«Закрытость нынешней московской власти не меньше, чем предыдущей, – заявил во вступительном слове председатель президиума НК «Объединение планировщиков», декан Высшей школы урбанистики НИУ ВШЭ Александр Высоковский. – Очевидно, что власть опасается рассказывать о своих планах. Сегодняшнее управление в Москве, Санкт-Петербурге и других крупнейших городах не ставит задачу формирования и проведения внутренне согласованной политики. Напротив, стоит задача решения локальных вопросов, связанных с тем или иным пониманием конкретных ситуаций конкретными людьми. Система управления по-прежнему считает себя свободной от обязательств и в отношении профессиональных сообществ, и в отношении мнений людей. С точки зрения нашей профессии – урбанистики, это губительно».
Как стало понятно из ряда выступлений на конференции (см. программу, часть экспертов смотрит на процесс территориального планирования как на диалог двух равнозначных сторон: экспертов и горожан, – которые прислушиваются к мнениям друг друга. Разумеется, каждая сторона «варится в своем соку» и исходит из логики собственных интересов, знаний и задач. Желания горожан априори отличаются большим разнообразием и, как правило, мотивированы узко эгоистическими интересами. Эксперты также не выступают единым фронтом и смотрят на проблему с разных сторон. Поэтому процесс публичных слушаний становится полем битвы противоборствующих сторон. И это прекрасно. Именно в таком столкновении противоположных, часто взаимоисключающих позиций должно формироваться финальное предложение. Причем зафиксированное в протоколах мнение горожан должно быть учтено при формировании конкретного решения, либо же аргументированно отвергнуто, и всё это – не кулуарно, а в публичном пространстве. Как говорится, если результатами переговоров остались не вполне довольны решительно все участники, значит, переговоры прошли успешно. Окончательное решение принимает власть, которая выступает третейским судьей и несет формальную ответственность за выбранный исход. Похоже на идеальную модель? Вы будете смеяться, но именно таков дух Градостроительного кодекса РФ. И всё это, увы, далеко от того, как реально обстоят дела в нашей стране.
Сегодня публичные слушания – это ничего не значащий формальный этап юридической процедуры, по крайней мере, в Москве. Впрочем, на конференции обсуждались примеры, когда публичные слушания становились инструментом публичной дискуссии по целям и перспективам развития городов. Таких примеров пока немного, самый яркий из них – Пермь, где, по словам одной из участниц конференции, жители проявляют постоянный интерес к участию в планировании городской среды, касается ли это долгосрочных стратегий или мелких преобразований на уровне отдельного двора. Но это труд, тяжелый (и неоплачиваемый), требующий неподдельной вовлеченности в процесс формирования собственной повседневности, желания разобраться в тонкостях российского законодательства, умения формулировать свою точку зрения, слушать и слышать других.
Рассказывая о зарубежной практике вовлечения горожан в процессы планирования, Александр Антонов, главный архитектор проектов НИиПИ Градостроительства Московской области, привел в пример опыт ряда европейских городов, где рабочие группы с участием населения формируются на уровне муниципалитетов. В состав групп, наряду с представителями администрации и экспертами, входят представители местного сообщества горожан – так называемые opinion leaders, выдвинутые на собраниях жильцов. Это те, кому доверяют соседи. В течение нескольких недель они проходят ряд тренингов в муниципалитете, прежде чем принять участие в процессе принятия решений наравне с другими экспертами. За это время они не только овладевают профессиональной лексикой и начинают понимать уровень сложности определенных проблем, но и переходят от обывательской точки зрения на ступень выше, когда человек не просто исходит из своего эгоистического интереса, но и признает аналогичный интерес за соседом, и задумывается над тем, как добиться win-win решения (такого решения, от которого выигрывают обе стороны). Данная модель вовлечения населения в процессы планирования городской среды привлекательна с многих точек зрения. Например, она обезоруживает «системных экспертов», склонных к недооценке умственных способностей горожан, которые, якобы, неспособны видеть дальше своего носа, ничего не понимают в реальной сложности организации городской среды. Которые считают, что «толпе не присуще быть философом». Впрочем, опыт публичных слушаний в Перми и ряде других городов, которые упоминались на конференции, свидетельствует об обратном. Как это ни удивительно для самих экспертов, но жители городов – все те же обычные бабушки, молодые мамочки, яркая молодежь, рачительные домохозяева – вполне способны и вчитываться в законы, и слышать других, и думать на шаг вперед.
Как этого добиться? Вопрос непростой. Для этого нужно сознательное стремление городской администрации к реальному, а не фиктивному, диалогу с жителями и экспертами, умение модерировать дискуссию, и главное – готовность выполнить решение общественности без искажений. Нужны современные технологии самоорганизации, интерактивные инструменты современной западной урбанистики, экскурс в которую представили в своих презентациях Михаил Климовский, руководитель НКО «Свободное пространство», и Егор Коробейников, автор блога UrbanUrban. Нужно профессиональное отношение экспертов к своей работе, желание и умение «просвещать», как выразился Игорь Шнайдер, директор по архитектуре, градостроительству и проектным работам ОАО «Гипрогор», стремление переводить с «птичьего» языка на человечий, объяснять, чем грозит та или иная перспектива повседневному быту людей. Нужно мотивированное участие горожан в формировании окружающей городской среды и собственной жизни, готовность тратить на это время и умственные усилия. Короче говоря, всё это долго, сложно, муторно, в конечном счете недешево и окупается далеко не сразу.
В краткосрочной перспективе status quo – вообще самая энергосберегающая стратегия, по крайней мере, так кажется на первый взгляд. Вопрос в том, как способ принятия решений отражается на качестве городской среды, а в конечном счете – на качестве жизни людей, продолжительности их жизни, ощущении счастья. В конечном итоге, вопрос в том, кому сохранение существующего положения вещей больше всего выгодно, а кому – нет, особенно в долгосрочной перспективе. Несложно догадаться, что меньше всего в переменах заинтересованы те, кто нажимает на кнопки сегодня. Ждать первого шага с их стороны – по меньшей мере, наивно. А по сути, безответственно.
Все это может показаться немного банальным, но надо понимать контекст ситуации. Значительная часть участников конференции – сотрудники преуспевающих ГУП и не обделенных госзаказами ОАО. Сформулировать для самих себя и заявить вслух, что они столь же далеки от народа, сколь далека от них власть, и всё это представляет собой острую, животрепещущую проблему, – дело весьма болезненное для «системных» экспертов. Надо сказать, что это сообщество крайне консервативно, т.к. напрямую зависит от благосклонности власти, и привычно к работе в бюрократическом режиме, где форма довлеет над содержанием. Поэтому ситуация тут сложилась весьма интересная.
Судя по всему, запланированное расширение Москвы стало последней каплей для активных представителей профессионального сообщества. Решение о расширении территории Москвы в юго-западном направлении, вплоть до границы Калужской области, – это грубое вмешательство властной вертикали в жизнь миллионов людей, «новая опричнина», которая в очередной раз показала экспертному сообществу, где их место. Эти решения не выносились на суд общественности, они были приняты в обход существующих законодательных норм и предписанных Градостроительным кодексом процедур, в том числе, кстати говоря, и публичных слушаний. Вся эта история стала пощечиной экспертному сообществу российских архитекторов, градостроителей и урбанистов, многие из которых готовы обслуживать решения власти, но (хотя бы формально) на паритетных началах, сохраняя свой статус экспертов. На фоне происходящего с расширением Москвы оказывается, что действующий Генплан Москвы не так уж плох, хотя бы потому, что с момента его принятия в силу вступает процедура внесения в него изменений, и законом предписаны публичные слушания, осталось заставить эту систему эффективно работать. Оказывается, что Градостроительный кодекс – один из самых продвинутых наших законов, главное – оставаться в предложенном им правовом поле. Именно в несоответствии реальной градостроительной политики не только духу, но и букве этого основного закона российской урбанистики видит главную проблему Олег Баевский, заместитель директора НИиПИ Генплана Москвы, и с ним соглашаются многие профессионалы. Оказывается, что бюрократические процедуры вовсе не абсолютное зло, что они могут быть защитой от еще большего зла – бесконтрольного произвола вертикали власти.
Помимо вовлечения граждан в процессы планирования городов, на конференции была сформулирована задача политизации профессионалов градостроительной отрасли. «Примерно год назад мы создали профессиональное объединение разработчиков градостроительной документации, – рассказал нам Александр Высоковский после окончания конференции. – Но оказалось, что нас не слышат, не слышат не в первый раз, не слышат не только нас, не слышат и наших «старших братьев» – Союз архитекторов. Вообще, действия в городе, действия в городском сообществе, – это всегда политическая деятельность. Конференция стала демонстрацией этой новой для российской действительности идеологической платформы. Профессионалы должны стать частью политического процесса. А это означает, что мы должны взять на себя некоторые обязательства. Вот эти обязательства, которые мы берем на себя, и называются политизацией профессионального сообщества». В целом, у меня сложилось впечатление, что у экспертов, как и у многих жителей больших городов в последние полгода, происходит болезненный, но необходимый перелом в сознании.
Показательно и чертовски приятно видеть, что за «психологической помощью» некоторые «зубры» экспертного сообщества мысленно обращаются к «ребятам с Болотной». Вообще, тема протестного движения, обострившегося в Москве с осени, несколько раз звучала со сцены. Кажется, что благодаря этой всколыхнувшей город и освежившей всех нас волне эксперты почувствовали себя частью чего-то большего, о чем и раньше поговаривали, но шёпотом и с изрядным скепсисом. Как это ни назови, – гражданским обществом, сообществом «рассерженных горожан», – но солидарность, возможность объединиться для достижения общих целей, почувствовали не только «физические лица», отдельные жители городов. Ее почувствовали профессионалы, обладающие авторитетом и облеченные определенной властью в рамках своей компетенции. И даже если пока не все они знают, что именно им предпринять, по крайней мере, проблема сформулирована вслух. В словах профессионалов было почти не слышно ставшего привычным высокомерия эзотерического сообщества в отношении «обывателей». Напротив, в них чувствуется признание своей ответственности, и ощущение обшей опасности, и стремление мыслить и действовать заодно с горожанами, быть частью живого ума большого города.
Конечно, пока что речь идет об авангарде профессионального сообщества. Но, по-моему, это хороший симптом.
Доклад проф. Юрия Корякина (слева ведущий конференцию Александр Высоковский). Фотографии Натальи Чамаевой
Доклад Михаила Климовского
Доклад Игоря Шнайдера
