Автор текста:
Наталья Коряковская
Выставку делали «блаженные люди, без которых было бы невыносимо тошно», – пишет в ответ Аввакумову Катя Шольц. – И раз уж из нашего супер-профессионального сообщества никто даже не смотрит в сторону «вещей музейного качества», то уж оставить этих людей с их маленькими выставочками, сделанными на коленке в далеких от публики залах, в покое, надеюсь, можно». А вот по мнению Михаила Белова, это даже не выставка, а «напоминание»: самому архитектору, к примеру, вспомнилась история одного своего эскиза, который 37 лет провисел в квартире Б.Г. Бархина, а теперь появился в нынешней экспозиции: «Бархин так ценил своих учеников, что для него было естественно высоко ценить эскизы 20-летнего юноши, – замечает Белов. – Теперь так не делают: то ли юноши с эскизами перевелись, то ли Фомин прав и интеллигентность извели под корень».
А вот философ Александр Раппапорт в одной из последних статей в своем блоге заключает, что в архитектуре сегодня перевелось главное – ее содержание. Десятилетия в ней боролись с формализмом, в СССР – в пользу соцреализма, на Западе – под знаменем функционализма, пишет философ, а в итоге «в ней не осталось ни социализма, ни функционализма и все превратилось в изящную игру постмодернистской формалистики или геометрии». Нынешние архитекторы, по мнению автора блога, «выпали из круга просвещенных философов и гуманистов», а современный культурный истеблишмент к ней теперь абсолютно равнодушен. И все же Раппапорт ожидает возвращения в архитектуру смысла, потому что история, по его словам, не раз показывала, что новое и живое появляется неожиданно, когда его уже ничто не предвещает.
Следующий пост – про «юношей с эскизами», может быть, и не совсем тех, которых имел в виду Михаил Белов, но восполняющих недостаток архитектурного профессионализма активной гражданской позицией. Илья Варламов и Максим Кац из «Городских проектов» предложили свою альтернативу мегапроекту реконструкции Ленинского проспекта; с ее помощью они надеются переубедить московские власти бороться с пробками, превращая улицы в хайвеи. Вместо строительства новых эстакад и тоннелей в «Городских проектах» считают разумным создать по центру проспекта скоростную трамвайную линию, велодорожки и прогулочные зоны.
Впрочем, как ни гуманно выглядят эти предложения, большая часть пользователей по-прежнему не готова пересесть на общественный транспорт. Убедить их в этом инициаторы проекта надеются теперь при помощи иностранных экспертов – «двух авторитетных учёных-транспортников из Франции и США и одного практикующего транспортника из Норвегии». Им «Городские проекты» собираются заказать независимую экспертизу нынешних предложений мэрии по борьбе с пробками, на что в журнале Максима Каца уже активно идет сбор пожертвований. «Выводы заморских агентов влияния гроша ломаного не стоят», – сомневаются в свою очередь, пользователи. «Чтобы эксперты смогли проанализировать транспорт Москвы, нужен внятный общий стратегический генплан, которого нет», – замечает, к примеру, design_n1. А yakimovmihail советует «покупать не заключения (экспертизы), а знания и технологии», чтобы после того, как иностранные специалисты уедут, развивать их прогрессивные идеи самостоятельно.
А вот блоггер Юрий Кочетков, в свою очередь, уверен, что в мэрии к мнению зарубежных экспертов как раз прислушиваются: именно с их помощью, считает блоггер, столичные власти переключились с освоения новоприсоединенных территорий на огромный резерв московских промзон. Первое, т.е. «вынос спальных районов в область», конечно, проще, пишет автор блога, поскольку у промышленных территорий, как правило, множество проблем, начиная от собственников и заканчивая загрязнением. Но с другой стороны, именно первый путь – тупиковый в отношении транспортно-логистического развития. О будущем промзон, тем временем, заспорили и в сообществе урбанистов RUPA. Например, Дмитрий Наринский видит в них, помимо коммерческого жилья, еще и потенциал к созданию новых публичных пространств: «Мы знаем, что есть очень интересные предложения по созданию кампусов на этих территориях, а «Остоженка» (Гнездилов не случайно стал главным архитектором «НИиПИ Генплана») вообще рассматривала данные территории под Парламентский центр». Впрочем, по мнению Александра Антонова, публичные пространства в отрыве от жилья – это иллюзия, и мода на них скоро пройдет. А Ярослав Ковальчук напомнил, что у промзон ко всем прочим бедам нет еще и улиц, т.е. при конверсии предстоит менять границы участков и прокладывать новые.
Тем временем, в блоге «Живые улицы» идея Варламова и Каца прекрасно иллюстрируется примером Франкфурта-на-Майне, который всего за 40 лет превратился из «города дружелюбного к автомобилям» в город для пешеходов. Для того чтобы увидеть это, достаточно взглянуть на площадь Хауптвахе: об оживленном автомобильном движении на ней теперь напоминает лишь громадный вход в подземный переход; улица в несколько этапов стала исключительно пешеходной. «При этом, – замечает автор блога, – город не умер в пробках и не остановился в развитии». Пользователи, однако, сомневаются, что отечественный «градостроительный продукт» сможет подняться до такого качества. Блоггер Irina Čuma, к примеру, пишет, что большим проектам в духе «устойчивого развития» помогают, в частности, фонды Евросоюза, «а в России отчитываться не перед кем, что дали, то и ешьте».
Кстати о качестве: «Представьте себе небольшой город на берегу залива, почти 100 отличных домов, торговый центр, библиотека, бассейн и ни одной души вокруг», – пишет блоггер samsebeskazal про канадский Китсолт. Его построили более 20-ти лет назад у молибденового рудника и почти сразу покинули, когда производство закрылось. Пользователи в полном восторге – как заброшенный город сохранился в таком удивительном состоянии: все коммуникации работают, асфальт не растрескался, цела даже мебель в домах, хоть сейчас заселяйся и живи. «У нас в середину восьмидесятых можно попасть, если в чернобыльскую зону съездить, в Припять, – вспоминает chivonapets. – Но там всё расхабарено. А тут совсем другое дело». Впрочем, что с этим «музеем» делать, блоггеры не знают: «Слишком далеко от основных магистралей, до открытого моря тоже не близко. Туризм там, скорее всего, не выживет. Под военный городок тоже не годится, – размышляет nordlight_spb. – Только если какой-нибудь научный центр, может, действительно делать, особо секретный».
Завершим нынешний обзор блогом Сергея Эстрина, который опубликовал в нем заметку про один замечательный артефакт своей коллекции – белый кожаный ридикюль, испробованный архитектором в качестве нового материала для рисунка. Читателям своего блога Эстрин замечает, что поиски его зачастую экстравагантны: «Чем я уже рисовал? Шпателем по картону, булавкой по воску, сапожной щеткой, пером, окурком...». В нынешний же раз архитектору рисовалось медным акрилом из тюбика: так на сумке появились холмы и башни – «есть Пизанская, есть башни Сан Джиминьяно, знаменитое творение Эйфеля, Кремль...».
Технологии и материалы
Сейчас на главной
Москвич МАГ осознал одинаковость московских новостроек и расспросил архитекторов.
Руководитель "Студии 44" Никита Явейн в интервью "Деловому Петербургу" рассказал, почему в Конюшенном ведомстве уместны ресторанная и общественная функции, почему в бывших культовых сооружениях возможны театры и другие развлекательные форматы и как получилось, что Петербургу при богатом историческом центре не хватает комфортной среды.
25 августа объявили итоги конкурса на небоскреб в «русском стиле», который проводил тг-канал «Небоскребы» по заказу ГК «Стратегия Развития». Месяцем позже, 2 октября, состоялась церемония награждения победителей в ММДЦ «Москва-Сити».
