«Зеленый» треугольник

Здание холдинга Raiffeisen в Вене стало первой в мире офисной башней с сертификатом PassivHaus.

mainImg
Проект разработали архитектурные мастерские Atelier Hayde и Architektur Maurer, а за инженерную составляющую, включая все аспекты ресурсосбережения, отвечало бюро Vasko + Partner. Несмотря на то, что на приведение 77-метровой башни к стандарту PassivHaus ушло 3,6 млн евро (бюджет в целом составил 84 млн, около 2 000 евро/м2 общей площади), и окупятся эти затраты лишь через 14 лет, заказчики пошли на это в рамках своей инициативы защиты климата (Raiffeisen Climate Protection Initiative).
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

«Зеленая» башня построена на берегу Дунайского канала, в округе Леопольдштадт в центре Вены – на месте снесенного представительства ОПЕК, что весьма символично. Рядом уже находилось одно здание Raiffeisen, поэтому новое получило название RHW.2 (Raiffeisenhaus Wien 2). С другой стороны расположен центр хранения и обработки данных IBM, и это соседство оказалось для новостройки очень выгодным. Силуэт башни, кроме соображений эффектности, определили ограничения: нельзя было влиять на естественное освещение и затенение фасадов окружающих зданий. На треугольном в плане участке размещена трапециевидная база, при этом сама башня в плане напоминает треугольник и одной «вершиной» далеко выступает за пределы базы, образуя опирающийся на колонны «козырек» перед входом в здание.
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

 21-этажная постройка почти полностью занята офисами, при этом в базе располагаются доступные всем 3-этажный атриум-вестибюль с кафе и отделение банка Raiffeisen, также имеются медицинский и фитнес-центры, столовая для сотрудников и детский сад с отдельным входом, открытый не только для детей банковских работников, но и для жителей прилегающих кварталов. Кроме того, на двух верхних этажах устроен конференц-центр, главное помещение которого – зал с панорамным остеклением, откуда открывается эффектный вид на Вену.
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

Со стороны набережной канала, под «козырьком» устроена «плаза», а также имеется открытый всем желающим лифт, позволяющий с удобством спуститься с уровня улицы до идущего вдоль воды променада. Также в RHW.2 есть 6-ярусная подземная парковка на 259 машин (общая подземная площадь здания составляет 14 550 м2, надземная – 27 600 м2).
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

Каркас башни выполнен из железобетона: нагрузку несут круглые колонны, в центре расположен «стержень» с коммуникациями. Компактный объем работает на уменьшение теплопотерь. Так как фасады остеклены, главной задачей в деле достижения стандарта PassivHaus было предотвратить перегрев интерьера из-за солнечного жара, так как башня обращена на запад. Поэтому постройку снабдили двойным фасадом: его внутренний слой состоит из открывающихся окон Schüco с тройным остеклением (50/75 мм), далее, в зазоре шириной 625 мм, установлены солнцезащитные экраны (ими управляет автоматическая система), а внешний слой образован остеклением из ламинированных панелей со стеклянными ламелями (16 мм).
Башня RHW.2. Фото: Нина Фролова

Следующей целью инженеров Vasko + Partner было снижение энергопотребления на 50% по сравнению с типичным офисным зданием таких же габаритов. Это сделало необходимостью организацию производства энергии в самом здании. Основой для этого стала собственная расположенная ниже уровня земли тригенерационная ТЭЦ на биогазе, обеспечивающая RHW.2 теплом (40%) и электричеством (60%). Также для этой цели используются солнечные батареи на крыше (1% электричества) и геотермальный тепловой насос (7% отопления), но гораздо важнее тепло, вырабатываемое серверами IBM в соседнем здании: они покрывают 38% потребностей башни. На 28% охлаждение помещений обеспечивается водой Дунайского канала, с остальными 72% справляются различные охлаждающие установки. Впрочем, естественная вентиляция через открытые вручную окна помогает сократить эти затраты. В итоге, лишь 39% электричества и 15% тепла поступает из городских сетей. Среди использованных систем – активация бетонного ядра и механическая вентиляция с высокоэффективной рекуперацией тепла.
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

Чтобы сэкономить идущее на освещение электричество, в коридорах и гараже были установлены светодиоды (это дало экономию в 50%), а в офисах использованы эффективные светильники с высоким уровнем направленного освещения. Инженеры занялись даже такими «неважными» деталями, как источники бесперебойного питания: современные модели позволили сэкономить 50 000 кВт/ч в год по сравнению с обычными. Не менее важным фронтом работ оказались кофемашины, которые потребляют в режиме ожидания в среднем 200 кВт/ч в год каждая. Применив таймеры, это количество снизили до 35 кВт/ч в год. Также повсеместно были использованы освещение «по требованию», торможение вентиляционных систем в нерабочие часы, и так далее.
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH

Мониторинг всех систем и всех потребителей (возможный с помощью приложения для смартфона) проходит в реальном времени, причем особое внимание уделяется анализу ошибок и контролю за зданием ночью и в выходные. Также предусмотрено сравнение с другими проектами.
zooming
Башня RHW.2. Фото: Нина Фролова

По данным австрийского института OIB, сданная в 2012 башня Raiffeisen потребляет 21 кВт/час/метр общей площади/год, что соответствует классу энергопотребления A++. Однако такие показатели, включая полученный летом 2013 сертификат PassivHaus, вряд ли пока удастся массово внедрить для нового строительства как в Австрии, так и за ее пределами. Инженеры Vasko + Partner столкнулись с множеством проблем в ходе реализации своего проекта, и не последняя из них – недостаточно высокое качество строительства. Так, когда подрядчики доложили о готовности оболочки здания, в ходе тестов выяснилось, что в ней имеются метровые зазоры, а ведь ее максимально возможная герметичность – основа всей концепции PassivHaus. Безусловно, эти и другие недочеты были затем успешно устранены, но пока ясно: RHW.2 – это преодоление важного рубежа, однако окончательная победа стандарта PassivHaus в офисном строительстве – еще впереди.
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Roland Rudolph
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
zooming
Башня RHW.2. Фото: Нина Фролова
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Фото: Manfred Burger © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2 © ARGE Atelier Hayde/ Maurer & Partner ZT GmbH
Башня RHW.2. Предоставлено Vasko&Partner
Башня RHW.2. Предоставлено Vasko&Partner

27 Ноября 2013

«Восьмерка» над метро
Штаб-квартира компании Infinitus по проекту Zaha Hadid Architects талией своего объема-«восьмерки» перекинута через тоннель метро в Гуанчжоу.
Фасад в динамике
«Олимпийский дом» в Лозанне по проекту датского бюро 3XN построен на месте старого здания МОК, 95% материалов которого после сноса было использовано повторно.
Живая лаборатория
Snøhetta и Гарвардский университет превратили довоенный дом в Кембридже в энергоэффективный офис, способный адаптироваться к погодным условиям и смене времен года.
Открытый небу
На выставке 2018 China House Vision архитекторы MAD представили собственную концепцию дома будущего — в формате «живого сада». Экспериментальный павильон питается от солнечных батарей.
Четыре башни
Новое здание Копенгагенской международной школы по проекту C.F. Møller получило фасад из 12 000 солнечных батарей.
Стадион-передовик
Zaha Hadid Architects выиграли конкурс на проект деревянного футбольного стадиона, который должен стать самым экологичным в мире.
Около ноля
Самое большое в Европе «пассивное» офисное здание возведено в Брюсселе по проекту голландского бюро cepezed.
Стартапы под соломенной крышей
Традиционная английская кровельная технология использована в самом энергоэффективном и экологичном здании Великобритании на сегодняшний день – Центре предпринимательства в Норидже по проекту Architype.
Технологии и материалы
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Сейчас на главной
Ностальгия по стилю
Бюро Muno Design разработало дизайн для первой в Москве кофейни сети «Зацепи», успешно развивающейся в Краснодарском крае и вышедшей на столичный рынок, уверенно заявив о себе интерьером, в котором найдет баланс между теплым консерватизмом и экстравагантным футуризмом.
Не время собирать камни
В Китае завершено строительство Площади культуры Шэньчжэньского залива по проекту бюро MAD: Ма Яньсунь разбросал по берегу «валуны».
Открытый дом закрытых клубов
Архитектура этого дома столь же индивидуальна, как организация, которая его занимает. A-House – мультикультурный хаб, призванный объединить активные, творческие и платежеспособные городские сообщества: банкиров, инвесторов, девелоперов, архитекторов, арт-дилеров, коллекционеров, художников.
Дизайн баров в СССР на примере Риги 1980-х
Основатель бюро «Архип» Евгений Леонов составил впечатляющую подборку интерьеров рижских баров и ресторанов, которые за 50 лет не потеряли привлекательности: мягкая кожа, латунь, стеклоблоки и деревянные панно выглядят как никогда актуально. Но главный секрет очарования этих пространств – в тотальном дизайне и индивидуальном подходе, часто вынужденном из-за дефицита. Консультант в подготовке обзора – мама архитектора, Галина Шепсе-Леонова.
Балтийская экосистема
Обновление бренда компании «Балтика» потребовало радикальной реконструкции офиса. Вместо архаичной системы кабинетов бюро DESIGNIC создало современную и стильную рабочую среду – полноценную «экосистему», в дизайне которой высокие технологии сочетаются с балтийской романтикой.
Забайкальская огранка
В облике гостиницы для Читы бюро Megabudka предложило необычное сочетание мотивов Грановитой палаты с местным модерном. Треугольный объем основного здания окружен цветными деревянными домиками, воспроизводящими архетипы исторической застройки и восстанавливающими утраченный периметр.
Пресса: "Пусть город наполнится центрами досуга и общения"....
Руководитель архитектурного бюро "Эмпейт" Марина Егорова и директор по градостроительной деятельности ГК "А101" Татьяна Гук, на рубеже 2010-2020-х работавшие в Институте Генплана Москвы буквально бок о бок (Марина была заместителем Татьяны), так и не пересеклись на последней "Арх Москве", где по инициативе "Эмпейт" обсуждался кризис институций в архитектурно-градостроительной сфере. Однако нашли время, чтобы встретиться для беседы об актуальных проблемах профессии.
Под крылом полярной совы
Новый Уренгой – газовая столица России, крупнейший город Ямало-Ненецкого автономного округа с населением 110 000 человек. В 2025 году, к 50-летнему юбилею там решили построить масштабный многофункциональный культурный центр. Работы близятся к завершению, в конце 2026 года объект войдет в строй. Не так давно он получил официальное название – арт-центр «ГАЗ».
Тюремные схемы
Многоквартирный дом The Martin в Амстердаме – часть жилого района, спроектированного бюро OMA с опорой на планировку существовавшей на этом месте тюрьмы.
Лес в городе
В концепции Бизнес-центра Эко в Берёзовском под Екатеринбургом здание буквально отрывается от земли, а границы первого этажа намеренно нивелируются: так архитекторы из бюро Алкута подчеркнули роль БЦ как общественного центра, сделав пространство вокруг максимально приглашающим.
Загляденье в Новоселье
В Санкт-Петербурге подвели итоги открытого конкурса на разработку концепции благоустройства общественной территории жилого комплекса «Загляденье» на территории городского поселка Новоселье. На конкурс поступило свыше 20 работ. Победителем был объявлен творческий коллектив 3BY THREE из Воронежа. Показываем проекты победителя и призеров.
Близкое соседство
Новое здание детского сада и начальной школы в парижском пригороде Пантен по проекту Marjan Hessamfar & Joe Vérons architectes urbanistes «отвечает» крупному комплексу складов 1930-х через улицу.
Проекция спирали, проекция волны
Архитекторы «Мезонпроект» спроектировали высотный жилой комплекс из четырех башен – недалеко у пересечения Новой Риги и Москвы-реки. Доминантность мотивирована как соседством Рублева-Архангельского с его СберСити, так и темой столкновения двух потоков: водного и автомобильного. Фасадный паттерн авторы подчинили суперграфике пиксельной спирали – она призвана оживить, а может быть, даже и трансформировать восприятие призматических объемов.
Чикагские лауреаты 2026
Среди призеров премии International Architecture Awards 10 заявок из России: пять реализаций и пять проектов. Что особенно радует, две из них – в номинации «Музеи и культурные центры»: Театр Камала и Пермская художественная галерея. Коротко рассказываем обо всех.
МАРХИ 2026: комплексные решения городских пространств
Представляем шесть выпускных работ, подготовленных бакалаврами кафедры «Архитектура жилых зданий» под руководством Дмитрия Величкина, Николая Голованова и Виолетты Пилипенко. Одна из них удостоена Золотой медали МАРХИ.
Без острых углов
Можно ли выразить философию бизнеса средствами интерьерного дизайна? Именно такую задачу поставила перед собой команда T+T Architects, проектируя офис девелоперской компании STONE. Статус здесь подчеркнут без показной роскоши, а корпоративные ценности воплощены без громких деклараций – в пластике, материалах и организации пространства.
Балансируя на грани
Бюро NOWADAYS office разработало дизайн концептуального магазина SV Moscow в историческом особняке на Тверском бульваре, комбинируя старые и новые элементы и приемы, чтобы создать узнаваемый интерьер, способный удивить и восхитить настоящих знатоков экспериментальной моды.
Пресса: Я живу в маленьком домике. Большое интервью с архитектором...
Архитектор Михаил Белов застал четыре больших периода в архитектуре: позднесоветский, «лихие девяностые», «лужковский» и сегодняшний. И не просто застал, а активно проектировал и строил, иногда вопреки обстоятельствам. Для спецпроекта «Люди эпохи» мэтр рассказал, что такое «бумажная архитектура», вспомнил, как японец-якудза заказывал ему проект русского ресторана, похвалил Сталина, поругал Татлина, а ещё объяснил, почему Натали не должна быть выше Пушкина — по крайней мере, в лужковской Москве
Заставка для дома
Институт Генплана Москвы организовал конкурс, благодаря которому фасады четырех зданий в Москве украсят изображения, сделанные по эскизам художников. Предлагаем ознакомиться с работами, которые прошли в финал и победили по итогам голосования среди горожан. Признанные лучшими эскизы специалисты Института адаптировали, чтобы нанести на металлические панели – такая технология имеет ряд преимуществ перед муралами и граффити.
Изумруд и терракота
Архитектурный образ клубного дом «Артефакт» на набережной Ростова-на-Дону бюро «Новая Р.А.С.А.» решила на контрастах: густого изумрудного оттенка фальца и старинного красного кирпича, протяженной горизонтали террас и острых «полущипцов» на торцах.
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Зеленая энергия старого города
Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.