Этика и эстетика

Итоги прошедшего фестиваля «Зодчество» вызвали в блогах совсем не оптимистичные оценки. Участники дискуссий раскритиковали работу Союза архитекторов России и состояние профессиональной архкритики. Об этом – в нашем новом обзоре блогов.

mainImg
Одним из первых оценку «Зодчеству» дал его куратор Юрий Аввакумов в своем блоге на портале Сноб.ру. Сложив с себя обязанности куратора фестиваля, архитектор не стал скрывать своего разочарования: «Мне казалось, что имея такой крупный трехдневный фестиваль, можно начать какой-то более внятный процесс осмысления профессиональной деятельности Союза архитекторов России.  <...>  «Зодчество» могло бы стать интегрирующим коммуникационным инструментом для российских архитекторов, но все, что фестиваль может сейчас предложить –  это несколько десятков грамот победителям конкурса проектов и построек». Не стремясь изменить качество самих проектов (а при полной утрате самоидентификации и непопулярности архитектурной профессии в обществе это вряд ли возможно), куратор за три года все-таки смог поднять качество профессионального дискурса: фестиваль хотя бы перестал быть «ярмаркой проектов» и обрел стройную систему павильонов. Кроме того, как замечает  Аввакумов, «жюри, в которое я в прошлом году имел честь входить, Гран-при никому не присудило. И в этом я вижу проявленную профессиональным сообществом честность, значит конкурс –  это уже позиция, а не раздача всем сестрам по серьгам».

Дискуссии о положении дел в отечественной архитектуре продолжились на facebook, на странице Елены Гонсалес, где члены профессионального сообщества поспорили об архитектурной критике и нарушении профессиональной этики. Поводом для обсуждения стал авторский каталог одного из экспонентов «Зодчества 2011», якобы обойденного вниманием коллег и архкритиков. Елена Гонсалес объясняет это так: «В целом считаю неэтичным одному архитектору хаять работу другого. Тут принцип (на мой взгляд) только один –  сделай лучше! Так что рецензирование уходит к критикам, а где они? –  И резюмирует: –  Сейчас архитектура как предмет из дискуссии вообще улетучилась –  вместо нее обсуждаются всякие интересные сопутствующие детали и обстоятельства - кто на кого посмотрел и подмигнул. Ну и так далее».

Мнения дискутирующих о том, как именно архитекторам уместнее  излагать свою точку зрения на проекты коллег, разделились. Половина участников дебатов настаивала на том, что можно и нужно высказывать претензии и указывать на недочеты в работе. Их оппоненты предлагали быть более лояльными. «Архитекторы обязаны вербально излагать свое мнение, на страницах печати и в публичных выступлениях, в спорах истина не рождается, но возникает ответственность за свое «сделай лучше». А пока все молчат, а потом монументально «выражают себя», то никакого архитектурного дискурса не возникает –  одно изуродованное городское пространство, поскольку предметы для самовыражения возникают не от внутренней страсти, а от требований заказчика», – считает Кирилл Асс. «Наши нормы «цеховой этики» –  это дичь какая-то, полное Средневековье. Нужен архитектурный дискурс, для начала, хотя бы какой-нибудь», – соглашается Ярослав Ковальчук.

«Вот кому нужна критика? Какому такому обществу? Наверное, ее отсутствие, так же как и стремление к позитиву – разные степени экономической и еще какой-нибудь зависимости...», –  возражает Марина Игнатушко. Сама же Елена Гонсалес в ходе обсуждения высказалась все-таки за критику, приведя пример «Архнадзора», который сегодня успешно «формулирует отношение к городу, к новому строительству, к его задачам, границам и рамкам». Архитекторы же пожелали исключить себя из этого процесса и теперь пожинают плоды. Чтобы как-то восполнить пробел, автор поста приглашает коллег к дискуссиям хотя бы на недавно открывшейся странице журнала «Проект Россия» на том же facebook.

Еще одно мнение по поводу современной архитектуры, в частности, неэстетичного вида московской застройки, высказывает советник руководителя Москомнаследия Николай Переслегин в своем блоге на портале радиостанции «Эхо Москвы». В числе причин нынешнего кризиса архитектурной отрасли и возникновения некачественного новостроя Переслегин упоминает ориентацию на типовое строительство и вынужденный  уход целого поколения талантливых архитекторов в формотворчество, а также кризис в архитектурном образовании, пришедшийся на рубеж веков: «Что теперь можно сказать об архитектуре, которой стал «украшен» город Москва за последние 20 лет? Люди, не умеющие строить, которых плохо учили в институте, вдруг получили возможность самовыражаться в городе в неограниченных количествах. И именно такие постройки, не имеющие за собой никакой концептуальной или эстетической основы мы сегодня в большинстве случаев видим в городе Москве.  Архитектура – априори самое публичное искусство. Плохой художник может закрыться в мастерской и никому не показывать свои картины. Плод работы архитектора виден всем».

Упрекая проектировщиков в непрофессионализме, Переслегин отметает стандартные объяснения, в том числе и аргумент про давление заказчика: « Знаете, при Сталине, насколько я знаю, тоже с давлением было все в порядке, однако эта эпоха подарила городу и миру гениальных архитекторов. Таким образом, основным вопросом к качеству облика Москвы мне представляется именно мастерство архитекторов». Острые высказывания Переслегина дали богатую пищу для комментариев как сторонникам, так и противникам такой позиции. «Главная проблема архитектуры Москвы – что советской, что новой, российской –  полное пренебрежение к стилю и традиции оригинальной застройки. Пусть не оригинальной, но какого-то другого стиля хотя бы, – считает alex_obraztsov. –  В результате в центре, рядом со зданиями в стиле классицизма и модерна можно увидеть панельное сооружение 70-х и не пойми что, обшитое гранитом, построенное в 90-е или нулевые».  К этому добавляется еще и полное безвкусие: «Такое впечатление, что эстетика и практичность только для русских архитекторов являются понятиями не совместимыми. Тут автор прав –  не хватает образования. Но, черт возьми, как у человека, именующего себя архитектором, может не хватать вкуса?! Он либо есть, либо он отсутствует напрочь», – возмущается sntasket. «Как студент ИСФ скажу – архитекторов и инженеров уже давно разделили. Нынче архитекторов учат как дизайнеров (в русском смысле слова) и стилистов. Иногда такого нагородят – замаешься конструкции подбирать», –  объясняет причину застоя tatsuhi.

Помимо современного состояния дел в архитектуре и ее туманных перспектив в блогосфере  активно обсуждались проекты и постройки давно минувших дней. Сразу два юбилея – пятидесятилетие возведения столичного Кремлевского дворца съездов  и двадцатипятилетие с момента создания одной из первых градозащитных организаций – питерской «Группы Спасения», отстоявшей в 1986 году дом Дельвига на Владимирской площади, вызвали резонанс у интернет-пользователей. Большой фоторепортаж с юбилейного схода градозащитников, прошедшего 19 октября в Санкт-Петербурге, был опубликован в сообществе «Живого Города». Как оказалось, участников данной акции было бы куда больше, если бы  анонс этого мероприятия заблаговременно выложили в тематических сообществах.

Юбилей кремлевского Дворца съездов, тем временем, был встречен с гораздо меньшим единодушием. Напомним, что вызывающе модернистский периптер по проекту М.В. Посохина  был выстроен в самом сердце Кремля, на месте старого здания Оружейной палаты. В журнале synthart разгорелась дискуссия о том, насколько Дворцу удалось вписаться в существовавший ансамбль и насколько большую архитектурную ценность он собой представляет. «Лично мне кажется, что он там как корове седло. По-моему, совершенно бездарный сарай, который даже смешно было бы сравнивать с остальными сооружениями в Кремле», –  пишет про КДС valkam. «Не более сарай, чем казаковский Сенат или тоновский БКД, - парирует  автор поста. – Оттого, что на них наложен классицистический/псевдорусский декор, суть не меняется. Зданиям как таковым вообще присуща прямоугольная форма. КДС –  произведение модернизированного неоклассцизма и очень классное, надо сказать».  Достичь компромисса по этому поводу участникам спора так и не удалось.
zooming
На «Зодчестве»-2011. Фото: А.Мартовицкая
zooming
На «Зодчестве»-2011. Фото: А.Мартовицкая
zooming
Елена Гонсалес. Фото Архи.ру

20 Октября 2011

Технологии и материалы
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Сейчас на главной
Жужжащий мир
Насколько музейные технологии шагнули вперед, можно оценить на ВДНХ в обновленном павильоне «Пчеловодство», новая экспозиция которого создана архитекторами бюро .dpt совместно с научными кураторами, что позволяет назвать ее научно-дизайнерской.
Мастера 2026
Исполнили давнюю мечту, напрягли все силы – и сфотографировали всю экспозицию Мастеров с экспликациями. Тем более что в этом году они «с двумя днами»: тут и избранные проекты, и объекты с высказываниями на тему Идеал. Можно крутить, вспоминать, сравнивать... Тут и посмотреть – много, и почитать – достаточно.
Кот-котейка...
Вроде обычный набор фестивальных объектов – но, стремясь ответить на задачу современного высказывания о русском коде Антон Кочуркин и группа «8 линий» поместили в центр двора Музея прикладного искусства на Делегатской очень даже хтонического кота. «В стиле Полисского». Наблюдается заметное напряжение между простотой ярмарочных сцен и прилавков – и задумчивым котом.
41 к 31. Награды Арх Москвы
Уф, какая же она большая... Неделя прошла с Арх Москвы, и вот мы выдохнули и разобрали ее награды. Получилось 41 штука, включая 9 персональных от Василия Бычкова. Его творческая рука, к слову, все сильнее чувствуется на выставке, в том числе в дизайне экспозиции. Синюю пинью трактуем как символ витальной силы и процветания. Она процветает, Арх Москва, у нее рекорд посещаемости. Что такое синяя пинья, и собственно, кого наградили – смотрите в тексте.
Шуршать листвой и танцевать
Архитектурное бюро «Вещь!» завершило второй этап благоустройства парка Белинского в Пензе, добавив важному для города месту новых сценариев – от танцев под башнями-желудями до созерцания в «Тайном саду». Территорию парка горожане выбрали для благоустройства в рамках федеральной программы «Формирование комфортной городской среды».
Сплав функций
Бюро KLAUZURA подготовило концепцию редевелопмента бывшей сталелитейной мастерской Невского завода. Функциональная программа здания строится вокруг идеи благополучия и включает оздоровительные и восстанавливающие зоны. Краснокирпичный корпус дополнит новый, сделанный из мятно-бирюзовых металлоконструкций, которые отсылают к историческим интерьерам завода. Помимо архитектуры авторы разработали бренд проекта.
Стена древняя и живая
Очередной летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» по замыслу его авторов, мексиканского бюро Lanza atelier, опирается на мифы и традиции народов мира.
Лазурный берег
Петербургский градсовет рассмотрел новый эскиз застройки северной части намывных территорий Васильевского острова. Теперь с участком площадью 165 гектар работает 13 архитектурных бюро, консорциум возглавляет Сергей Скуратов – пока что неформально. В нашем обзоре – восемь кварталов первой линии намыва, среди которых есть подражание Бьярке Ингельсу, дом в виде разводного моста, «ростральные колонны» и другие пространственные и высотные доминанты. И, конечно, приводим комментарии экспертов.
Атриум для всех
Здание Hangzhou Prism по проекту OMA в Ханчжоу включает жилье, отель, офисы, магазины и рестораны, а главное – доступный всем горожанам полуоткрытый атриум.
Ботанические фантазии
Как же приятно отвлечься от серьезных профессиональных тем и порадоваться подарку, который подготовил Дом культуры «ГЭС-2» для своих маленьких посетителей и их родителей – новому игровому пространству под названием «Ниже травы», созданному большой и дружной командой художников, архитекторов, дизайнеров и детских психологов.
Новый журнал и новый рейтинг
Журнал Эксперт.Урбан вышел совсем недавно, вероятно, к Арх Москве. Он издается при поддержке ВЭБ.рф и КБ Стрелка. Прочитать все-все мы пока не успели, но состоит, по ощущениям, на 80% из интервью. И еще – фирменный «стрелкин» подход – включает рейтинг «Лучший архитектор Москвы XXI века». Ну что, ну, победил Сергей Скуратов. На 2 месте Юрий Григорян, на 3 Сергей Чобан.
NEXT 2026: моя утопия
Куратор NEXT Амир Идиатулин призвал участников спецпроекта Арх Москвы – 10 молодых бюро из разных городов России – воспользоваться утопическим мышлением, чтобы шагнуть далеко вперед и попытаться стать визионерами. Получилось не у всех, но сработал эффект синергии, все-таки создав поле для дискуссий и размышлений. Так ли плох диссонирующий объект, поможет ли аэромобиль сохранить свои корни горцу и где можно прикоснуться к идеалу – рассказываем в нашем обзоре экспозиции.
Дом в доспехах
Мастерская Рината Гильмутдинова Rinart спроектировала для участка на берегу озера Нерское дом «Идальго»: темный металлический «панцирь» кровли и стен частично скрывает кладку из реставрационного кирпича XIX века. Окна жилых помещений расположены на фасаде так, чтобы открывать лучшие виды на живописную панораму.
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Изумрудный город
Самую большую школу России, построенную в Воронеже, дополнил «мегасад», рассчитанный на 600 детей. Оба проекта подготовил ПИ «Гипрокоммундортранс». Детский сад состоит из 8 изумрудных блоков, организованных вокруг центрального ядра, где сосредоточены общие пространства. Цветовое решение и интерьеры вдохновлены книгой Александра Волкова.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
Хвост кометы
KANVA Moscow спроектировали 135-метровую башню бизнес-центра как композиционный акцент новой застройки Северного речного порта. Срезанный по всей высоте угол башни создает оригинальный образ то ли оригами, то ли пера, а может и кометы.
На глубине 101
Концептуальный прокт Arch(e)type – 250-метровая башня, композиционным центром которой является вертикальный бассейн – вдохновлен рекордом Натальи Молчановой, покорившей глубину 100 метров на задержке дыхания. Комплекс в случае реализации станет мировым центром фридайвинга, а также гидролабораторией для тренировки космонавтов. Сейчас самый глубокий бассейн – 60-метровый Deep Dive Dubai.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.