Живописная урбанистика

В выставочном зале Московского Союза Художников на Кузнецком Мосту завершается экспозиция «Тело города», где представлены работы двух художников: Евгении Буравлевой и Марии Суворовой. О том, как живопись заинтересовалась архитектурой и наоборот — Анна Вяземцева.

Автор текста:
Анна Вяземцева

09 Февраля 2012
mainImg
Город — одна из ключевых тем живописи, питавшая ее на протяжении многих веков, давшая ей множество идей: от формальных находок до социально-этического смысла искусства. Однако, в последнее время, а точнее уже несколько десятилетий как, архитектура города едва ли считается интересным сюжетом для работы художника. Скорее, героем картины стали «продукты» городской реальности: урбанистическая атмосфера, ситуации, чувства. Конкретные здания и ансамбли, идентифицирующие город, редко находят отражение в современном искусстве. Но город определяется именно спецификой архитектуры и планировки, поэтому полотна Евгении Буравлевой и Марии Суворовой открывают новую дискуссию о восприятии архитектуры в современной культуре.

Памятники прошлого и настоящего в современном искусстве, если они не служат исключительно для создания ассоциативного ряда (идентификации места, события, политического контекста) — большая редкость. Чаще они входят в поле деятельности фотографии и кино, своего рода new media 20 века. Причина этого, с одной стороны, в особенностях развития как визуальных искусств, так и архитектуры, начиная с авангарда, с другой — в эволюции восприятия архитектуры.

Традиционно, архитектурный памятник служил в живописи для указания на место действия с исходящими из этого смыслами. Последним периодом, когда конкретные здания что-то значили для этого искусства, были ранние 1930-е годы: Дейнека размещал своих героев на фоне новых зданий на Садовом кольце или проекта Дворца Советов, а Пименов писал «Новую Москву» с видом на Моссовет и гостиницу «Москва». В послевоенное время, когда сложился устойчивый образ современной архитектуры как эстетически и этически отрицательного явления, ассоциировавшегося с непопулярными программами властных структур и/или социальными явлениями, живопись избегает «продукт» нового строительства, обращаясь все чаще либо к ностальгирующему созерцанию старых городов, либо к эстетизации субкультуры, живущей в современном городе (например, граффити Ж. М. Баскиа, перенесенные в формат станковой картины). Архитектура по-настоящему осознавалась в кино (наиболее выразительно — в позднем итальянском неореализме) и фотографии: едва ли холст и масло в прошлом столетии виделись способными воплотить эстетику стекла, бетона, лаконичных форм.
 
В представленных на выставке «Тело города» работах — архитектура в центре внимания, однако то, как она показана, выводит произведения за пределы формата традиционного городского пейзажа.  Она подается именно как артефакт городского образования, fatto urbano, в смысле, предложенном Альдо Росси в его «Архитектуре города». Здания здесь — как знак, идентифицирующий место, но не только. В работах Евгении Буравлевой можно говорить о среде, в работах Марии Суворой — о состоянии, но объединяющий их message зрителю состоит именно в приглашении почувствовать архитектурный объект или ансамбль, совокупность городских «данностей», осознать их влияние на себя — и свое влияние на них. Архитектура города формирует маршруты, настроения, провоцирует ситуации, создает эмоции; но, в то же время, все это создается людьми, разными и в разное время. Влияние архитектуры, городской структуры не является главным осознаваемым ощущением жителя мегаполиса, но воспринимается косвенно; представленные здесь работы это влияние акцентируют.
  
Виды Лондона Евгении Буравлевой — градостроительное исследование объекта средствами живописи: своего рода визуализация средового и эмоционального эффекта сооружения, воспринятого в контексте его архитектурного и атмосферного окружения. То, что делают (или должны делать) архитекторы и градостроители перед реализацией объекта, художник здесь передает красками, впрочем, a posteriori. Показательно, что краска остается краской, растекаясь по поверхности холста, превращаясь в  цвет, порой игнорируя изображенные детали — абрис зданий, фигурки людей, определяющие масштаб. Таким образом, подчеркивается собственно «сделанность» картины, раздвоенность изображения и изображаемого, аналитический характер произведения, при всей его наполненности ощущением спонтанного впечатления, что является прямой метафорой городского организма в процессе его образования и эффекта, производимым им впоследствии.

Город Марии Суворовой осознанно фрагментарен, а фрагменты его — символичны. Более того, она структурирует и систематизирует городское пространство, создавая роды и виды его образований, различая и акцентируя его композицию. Здесь минимален цвет (как почти всегда минимальна память о цвете в городе его жителя), предельно упрощены формы. Ее работы — знаки, результирующая многочисленных кадров восприятия, остающихся у жителя города или путешественника, с оголенной структурой, усиленными смыслами.
      
Поэтика этих произведений — результат  осмысления личных впечатлений, что опять же демонстрирует редкий интерес художников к архитектуре, а не к более предсказуемым видам и панорамам. В словаре живописного языка каждого автора — культурная база. Так, в работах Евгении Буравлевой присутствует Уильям Тернер, но также и экспрессионизм 20 века, и цветовые градации Пуссена. Живопись Марии Суворовой вспоминает опыт итальянских метафизиков, в первую очередь, Джорджо Де Кирико, но также текстуры Альберто Бурри и Ансельма Кифера. Современный художник, к какому направлению он бы ни принадлежал, понимает и интерпретирует смыслы «влияний» и «заимствований», используя их в качестве дополнительного выразительного средства.
         
Архитектура, изображенная в представленных здесь полотнах, зачастую имела сложную историю, не всегда принималась обществом, отвергалась горожанами: «сталинские» высотные дома, небоскреб Swiss Re в Лондоне. Однако представленные нам работы свидетельствуют о том, что эти объекты живут в сознании и способны быть воспринятыми и воспроизведенными средствами живописи. Эти здания вживаются в городской ландшафт, органически врастая в него — в тело города.
zooming
Вид экспозиции «Тело города». Фото предоставлено Евгенией Буравлевой
Евгения Буравлева. Лондон. Посвящение Герарду Рихтеру. 2011, х., м., 150х150
Мария Суворова. Идолы. Башня. 2011, х., м., 250х170
zooming
Вид экспозиции «Тело города». Фото предоставлено Евгенией Буравлевой
zooming
Мария Суворова. Париж. 2011, х., м., 170х250
Евгения Буравлева. Trafalgar Square. 2012, х., м., 150х150
zooming
Вид экспозиции «Тело города». Фото предоставлено Евгенией Буравлевой
Евгения Буравлева. Филпот Лэйн вечером. 2011, х, м., 150х150
Мария Суворова. Идолы. Башня. 2009, х., м., 340х250
zooming
Евгения Буравлева. Осень в Лондоне. 2012, х., м., 120х150
Евгения Буравлева. Грузовики на въезде в Тоннель Дартфорд. 2011, х., м., 150х150


09 Февраля 2012

Автор текста:

Анна Вяземцева
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.

Сейчас на главной

Рациональное построение
Рассматриваем комплекс построек и интерьеры первой очереди здания, которое за последние месяцы стало очень известным – больницу в Коммунарке.
Норману Фостеру – 85
Мастеру архитектурного хай-тека, любителю лыжных марафонов, а с недавних пор еще и звезде Instagram, британцу Норману Фостеру исполнилось сегодня 85 лет.
Маскировка модерниста
Общественный центр на площади Волкова в Ярославле: из-за деревьев его почти не видно, он хорошо спрятан на виду, но не отступает от принципа строгой современной архитектуры с ноткой ностальгии по «классическому» модернизму.
Умер Константин Малиновский
В Петербурге 27 мая скончался исследователь творчества Трезини, Кваренги, Расстрелли, культуры и искусства Петербурга XVIII века Константин Малиновский. Сергей Чобан – в память о Константине Малиновском.
Гранёный
Скульптурный металлический кожух превратил обычную коробку придорожного ТРЦ в нечто большее – в здание, которое привлекает взгляды само со себе, своей формой, работая гипер-рамой для рекламного медиа-экрана.
Свободный центр
105-метровая жилая башня на 20 квартир по проекту Heatherwick Studio в Сингапуре обошлась без традиционного сервисного ядра: вместо него на каждом этаже – обширная жилая зона, выходящая на фасады балконами-раковинами с тропической зеленью.
Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.