Как предотвратить потерю концентрации сотрудников в open space?

Рабочее пространство должно предоставлять четко разделенные зоны для коллективной, индивидуальной и сфокусированной работы. Эти зоны должны не конкурировать, а дополнять друг друга. Комментирует Денис Черничкин, Директор Haworth Business Interiors

Дизайн Реклама
mainImg
За прошедшее десятилетие преобладание открытых зон в современных офисах стало более явным, вытесняя другие типы организации пространства. Несмотря на то, что open space улучшает взаимодействие между сотрудниками и сокращает затраты на недвижимость, в то же время в нем сложнее сфокусироваться и сконцентрироваться на работе, что негативно влияет на производительность и в итоге может перевесить все плюсы.

Безусловно, практически в любом офисе должны быть открытые зоны для общения, повышающие частоту и эффективность взаимодействия сотрудников и увеличивающие вероятность создания инноваций. Однако подобные зоны создают визуальные и шумовые помехи в открытом пространстве, которые мешают сосредоточиться, а работа, требующая концентрации, является не менее важной, чем командная работа. Поэтому стоит разобраться, что именно влияет на концентрацию, как можно избежать ее потери, а также как грамотно сочетать открытые зоны с зонами для сфокусированной работы.

О проблеме шума и потере концентрации в open space известно всем, но, к сожалению, немногие всерьез занимаются этим вопросом. Возможно, из-за того, что звук нельзя увидеть, мы недооцениваем его значение. Например, если бы в офисе случилась протечка, пусть не очень серьезная, ответственный персонал моментально занялся бы ее устранением. «Утечки» звука могут наносить не меньший ущерб работе офиса, но мы почему-то легко игнорируем эту проблему, в отличие от промокшего ковра.

Согласно данным исследовательского центра Haworth, в среднем сотрудники теряют 28% рабочего времени из-за отвлекающих факторов в офисе. В результате им приходится начинать рабочий день раньше или оставаться допоздна, чтобы закончить все задачи, требующие тишины и концентрации. Эта проблема далеко не новая. Офисные работники зачастую нуждаются в местах, где можно уединиться и сосредоточиться, и, к сожалению, этот фактор меньше всего учитывается в открытых рабочих пространствах. По статистике, приведенной в исследовании, более половины всех сотрудников считают, что в их офисе сложно сконцентрироваться, из-за чего они теряют много времени.

Помимо визуального беспорядка и шумового загрязнения, с которыми сотрудники вынуждены сталкиваться в офисах с открытой планировкой, их засыпают такими отвлекающими факторами, как электронные письма, жужжащие смартфоны и всплывающие сообщения. Избыток информации от непрерывной мобильной и интернет связи «парализует» их, оставляя меньше времени, чтобы сосредоточиться на своей работе и нестандартном решении задач. Человеческий мозг работает так же, как и тысячу лет назад, но сейчас у нас есть все эти технологии, и наша биология не поспевает за их развитием. Перегруженность информацией быстро стала главным негативным трендом на рынке человеческого капитала.

Потеря концентрации

Работая над одной задачей, человек может сосредоточиться таким образом, что будет воспринимать только ту информацию, которую считает важной, игнорируя все остальное. Это удивительная способность человеческого мозга. Однако, когда возникают многочисленные отвлекающие факторы, внимание часто переключается с нужной задачи на менее важные вещи.
Офисное пространство open space © Haworth
Офисное пространство open space © Haworth
Офисное пространство open space © Haworth

Важно отметить, что отвлекающие факторы можно разбить на два типа: внутренние и внешние. И согласно приведенным в исследовании данным, сотрудникам требуется в среднем 23 минуты, чтобы вновь сосредоточиться и вернуться к выполнению прерванной работы из-за внешних отвлекающих факторов. Интересно, что при этом они фокусируются на как минимум двух других задачах, прежде чем вернуться к той, что они выполняли до этого.

Внутренние факторы – это, как правило, личные мысли или переживания, не касающиеся непосредственно работы, например, что поесть на обед или какие дела остались на вечер. Вернуться к работе, отвлекшись из-за внутренних факторов, как выяснилось, несколько сложнее, и на это уходит около 30-35 минут. Таким образом, мы тратим достаточно много когнитивных усилий на контролирование собственных отвлекающих мыслей. Поэтому так важно минимизировать эффект внешних факторов – ведь чем больше усилий нужно для борьбы с внешними факторами, тем чаще человек будет отвлекаться и тем больше времени будет тратиться впустую.

Чем больше мультизадачность, тем ниже эффективность

Человеческий мозг не способен обрабатывать информацию так, как компьютер, который может выполнять несколько процессов одновременно. Для людей больше свойственна последовательность действий. Когда мы пытаемся выполнить две или более задачи, нам часто кажется, что мы справляемся со всем разом. В реальности же, переключаясь между задачами, мы теряем много времени, и чем дольше они выполняются, тем больше мы теряем концентрацию и тем больше делаем ошибок. Многие даже называют мультизадачность еще одной формой отвлекающих факторов, поскольку при выполнении нескольких задач внимание рассеивается между ними.
Мобильные телефонные будки Framery предоставляют место с полной акустической изоляцией прямо в open space © Haworth

Например, у нас есть задача наполнить несколько стаканов из одной бутылки воды. Мы не можем заполнить их одновременно, поэтому мы либо наполняем их полностью по очереди, либо понемножку, раз за разом возвращаясь к незаполненным стаканам. В первом случае, очевидно, мы справимся быстрее и эффективнее, тогда как во втором случае процесс займет больше времени, при этом мы можем вылить больше воды мимо стаканов. И чем больше стаканов, тем дольше будет идти этот процесс, и тем больше воды мы прольем мимо.

Технологии могут особенно все осложнить при мультизадачной работе, поскольку со всеми отвлекающими факторами мы находимся в состоянии, когда сами готовимся к тому, чтобы нас отвлекли, и большинство людей просто не справляется с мультизадачностью как надо. Поэтому, сфокусировавшись на одной активности, мы работаем более продуктивно. Особенно в состоянии «потока».

Попасть в поток

«Поток» (flow) – концепция в психологии, которую разработал венгерский психолог Михай Чиксентмихайи в 1970х годах. Этот термин обозначает психическое состояние, в котором человек полностью вовлечен в определенную активность, мотивирован, полон энергии и часто теряет счет времени. Так он работает не только более продуктивно, но и более креативно.

Внешние отвлекающие факторы могут мешать сосредоточиться, но практически не влияют на тех, кто находится в состоянии «потока». Например, музыка в офисе может восприниматься одним как отвлекающий фактор, и быть практически не замеченной другим, хотя оба сосредоточены на одной задаче. Это может означать, что второй уже вошел в состояние «потока», тогда как другой только пытается это сделать, но ему мешают внешние факторы.
Офисное пространство open space © Haworth

С другой стороны, внешние стимулы не обязаны быть отвлекающими факторами, а, наоборот, могут быть полезными для выполнения работы. Иногда необходимо понимать и оценивать внешнюю обстановку и окружающую среду. Подобное ситуационное восприятие бывает полезно для определенной деятельности. Например, при вождении человек сосредоточен, при этом ему нужно оценивать различные ситуативные факторы: дорогу, светофор, других участников движения.
Продуктивная работа в офисе требует как ситуационного восприятия, так и вхождения в «потоковое» состояние. К сожалению, невозможно находиться одновременно в обоих состояниях, поэтому, с учетом текущих задач, обстоятельств и внутренних и внешних факторов, сотрудники должны переключаться между ними. А пространство в офисе должно поддерживать работу в каждом из этих состояний.

Дизайн пространства для работы в концентрации

Отвлекающие факторы никуда не исчезнут, но офисное пространство должно поддерживать работу в концентрации вместо того, чтобы создавать новые преграды для достижения «потокового» состояния.
Рабочие потребности сотрудников меняются в течение дня в зависимости от задачи. Например, сначала необходимо разобрать почту, сделать несколько звонков, затем подготовиться к встрече, обсудить задачи с коллегами, после подготовить коммерческое предложение. Только с комплексным подходом к дизайну можно создать пространство, которое подходит для всех перечисленных активностей.
Коллекция Openest позволяет создавать небольшие уединенные зоны прямо в open space, которые можно легко реконфигурировать при необходимости © Haworth

Этот комплексный подход к организации офисного пространства заключает в себе пять принципов: разнообразие, выбор, контроль, узнаваемость и пополнение сил.

Разнообразие. Не стоит выбирать между открытыми и приватными зонами, нужно предоставить сотрудникам и те, и другие, а также дать им возможность выбирать подходящее пространство для каждой задачи. Работа, требующая концентрации, может выполняться в любой зоне: кому-то комфортнее в open space под звуки офисного гула, а кому-то необходима полная тишина в уединенном месте. Главное, чтобы оба типа пространства были представлены в офисе.

Выбор. Доверьте сотрудникам право выбирать где, как и когда им выполнять свою работу. И они смогут сами найти те условия, в которых они будут максимально продуктивны.

Контроль. Дайте сотрудникам контроль над их рабочим местом. Если все решить за них, то велика вероятность ошибиться с их предпочтениями. Например, решив избавить сотрудников от шумовых помех и изолировав их от общих зон, компании могут значительно ухудшить взаимодействие коллег. Вместо этого стоит дать сотрудникам возможность регулировать уровень приватности на своем рабочем месте, частоту взаимодействия с коллегами, а также набор аксессуаров, уровень света, температуру и т.д. Само осознание того, что они могут контролировать свое рабочее пространство, может перекрыть некоторые негативные последствия отвлекающих факторов.

Узнаваемость. Попасть из точки А в точку B, затем в точку С должно быть легко. Понятные и простые планировки позволяют людям быстрее ориентироваться в пространстве и избегать неловких ситуаций и потери времени. По-настоящему понятная планировка позволяет сотруднику мысленно представить карту офиса, находить в нем коллег и интуитивно понимать предназначение каждой зоны. Когда вы четко разграничиваете функциональные зоны, вы не перегружаете когнитивные процессы сотрудников ненужными мыслями, и они сразу готовы направить свою энергию на выполнение задач вместо того, чтобы пытаться сориентироваться в пространстве.

Пополнение сил. Выделите сотрудникам время и место для перерывов. Когда мы долго концентрируемся на работе, расходуется много энергии, и организм быстрее устает. Наш мозг делает действительно удивительные вещи, позволяя нам концентрироваться на чем-то в течение длительного времени, не обращая внимания на отвлекающие факторы. Поэтому «перезарядка» после такой активности просто необходима. Одним из вариантов пополнения энергии является возможность полюбоваться видом из окна, ненадолго оторвавшись от работы, и любая компания должна обеспечить такую возможность. Также можно делать небольшие паузы в течение дня, чтобы перекусить или пообщаться с коллегами в неформальных зонах. Один или два более длительных перерыва, таких, как посещение тренажерного зала или прогулка вне офиса, могут дать необходимый заряд энергии для более длительной рабочей сессии. Важно предоставить сотрудникам подобные варианты, чтобы они всегда были полны сил для работы в концентрации.
Офисное пространство open space © Haworth
Офисное пространство open space © Haworth

Проблема концентрации в российских офисах

Денис Черничкин, Директор Haworth Business Interiors, дал свои комментарии относительно данного исследования и соотнес их с российскими реалиями.

«Проблема с концентрацией в открытых пространствах в России не менее актуальна, чем на Западе. Я бы даже сказал, что вопрос стоит еще более остро. Дело в том, что, например, американские компании в большинстве своем достаточно аккуратно переходят к open space, и применяют его только для конкретных подразделений или зон. В российских же офисах этот переход стал более резким и прямолинейным, без учета специфики деятельности сотрудников и их рабочих стилей. Более того, зачастую в многочисленных рядах однообразных «бенчей» практически отсутствуют какие бы то ни было разграничения или акустические преграды. Отчего шум и другие отвлекающие факторы достигают критического уровня. Это подтверждается нашими исследованиями Ideation в российских офисах, в результате которых мы получаем постоянное подтверждение, что почти в каждой компании основной жалобой сотрудников является отсутствие приватности и невозможность сосредоточиться.

Для того чтобы сотрудники могли сфокусироваться на своих задачах, рабочее пространство должно предоставлять четко разделенные зоны для коллективной, индивидуальной и сфокусированной работы. Эти зоны должны не конкурировать, а дополнять друг друга. Большее разнообразие и доступность того или иного пространства дает возможность сотрудникам использовать максимально подходящую среду под текущую задачу и позволяет не отвлекать соседей, а так же разряжает скучную монотонность повторяющихся рядов open space, улучшая акустический комфорт.

И конечно, крайне важно проводить обучение сотрудников касательно правильного использования пространства. Необходимо вовлекать людей в процесс изменений с самого начала, поскольку гораздо проще реализовывать идеи, полученные через общение с коллегами, а не навязывать чужие. Компаниям нужно подкреплять новое поведение через четко выраженную стратегию изменений, коммуникации и обучение. В таком случае они не встретят сопротивления со стороны сотрудников, и эффективность нововведений будет максимально высокой».
По материалам исследования компании Haworth

22 Августа 2018

Технологии и материалы
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Сейчас на главной
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.