Сергей Эстрин: Мне интересно работать в городе, который развивается как творческий организм

Для «Архитектурной мастерской Сергея Эстрина» наступивший год стал переломным: этой зимой компания выиграла сразу пять крупных тендеров, что стало поводом для расширения ее штата и офиса. Об этих переменах и планах на более отдаленное будущее мы беседуем с самим Сергеем Эстриным.

author pht

Автор текста:
Анна Мартовицкая

26 Марта 2013
mainImg
Архитектор:
Сергей Эстрин
Мастерская:
Архитектурная мастерская Сергея Эстрина
Архи.ру: Отметив в прошлом году десятилетие мастерской, вы поставили перед собой задачу вывести компанию на новый уровень?

Сергей Эстрин:
Вы знаете, я всегда немного стесняюсь подобных формулировок. С ваших слов получается, что я сел и принял такое волевое решение: все, переходим на новый уровень. Нет, это в известном смысле происходит само собой, являясь естественным следствием нашей работы, нашего подхода к ней, если угодно. Проекты, созданные нашей мастерской, отличает неизменно высокое качество и индивидуальность, кроме того мы способны работать в сжатые сроки и очень разумно осваивать бюджет заказчика. Все вместе это заставляет клиентов возвращаться к нам вновь и вновь, а также рекомендовать нас своим партнерам, что автоматически приводит к увеличению числа заказов. И эта ситуация тоже не вдруг случилась – просто какое-то время мы умудрялись разводить этапы работы над проектами, для одного делая эскизы, для другого рабочую документацию, над третьим осуществляя авторский надзор. Но когда в декабре прошлого года мы выиграли пять тендеров подряд, стало понятно, что наша слаженная команда с таким объемом работы уже не справится.

Архи.ру: Насколько увеличился штат мастерской?

С.Э.:
Мы взяли на работу семь новых архитекторов и одного менеджера проектов, так что теперь в компании в общей сложности работает 30 человек. При этом мы принципиально не приглашали ГАПов со стороны. Это наше правило – дать дорасти до статуса главного архитектора проектов своим сотрудникам, и уже они, в свою очередь, набирают к себе в бригады нужных им проектировщиков.

Архи.ру: Как вам удалось расширить свой офис без переезда на новое место?

С.Э.:
Это везение, за которое я благодарен судьбе, поскольку очень люблю район Малой Дмитровки, где мы работаем с момента основания мастерской. Переезжать из этого очаровательного тихого центра Москвы я не хотел категорически, поэтому очень долгое время мы жили в довольно стесненных условиях. Помещение рядом с нами, в соседнем подъезде, освободилось еще несколько месяцев назад, и мы присматривались к нему несколько раз, но, скажу честно, оно смущало нас своей крайне нерациональной планировкой и недостатком дневного света. А потом я подумал: почему бы не отнестись к этому как к творческому вызову? И, знаете, так бывает: стоит изменить угол зрения, взяться за работу – и все складывается само собой. Мы очень быстро сделали проект реконструкции этого пространства, подобрали отделочные материалы и светильники, так же быстро сделали ремонт и вот он, наш новый офис: светлый, стильный, гармоничный и, по-моему, прекрасно иллюстрирующий наш подход к организации рабочего пространства.

Присоединение этих помещений позволило нам увеличить площадь офиса более чем в два раза. В общей сложности мы создали 20 новых рабочих мест, то есть теперь даже имеем определенный задел на будущее. Конечно, это не значит, что 12 компьютеров будут пустовать в одном углу в ожидании будущих сотрудников – наоборот, мы равномерно распределили архитекторов по обеим частям офиса так, чтобы они могли общаться, обмениваться опытом, быть в курсе всех проектов, над которыми в настоящий момент работает мастерская.

Архи.ру:  Какими качествами должен обладать архитектор, чтобы получить возможность работать у вас?

С.Э.:
Почти всем профессиональным навыкам человека, получившего архитектурное образование, можно научить. Поэтому главное, что я хочу видеть в будущем сотруднике, это то, что на него можно положиться. Я с большим уважением отношусь к архитекторам, признающим, что они чего-то не знают, и очень не люблю нытиков, которые сами не понимают, для чего утром приходят на работу. В общем, не открою америк, если скажу, что самое ценное качество сотрудников – это ответственность и осознанный подход к работе.

Архи.ру: Какие именно выигранные тендеры подвигли вас на расширение штата и офиса?

С.Э.: Выиграли тендер на обустройство общественных зон для башни «Евразия» в «Москва-Сити», предложив заказчику концепцию, предусматривающую оформление этой части небоскреба в виде лесного массива. Получили заказы на проектирование центрального офиса компании «Леруа Мерлен» и Первой грузовой компании, а также нового института Visual Care нашего давнишнего клиента – компании Johnson&Johnson. Плюс только что закончили сразу три варианта концепции офиса площадью 20 тысяч квадратных метров для ОАО «НЛМК». Чрезвычайно интересная для нас работа – проект агротуристического комплекса в Подмосковье. На участке площадью 140 гектар мы размещаем множество самых разных функций – гостевые дома и гостиница, спа-комплекс, спортивные объекты, ресторан и т.д. Это новый для нас опыт масштабной градостроительной работы.

zooming
Проект интерьера офиса Первой грузовой компании
zooming
«Волна» (жилой интерьер в «Москва-Сити», 2012 г) © АМСЭ
zooming
Офис компании «Трансаэро»

Архи.ру: После многих лет работы почти исключительно в жанре интерьеров в портфолио вашей мастерской появилось сразу несколько объемных проектов.

С.Э.:
Строго говоря, организуя собственное бюро, я не собирался заниматься преимущественно интерьерами. Наоборот, с самого начала я и моя команда стремились развивать два направления параллельно – интерьеры и объемное проектирование, – но так сложилась жизнь, что первое время интерьеры действительно превалировали. Возможно, в том числе и потому, что раньше мы больше сопротивлялись предложениям работать где-то вне столицы: на выезды за пределы Москвы времени и человеческих ресурсов банально не было. Сейчас, когда наши старые заказчики все чаще возвращаются к нам, география и типология нашей работы расширяются сами собой. Плюс, если говорить об объемном проектировании, в регионе построить объект проще, чем убить в Москве годы жизни на его согласование и переделки.
Проект интерьера общественных зон для башни «Евразия» в «Москва-Сити»

Архи.ру: Ваш  жилой дом в Новороссийске, удостоенный в прошлом году нескольких профессиональных наград, является  очень сложным объектом с точки зрения используемых конструкций и материалов. Не боитесь, что если в Москве качество строительства оставляет желать лучшего, то в регионах дело с этим обстоит еще хуже?

С.Э.:
К реализации этого объекта мы привлекаем лучшие компании, в том числе зарубежные, которых интересует возможность выйти на рынок Краснодарского края. Я уверен, что вопрос качества строительства решаем – и географическое расположение объекта здесь играет отнюдь не решающую роль.
zooming
«Волна» (жилой интерьер в «Москва-Сити», 2012 г)

Архи.ру: Какие типологии вам наиболее интересны сейчас как архитектору? За какими зданиями, на ваш взгляд, будущее архитектуры?

С.Э.:
Развитие общества, мне кажется, обещает архитекторам много интересного. Многие предсказывают зеленое, насквозь экологичное и инновационное будущее. Но, возможно, комфорт будет ассоциироваться не только с зелеными зонами. Сам город будет развиваться как творческий организм – и давать людям принципиально новые возможности для самовыражения. И это может и должно стать спецификой городов – Лондон и Нью-Йорк, например, уже идут по этому пути.

Архи.ру: Нью-Йорк, Лондон – допускаю. Но Москва?..

С.Э.:
А почему бы и Москве не попробовать? Финансовый центр из нее не получается, промышленный уже не получился. Транспортная стоянка? Но ведь это как-то маловато для столицы нашей родины. Мы живем на заре интеллектуальной эпохи, когда меняется сам характер занятости городского человека. Рабочее место обрастает новыми функциями, и именно оно, еще больше, чем раньше, занимает центральное место в жизни человека – мне как архитектору чрезвычайно интересно думать об этом, что называется, с карандашом в руках. Даже если мои эскизы не пригодятся, интересно будет взглянуть на них через несколько лет и сравнить с той средой, которая возникнет в городе.
Проект агротуристического комплекса в Подмосковье
Проект агротуристического комплекса в Подмосковье
Сергей Эстрин. Фотография предоставлена «Архитектурной мастерской Сергея Эстрина»


Архитектор:
Сергей Эстрин
Мастерская:
Архитектурная мастерская Сергея Эстрина

26 Марта 2013

author pht

Автор текста:

Анна Мартовицкая
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Тонкие и белые
Стальные ламели арены Match Point выполнены на высокотехнологичном производстве компании GRADAS.
Превращение мансарды
Для «Петровского квартала» бюро «Евгений Герасимов и партнеры» воспользовались окнами VELUX Cabrio, которые позволяют одним движением руки превратить мансарду в небольшую террасу.
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Сейчас на главной
Жилой каньон
Комплекс Amani на юге Мексики – это две поставленные параллельно тонкие пластины, где в каждой квартире достаточно солнца и возможно сквозное проветривание. Авторы проекта – Archetonic.
Тучков буян: последняя пятерка
Вместе с финалистами конкурса на концепцию парка «Тучков буян», не вошедшими в призовую тройку, продолжаем мечтать о том, что могло бы появиться в центре Петербурга: дикий лес, новые острова, искусственный канал и много амфитеатров.
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».
Парк чувств
Проект «Романтического парка Тучков буян» консорциума «Студии 44» и WEST 8, победивший в международном конкурсе, соединяет скульптурную геопластику и деревянные конструкции, разнообразие пространственных характеристик и насыщенную программу, рассчитанную на разнообразную аудиторию, с красивой и сложной пассеистической идеей усадебно-дворцового парка, настроенного на активизацию мыслей и чувств.
Деревянный «флибустьер»
Дом Freebooter на две квартиры-дуплекса в Амстердаме с деревянными солнцезащитными ламелями и деревянно-стальной гибридной конструкцией. Авторы проекта – бюро GG-loop.
Ландшафт как мемориал
Бюро Snøhetta выиграло конкурс на проект президентской библиотеки Теодора Рузвельта рядом с национальным парком его имени в Северной Дакоте.
Третья гора
Выставочный центр традиционной китайской медицины по проекту Wutopia Lab на горе Лофушань недалеко от Гуанчжоу напоминает о принципах даосизма и древнем ландшафтном искусстве.
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
Кристаллический ландшафт
На Тайване открылся концертный зал Тайбэйского центра музыки по проекту RUR Architecture: этот посвященный поп-музыке комплекс 11 лет назад был предметом крупного международного архитектурного конкурса.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Архитектура как инструмент обучения
Концепция благотворительной школы «Точка будущего» в Иркутске основана на новейших образовательных программах и предназначена, в числе прочего, для адаптации детей-сирот к самостоятельной жизни. Одной из составляющих обучения должна стать архитектура здания: его структура и разные типы связанных друг с другом пространств.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Метро как по учебнику
В столице Катара Дохе строится с нуля метрополитен: готовы 37 станций, спроектированных по «дизайн-руководству», разработанному бюро UNStudio.
Первый выпуск Ре-школы: наследие Ельца
Дипломники школы Наринэ Тютчевой подготовили мастер-план развития Ельца, а также концепцию сохранения трех объектов культурного наследия, предлагая решения для сохранения слободской застройки, расселения ветхого жилья и восстановления городских связей.
Керамика в ракурсе
Изогнутые керамические пластинки на фасадах исследовательского института при барселонской больнице Сан-Пау – «двойного назначения»: снаружи это натуральная терракота, а в ракурсе видна разноцветная глазурь.
Пресса: Как изменится Небесный град. Григорий Ревзин о городе...
Рядом с реальным городом у нас на глазах вырос город виртуальный, и можно с большой уверенностью утверждать, что эта пара теперь просуществует неопределенно долго. Даже более определенно — эта пара и есть город будущего при любом варианте его развития.
Машина для эмоций
Новый небоскреб в деловом районе Дефанс – башня компании Saint-Gobain, по замыслу архитекторов Valode & Pistre, должна вызывать эмоции – своей сложной формой, висячими садами, переменчивым обликом фасада.
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Наедине с морем
Плавучий сборный отель Punta de Mar у испанского побережья Средиземного моря – образец туризма будущего. При реализации проекта важную роль сыграло стекло Guardian Glass.
Галерейный подход
Рассказываем о концепции Центральной районной больницы вместимостью 240 мест «Гинзбург архитектс», которая заняла 1 место на конкурсе Союза архитекторов и Минздрава.
Конструктор здоровья
Публикуем концепцию типовой больницы бюро UNK project, занявшую 2 место в конкурсе, проведенном Союзом архитекторов России при участии Минздрава.
Пресса: Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро
В Москве объявили результаты очередного — пятого — конкурса на архитектурный облик станций метро. Мы решили разобраться, что происходит с 9-ю концепциями-победителями уже прошедших конкурсов и почему реализации могут оказаться совсем на них не похожими.
«Скальпель» в сердце Сити
Новая офисная башня по проекту KPF в центре Лондона благодаря своему острому силуэту получила прозвище «Скальпель». Она стоит рядом с «Корнишоном» и «Теркой для сыра».
Пресса: Вини Маас: Петербургу нужно два мэра — для центра...
Знаменитый архитектор, один из самых смелых визионеров от урбанистики в мире, руководящий партнёр бюро MVRDV Вини Маас рассказал dp.ru о том, почему окраины в Петербурге важнее центра, как вернуть город в мировой контекст, есть ли смысл развивать в городе сельское хозяйство, а также о своём проекте для Охтинского мыса.
От гор к водам
В Шэньчжэне реализован проект OMA: офисная башня Prince Plaza c торговым центром в большом стилобате.
Градсовет удаленно 26.08.2020
Предварительное, «для ППТ», рассмотрение дома – близкого соседа «Дома у моря» и исторического особняка, вызвало много замечаний и пожелание доработки, в том числе с позиций охраны памятника и градостроительной ситуации. Хотя проект сам по себе скорее позволили.