English version

Форма винодельни

Рассказываем подробнее о появлении формы и реализации винодельни «Скалистый берег», спроектированной Александром Балабиным и его компанией «Северин-Проект» в Краснодарском крае и ставшей в 2021 году одним из финалистов WAF.

mainImg
Архитектор:
Александр Балабин
Мастерская:
Северин-Проект http://severinproekt.ru/
Проект:
Винодельня «Скалистый берег»
Россия, Варваровка

Авторский коллектив:
Александр Балабин

2020
Винодельня «Скалистый берег», построенная Александром Балабиным в деревне Варваровка недалеко от Анапы – скульптурное здание с верхним этажом в форме морской гальки, расположено посреди великолепного холмистого ландшафта с виноградниками, занимающего 32 га. У названия «Скалистый берег» есть французский аналог Cote Rocheuse – поскольку здесь производят, в основном, французские вина: Мерло, Пино Нуар, Каберне Совиньон, Шардоне. 
Винодельня «Скалистый берег»
Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

В 2021 году винерия получила диплом на «Золотом сечении» и вошла в число финалистов одного из крупнейших международных конкурсов WAF.

Александр Балабин, Северин-Проект

«Что касается WAF, мы и не надеялись зайти так далеко. С нами в номинации «Производство, энергия, переработка» соревновались глобальные проектные компании с такими уже известными проектами, как, например, мусоросжигательный завод с лыжной трассой на кровле в Дании. Попадание в финал WAF, да ещё и в номинации, где соревнуются реализованные проекты, считаю серьёзным  достижением».

«Скалистый берег» – винерия гравитационного типа, виноградный сок и сусло здесь перемещаются под действием силы тяжести, механическое воздействие на них минимизировано, что позволяет максимально сохранить особенности терруара – той суммы особенностей места, которая определяет специфику вина и к которой восходит вся ценность «контролируемого географического наименования». Место расположения здания на территории 32 га предложил заказчику Александр Балабин, перепад высоты в 10 м на участке строительства сделал возможным винодельню гравитационного типа, а с эксплуатируемой части кровли открываются виды на море между холмами. 

Здание совмещает в себе всю технологическую цепочку: производство, хранение вина в бочках и разлив по бутылкам, а также ресторан, дегустационный зал и смотровую площадку. В здании винерии предусмотрено много пространства для проведения выставок и винных симпозиумов.
  • zooming
    1 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    2 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    3 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    4 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    5 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    6 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    7 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    8 / 14
    Винодельня «Скалистый берег». Ситуационный план
    © Северин-Проект
  • zooming
    9 / 14
    Винодельня «Скалистый берег». План третьего этажа
    © Северин-Проект
  • zooming
    10 / 14
    Винодельня «Скалистый берег». План первого этажа
    © Северин-Проект
  • zooming
    11 / 14
    Винодельня «Скалистый берег». План второго этажа
    © Северин-Проект
  • zooming
    12 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    13 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    14 / 14
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект

Всю схему производства, хранения и распределения функций по этажам Александр Балабин изобразил на рисунке максимально наглядно.
Схема гравитационного виноделия
© Александр Балабин

В фильме «Хороший год» владелец виноградников говорит знаменательную фразу: «Я люблю делать вино, потому что этот благородный нектар просто не способен лгать. Как только ты поднесешь бокал ко рту, аромат и вкус вина расскажут тебе о нем всё». Из этих качеств вина и родилась главная идея винодельни «Скалистый берег».
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

В здании, созданном архитектором Александром Балабиным, ясно читаются две части: ортогональное брутальное трехэтажное производственное здание из архитектурного бетона и стекла, частично заглубленное в холм, и верхний эллипсовидный объем дегустационного зала, по форме напоминающий морскую гальку. «Вино – абсолютно натуральный продукт, который с годами становится только лучше, и открытый бетон – ему сродни, потому что это честный, натуральный материал», – считает автор. Искусство виноделия – тяжелый ручной труд 365 дней в году, и ему соответствует основной ортогональный объем, в котором объединены производство, хранилища, винотеки и офисные помещения. А дегустация вина – это чувственное наслаждение, и для него создан дегустационный зал в гладком белом эллипсе с видом на море и ландшафт. Из зала можно выйти на эксплуатируемую кровлю основного здания. 
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект

История проекта такова. В 2017 году заказчик обратился к Александру Балабину с прагматичным запросом: ему требовался простой технологичный объект из быстровозводимых конструкций. Но в процессе работы задание изменилось и потребовалась архитектура. Александр сделал несколько вариантов. 
  • zooming
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект

Первый назывался «Тоскана» и был выполнен в обобщенном стиле ранне-ренессансной архитектуры, второй – «Баухаус», третий – «Карло Скарпа», в духе знаменитого итальянского мастера ХХ века, четвертый выглядел наиболее технологично, как швейцарский завод. А пятый, самый экспрессивный, Александр Балабин нарисовал для себя. Как водится, его и выбрали.
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег». Эскиз Александра Балабина
    Предоставлено Северин-проект

В построенном здании сохраняется эта непосредственность, легкость мгновенного росчерка, рожденного морем, небом и дыханием ландшафта в попытке ухватить гений места. «Камень» как бы небрежно лежит на крыше постройки, слегка нависая консолью. Основные три нижних яруса выполнены в бетоне, но второй и третий этажи, где сидят люди, имеют стеклянные фасады. Получается, что «галька» лежит на стеклянном объеме, отражающем небо, то есть между «небом» и небом, и в визуальном контакте с морем.
Винодельня «Скалистый берег»
Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

Тектоника постройки в целом довольно острая. Не только «галька» парит над землей, визуально опираясь всего лишь на легкий стеклянный ярус, но и платформа с консольным выносом между первым и вторым этажом лежит на ленточном окне, то есть опять-таки как бы на пустоте. Входы в здание, слегка заглубленные, почти сливаются со стеклянным фасадом, не нарушая композиции подчеркнутых горизонталей. Слева от винодельни проложена парадная лестница, соединяющая несколько этажей.

Производственная часть третьего яруса, где идет загрузка винограда, в отличие от офисной стеклянной, выполнена в бетоне, с выразительными проемами в форме «гальки» большего и меньшего размера. Так главная тема морского камня разрабатывается в отдельных мотивах. Через эти окна и через стеклянные фасады винодельня связана с окружением, причем технические окна есть и внутри, так что идя по коридору, человек может и заглянуть в брутальные производственные помещения, и любоваться пейзажем.
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

Для того чтобы все это реализовать, Александру Балабину и его партнерам пришлось преодолеть недюжинные технологические вызовы. Технология нанесения стеклофибробетона на эллипсовидную металлическую конструкцию – для России достаточно новая. Строителями покрова «гальки» стали Андрей Полетаев и группа компаний «Архитектура Благополучия» и компания OOO МРГ Строй/Soldisgroup, которые делали криволинейные павильоны в парке «Зарядье», а также интерьер офисного здания Захи Хадид на Шарикоподшипниковской улице. 

С открытым бетоном все складывалось не менее драматично, но результат впечатляет. Многие архитекторы любят открытый бетон за честность, маскулинность, долговечность. Со стороны Александра Балабина это еще и оммаж Тадао Андо. Стены винерии трехслойные. Внутренний слой (200 мм) и внешний слой (100 мм) – это архитектурный бетон без декора, между ними 100 мм теплоизоляции. Единственный декор на бетонной стене – отверстия, следы от крепления опалубки и швы.
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

«Здание винодельни выстроено из монолитного железобетона по причине сейсмики в 9 баллов, – рассказывает Александр Балабин. – Масса времени у меня ушла на составление опалубочных карт. Я добился, чтобы карты были определенного размера, чтобы крепеж был в определенных местах, чтобы это коррелировало с рисунком импостов, с горизонталями. Когда снимаешь опалубку, бетон должен остаться как есть, без доделок. Если у строителей с первого раза не получалось, я заставлял их срубать и делать бетон заново. Для оконных проемов в форме гальки на столярном производстве были изготовлены так называемые обечайки. По ним уже выполняли алюминиевые рамы, которые потом встали в проемы без всякой штукатурки. Считаю, что строители на 90-95 процентов справились с реализацией проекта.
  • zooming
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект

С эллипсовидным покрытием мы воевали целый год. Раньше эта технология стеклофибробетон с финишным полимерным покрытием в этом регионе, и вообще в России, не применялась. Нечто похожее есть только у Захи Хадид в центре Гейдара Алиева в Баку. Из-за жары было трудно добиться гомогенизирования наружного слоя. Команда Андрея Полетаева, авторов парка Зарядье, сначала предполагала сделать покрытие из ламелей и даже изготовила их на производстве, но потом отказались от этой идеи из-за швов. Решили наносить покрытие с помощью послойного напыления. Но если не делать этого непрерывно (людям же надо обедать и спать), в шлангах остается  раствор, который промывают уайтспиритом, а потом из-за этого покрытие плохо застывает, пузырится и т.д. Эту проблему тоже решили. Иными словами, в процессе работы была преодолена масса сложностей, но, в конце концов, все получилось».
  • zooming
    1 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    2 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    3 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    4 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    5 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект
  • zooming
    6 / 6
    Винодельня «Скалистый берег»
    © Северин-Проект

Интерьеры винерии продолжают темы, заданные внешним решением. Брутальные производственные цеха с бетонными стенами и металлическим оборудованием, при этом наполненные светом из окон, звучат по-рок-н-рольному мощно. 
  • zooming
    1 / 3
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 3
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 3
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект

Бетонные лестницы соединяют пространства этажей, где, предположительно, будут экспонировать современное искусство. Столь же выразительны и строги внешние лестницы.
  • zooming
    1 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    4 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект

Интерьеры в  зоне шоу и дегустации совсем другие. Это экспрессивные белые опоры под стать внешней параметрической форме «гальки».
  • zooming
    1 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    4 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    5 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    6 / 6
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект

Дизайн деревянной демонстрационной «колонны» в зоне ресепшн тоже принадлежит Александру Балабину. 
  • zooming
    1 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    4 / 4
    Винодельня «Скалистый берег», интерьер
    Фотография: предоставлена Северин-Проект

«Я уже говорил в другом интервью, что с винодельней Cote Rocheuse нам повезло, – подчеркивает Александр Балабин. – Нам не заказывали памятник архитектуры. Но мне хотелось сделать вещь такую же честную и долговечную, как хорошее вино. Отсюда открытый бетон как снаружи, так и внутри. Бетон – натуральный и долговечный материал, как вино – натуральный продукт. Современная архитектура с навесными фасадами рассчитана максимум на пятьдесят лет. Вентилируемые кирпичные фасады на самом деле имеют толщину кирпича 2 см, а за ним металлические подсистемы крепления и утеплитель. Наша же винодельня  с основным зданием из трехслойного бетона способна простоять пятьсот лет и больше».
  • zooming
    1 / 4
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    2 / 4
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    3 / 4
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект
  • zooming
    4 / 4
    Винодельня «Скалистый берег»
    Фотография © Даниил Анненков / предоставлена Северин-Проект

Архитектура виноделен – сегодня жанр не менее выигрышный, чем архитектура музеев современного искусства. О таком заказе мечтают многие архитекторы. Заказчики рассматривают архитектуру винерий как часть шоу в непростом искусстве виноделия. В этом жанре в последние 20 лет отметились все международные звезды архитектуры. Первыми были Херцог и де Мерон, которые, сложив винодельню из габионов в калифорнийской долине Напа, сразу получили Прицкеровскую премию в 2001 году. Столь же эффектно выступили Ричард Роджерс, Заха Хадид, Калатрава, Норман Фостер и другие. 

Наконец эти веяния пришли и в Россию. Несмотря на провозглашенный в 1986 году Горбачевым сухой закон и вырубленные виноградники (этот факт Александр Балабин упомянул в онлайн-презентации для WAF), отечественное виноделие развивается, хотя это не быстрый процесс. Например, виноградники «Скалистого берега» начали выращивать в 2011 году. Владельцы, естественно, хотят прибавить к вину символический капитал, который дает запоминающаяся архитектура. С этой же целью винодельни совмещают с галереями современного искусства. В последние годы появился ряд произведений в этой типологии. Винерия  «Скалистый берег» уже вызвала большой интерес у руководителей винных туров, причем особый ажиотаж связан именно с архитектурой. Что касается жителей Краснодарского региона, то они уже  считают винодельню «Скалистый берег» своей достопримечательностью.

Поставщики, технологии

Larta Glass Ramenskoe
Архитектор:
Александр Балабин
Мастерская:
Северин-Проект http://severinproekt.ru/
Проект:
Винодельня «Скалистый берег»
Россия, Варваровка

Авторский коллектив:
Александр Балабин

2020

16 Февраля 2022

Северин-Проект: другие проекты
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Похожие статьи
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Партитура для 12-й линии
Дом «Амо», построенный по проекту Степана Липгарта на Васильевском острове, соединяет три мотива: курдонер, двор-пьяцетту и заимствованные у архитектуры Ренессанса образы, которые позволили сделать современный многоквартирный комплекс более гуманистичным, развивающим тему индивидуальности в жилой архитектуре. В этом помог набор в меру стандартизированных элементов – филенки, усложненные орнаментом, выполненным в технике сграффито; «линейка» карнизов и профилей, а также штучные элементы декора. Комплекс включает жилую и гостиничную части, которые обрамляют отреставрированный деревянный особняк братьев Брёмме.
Зеленый кратер
Жилой комплекс La Vallée Verte по проекту MVRDV в Бордо предлагает современную трактовку сложной геометрии и узких улиц исторического города.
Освоение облаков
В головном кампусе китайского IT-гиганта Tencent в Шэньчжэне открылся центр «Тэнъюнь». Архитекторы MAD выразили амбиции заказчика через мотив покорения облаков.
Речной фасад
Жилой комплекс «Премиум» построен по проекту архитектурного бюро «Крупный план» (KPLN) в подмосковном городе Пушкино, на берегу реки Серебрянки. Две башни поддерживают масштаб высотной застройки, сложившейся в 2000-х годах, но предлагают более крупную форму, которая успешнее работает на дальние ракурсы, а также систему контрастов и приемов, реагирующих на соседство с водой. Одна из находок авторов – металлические диски, которые закрывают корзины кондиционеров и играют роль декоративного слоя.
Прекрасные перспективы
От любого рабочего места в новом здании Национального банка Казахстана по проекту ZHA в Астане открывается вид на зимний сад в атриуме.
Янтарь в бетонных скалах
Архитекторы Syntaxis превратили 9-метровое лобби бизнес-центра «МАУНТ» в городскую гостиную, где холодный монолит фасадов сочетается с теплой световой композицией, вдохновленной природным янтарем. Второй совместный проект с девелопером FORMA стирает границы между транзитом и отдыхом и предлагает сценарии для работы без привязки к рабочему столу.
Звезда пивоваров
Спроектированный IDOM административный корпус пивзавода Estrella Galicia под Ла-Коруньей задает новые стандарты промышленной архитектуры: ориентированной на человека и экологически безопасной.
«Икс» для 71 авиалайнера
Терминал 3B в аэропорту Чунцин-Цзянбэй по проекту ZHA – самый крупный дополнительный терминал в мире: он обслуживает 35 млн пассажиров в год.
Арт-двигатель редевелопмента
На острове Сеген в пригороде Парижа завершен арт-центр Large по проекту притцкеровских лауреатов RCR Arquitectes. Здание должно стать смысловым центром нового района на месте завода Renault.
По лужайке босиком
Посмотрели на реализованный ЖК «Симфония 34» Kleinewelt Architekten. Он показался примером высокоплотной, а в пластическом отношении – рационально сдержанной, архитектуры. Тем не менее нюансы, заложенные в архитектурном решении: разноцветность металла, «свободная» расстановка башен под разными углами друг к другу, и почему-то особенно – тот факт, что они стоят прямо «на земле» – делают изучение комплекса увлекательным и приятным процессом. Суммируем впечатления.
В ритме сосен
По проекту бюро VFORM в Жуковке, на участке у Рублево-Успенского шоссе, построен торгово-деловой центр. Авторы работали с частично возведенной конструкцией, использовали оригинальную кортеновскую сталь и натуральный сланец, продолжили архитектурные решения в интерьере и поддержали их ландшафтом. Получился объект, который одновременно откликается на природное окружение, вторя ритму и фактуре соснового леса, и заставляет гостя всматриваться в красоту пейзажа внимательнее.
Антиротонда
Анатолий Белов об арт-объекте «Крепость» Валерия Каняшина. Он составлен из бетонных колец, стоит на 7 опорах и его планируется установить – в память об архитекторе, ушедшем из жизни внезапно и совсем недавно – в северной части Версальского поля.
Ребрендинг над озером
Центр выставок и спектаклей в южнокитайском городе Дунгуань – первый проект, представленный Zaha Hadid Architects под новым названием – ZHA. Ребрендинг – результат финансового конфликта с наследниками Захи Хадид.
Конструктор взрослой жизни
В проекте бюро Atrium новое здание московской физико-математической школы № 2107, рассчитанное на 1100 учеников, представляет собой прежде всего стройную систему учебных и рекреационных пространств. С одной стороны – сложную и разветвленную, с другой – интуитивно понятную, безопасную и побуждающую к развитию. В каком-то смысле это модель жизни в городе, где нужно общаться, принимать решения, планировать, искать баланс между нагрузкой и отдыхом. Все эти сценарии в определенной степени отражает и архитектура здания.
Базарная гора
Бюро People’s Architecture Office создало для Шанхайского международного арт-фестиваля SUSAS объект из строительных лесов как многофункциональное общественное пространство.
Полусфера интерпретаций
Китайское бюро Wutopia Lab переосмыслило тип выставочного пространства, создав The Seed, в котором зашифровано не меньше смыслов и образов, чем в самых именитых произведениях современного искусства. В нем они проходят путь к корням, используя и западную, и восточную мифологию.
«Горы» с полицейским участком
В Эйндховене готов жилой комплекс по проекту MVRDV, где сочетаются дорогие и социальные квартиры, новые корпуса и два реконструированных полицейских участка.
Ось вращения
Один из объектов экспозиции Мастера на Арх Москве скрывал за собой футуристический, но вполне реализуемый проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – башню, которая может быть построена из предварительно произведенных на заводе модулей. В проекте заложена даже идея медленного вращения (!). Из того же модуля можно выстроить и квартал и гигантскую консольную «стрелку». Что угодно, практически, можно выстроить... Изучаем, приглядываемся к модулю.
Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Сейчас на главной
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Жирафы и игрушки, фасады и подушки
В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
С чистым телом и духом
Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.
Маленькая книга прощания
Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.
WAF 2026: кто в коротком списке
Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026
Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности
Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.
Даешь мультифункциональность!
Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.