать полноценный проект в стадии концепции. Все-таки архитекторы – особые люди). Plan2 – исследование с четким функциональным зонированием и обоснованной стратегией освоения пространств. Кроме того, уже на стадии воркшопа начали осуществляться некоторые из идей. Половина моих знакомых уже «забрендирована» стикерами и наклейками с отрисованным Мишей Князевым и Мишей Микадзе логотипом Дома. А идея «дружить домами» мне кажется очень хорошей, я сама бы с удовольствием поучаствовала в таком проекте (если меня возьмут). Ну и в теме лекториев тоже!»

Возвращение домой
Анастасия Кучерова (дизайнер, МГХПА им. С.Г. Строганова), Александр Кузнецов (архитектор, МАрхИ), Наталия Зубарева (дизайнер, ВШЭ), Ирина Хорова (дизайнер, ВШЭ)

Проект привлекает внимание к значению дома Наркомфина как «места культа» для творческих людей, привлеченных его авангардной архитектурой, и как пространства эсперимента для «смелых людей» – опыта коммунальной, общинной жизни. На начальном этапе рядом с Ддомом создаются огород и мастерские на открытом воздухе для всех желающих, но в первую очередь – местных жителей, а также устанавливается временный арт-объект. Зимой мастерская перемещается в коммунальный блок, там же открывается столовая, где блюда готовятся из «огородных» продуктов. Затем завершается реставрация, Дом заселяется, и для жильцов создается отдельный, частный сад.

Елена Гонсалес:
«Этот проект – очень хороший, умный, свежий, неожиданный – именно потому, что авторы не стали копировать логику индустриального процесса, когда человек постепенно освобождался от ручного, бытового труда, и у него появлялось время на саморазвитие. А здесь авторы, наоборот, вводят ручной труд – посадку растений, изготовление мебели – это совместное «делание» приводит к новому взаимопониманию, добрососедству. Мне кажется, что это актуально, это запрос молодых людей. Для них эта идея не несет никаких негативных смыслов вроде пионерской организации. Наоборот, они хотят быть вместе, они устают от одиночества, виртуальности. У них совсем новые потребности, и очень важно, что они транслируют эти потребности на Дом Наркомфина, и он их не отторгает. Этот Дом, по своей идеологии совсем иной, оказался способен вместить и такие идеалы. Дом «вернется» в свою оболочку, но вернется уже с людьми, будет им дружественен. Может быть, это немного наивный проект, но мне он очень нравится именно своей альтернативностью. И мы не говорим, что это готовая программа действий. Это исследование, поиск того, чего людям не хватает.»

Миф Наркомфина
Арсений Афонин (архитектор, МАрхИ), Юлия Андрейченко (архитектор, МАрхИ, МАРШ), Алексей Морозов (культуролог, ВШЭ)

Авторы задаются вопросом: чем может быть Дом Наркомфина сегодня? Это эмблема авангарда, и символическое значение здесь гораздо важнее материального воплощения – крыши, стен и даже жилых ячеек. Поэтому следует сделать из здания «медиа-площадку, транслирующую универсальные и в то же время далекие ценности социальной ответственности и коллективных действий.» В качестве конкретных шагов планируется осваивать придомовую территорию, коммунальный блок и крышу как пространства для образовательных мероприятий, выставок, воркшопов и коворкингов. Также предлагается сооружать во дворе временные павильоны по типу программы лондонской галереи «Серпентайн».

Елена Гонсалес:
«Самый «трудный» проект воркшопа – мы много спорили с авторами. Ребята предложили совсем новые измерения физического объекта – для нас, организаторов воркшопа, архитекторов, это было неожиданно. Мы боялись потерять «тело» Дома, боялись, что оно растворится в эфире. Но, к чести авторов, ребята не прогнулись под нашим напором, и в результате появился проект, у которого может быть очень интересная самостоятельная жизнь. Я думаю, что тут много возможностей и хорошие перспективы, если Арсений, Юлия и Алексей будут развивать свои идеи»

Narkomfin Now
Александра Богданова (архитектор, МАрхИ), Дарья Зайцева (архитектор, МАрхИ, МАРШ), Алексей Пивень (архитектор, МГУ им. Н.П. Огарева)

Дом интересен и ценен особенно в нынешнем состоянии, когда он «постаревший, многоопытный и самостоятельный». Чтобы выразить памятнику авангарда поддержку, предлагается укрепить на его крыше серию крупных воздушных шаров. Когда Дом будет закрыт на реставрацию, его «следы» воплотят рядом в виде объекта лэнд-арта, вдохновленного планами здания. Возрождение Дома предлагается выразить с помощью современных видов канатаходства – слэклайна и хайлайна, имеющих, по мнению авторов, общие идеалы с конструктивизмом.

Елена Гонсалес:
«Честно говоря, это мой любимый проект. Авторы отнеслись к Дому, как художники. Они сформулировали это так: Дом – это прошлое, и мы не понимаем, какое будет его будущее, но нам очень важно зафиксировать его состояние перед реставрацией таким, как оно есть. Дом вызвал в нас эмоции, и для нас очень ценно, что даже в таком состоянии он инициирует творчество. Один участник написал, что ему хочется Дом поддержать и придумал перформанс с шарами. Вторая сказала, что, когда он закроется на реставрацию, очень важно, чтобы остались его следы. А третья – что Дом вызывает ощущение риска, вызова, и это ощущение родственно тому, чем она занимается – хайлайну. Это художественный акт в ответ на некое состояние. И Narkomfin Now – это совершенно отдельный проект, отстоящий от других.»

Архи.ру благодарит агентство «Правила Общения» и лично Юлию Зинкевич за помощь в подготовке материала.

10 Ноября 2014

Статьи по теме: Дом Наркомфина

Новость

Ремонтные работы в доме Наркомфина продолжаются несмотря...

Мнение

Николай Переслегин о спасении здания Наркомфина

Комментарий Николая Переслегина о судьбе здания Наркомфина, где сейчас идут незаконные ремонтные работы.

Новость

В доме Наркомфина продолжается незаконный и разрушительный...

Новость

Реставрацию дома Наркомфина планируют начать через...

Новость

В столице отреставрируют корпус прачечной дома Наркомфина...

все статьи по теме:Дом Наркомфина

Технологии и материалы

Быстро, дешево и многоэтажно

Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.

Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система

Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.

Эффективные фасады из полимеров

К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.

По второму кругу

В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.

Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...

Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.

Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа

В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.

Три цвета MODFORMAT на фасаде

Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.

От модерниста – экологисту

Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».

Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции

Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.

Пищевые производства: логистика и температура

Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.

Тепло и форма

Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.

Угольная пыль вместо цемента

Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.

Материал с характером

За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».

Архитектура воздухообмена

В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.

Инновационное остекление для идеального микроклимата:...

В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.

Опоры из грибницы

В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.

«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo

Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.

Полы, выращенные бактериями

Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.

Живой металл

Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.

Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора

Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.

Сейчас на главной

send.project

Лесные травы

Студия 40 создала интерьер ресторана FOREST в Екатеринбурге, руководствуясь необычным принципом – дизайн должен быть высококлассным и при этом ненавязчивым, чтобы все внимание посетителей было сосредоточено на кулинарных впечатлениях.

Объект

Земельные отношения

Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.

Объект

Курган памяти

Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.

Объект

Между цирком и рынком

Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.

send.project

Баня по-царски

Бюро «Уникум» создало собственную версию идеального банного интерьера, отказавшись от расхожих трендов в пользу собственного уникального стиля – нео-русской готики, одновременно роскошной, интригующей и сказочной, что делает поход в эту баню настоящим побегом от серой реальности.

send.project

«Заря» над волнами

В проекте реконструкции муниципального пляжа «Заря» в Сочи от бюро V6 GROUP – террасирование, «текучий» бетон и открытый бассейн стали ответами на главные вызовы курорта: нехватку места, капризы моря и модернистскую айдентику местной инфраструктуры.

Конкурс

Белый конгломерат

Белые цилиндры «слипаются», расширяются кверху и подсвечиваются изнутри, как гигантские лабораторные колбы. Внутри – атриум-амфитеатр, где наука становится зрелищем. Мы продолжаем публиковать конкурсные проекты ФИЦ оригинальных и перспективных биомедицинских и фармацевтических технологий и показываем концепцию от консорциума «АИ-АРХИТЕКТС+ТОЛК+ZLT+АрТех Лаб».

Результаты конкурса

Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ

Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.

send.project

Типографика пространства

Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.

send.project

За холмами

Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.

Рецензия

Фолиант большого архитектора

Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.

Архитектура в девелопменте

Взгляд сверху

Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.

Результаты конкурса

Переплетение перспектив

В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.

Объект

Блоки и коробки

Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».

send.project

Звенья одной цепи

Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.

Объект

Стоечно-балочное гостеприимство

Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.

send.project

DELO’вой подход

Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.

Объект

Тянись, нить

Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.

Конкурс

IAD Awards 2026

В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».

Интервью

Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...

За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.

send.project

Северный ветер

Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.

Обзор

Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля

Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.

Объект

В ожидании китайской Алисы

Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.

Объект

Фасады «металлик»

Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.

Объект

Высший уровень

На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.

Объект

Восточный подход для Запада

В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.

Объект

Белые террасы в зеленом предгорье

Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.

Объект

Конопляный фасад

Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.

Премия

Малыми средствами

Главной архитектурной наградой ЕС, Премией Мис ван дер Роэ, отмечена функциональная «деконструкция» Дворца выставок в бельгийском Шарлеруа, а как работа начинающих архитекторов – спартанские временные помещения для Национального театра драмы в Любляне.

Рецензия

Архивные сокровища

Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.