Автор текста:
М.Б. Вильковский

Социология архитектуры. Введение


ВВЕДЕНИЕ
Книга, которую Вы держите в руках, рассказывает о направлении, которое формально не существует в отечественной социологии – социологии архитектуры. Архитектура имеет огромное значение в нашей жизни. Архитектурные сооружения выполняют роль не только убежища, хранителя и источника жизни в качестве второй природы, естественной искусственности человека, но и служат средством коммуникации в обществе, особенно между разными поколениями людей.

Практически вся жизнь, деятельность современного человека и взаимодействия разных людей проходят на фоне или внутри архитектурных сооружений. Архитектура служит для нас источником вдохновения, средством социализации, самоидентификации и развития личности.

Совершенно обратная ситуация сложилась в области изучения архитектуры с помощью социологических теорий. Такого понятия как социология архитектуры долгое время не существовало, да и сейчас можно говорить только о начале ее зарождения.

Можно с уверенностью констатировать тот факт, что в рамках социологии не было выработано более или менее основательной теории о взаимозависимости между застроенным пространством и социальными явления ми. Не существует ни теории о влиянии окружающего пространства на поведение людей, ни теории о формировании застроенного пространства под влиянием поведения его жителей.

Таково было положение дел в начале и середине ХХ века, таким оно остается и сейчас. Так, в начале 70-х годов ХХ века немецкий социолог Ханс Пауль Бардт признавал, что он пока не в состоянии предложить самодостаточную социологическую теорию об окружающем пространстве [1. – С. 56]. Аналогично в то время дело обстояло и с другими схожими дисциплинами. Говоря о так называемой «психологии окружающего пространства», Л. Крузе заявлял, что «эта дисциплина пока не имеет ни адекватной теоретической концепции, ни первичной структуры, ни внятных основополагающих гипотез» [2. – С. 4]. В 2006 году научный сотрудник факультета истории и социологии культуры Технического университета Дрездена (специализируется на изучении архитектуры с позиций философии и социологии) Хейке Делитц отмечала, что «в мире не существует кафедры социологии архитектуры, то же касается учебников, заседаний на международном уровне и т.д»[3].

В чем же причины этого? Объяснения нужно искать в истории развития так называемых общих и специальных социологических дисциплин. В рамках общей социологии рассматриваются такие основополагающие понятия как группа, класс, организация и основные процессы, как социализация, социальная перемена, стра тификация и так далее. Кроме того, предпринимались и предпринимаются попытки свести воедино различные частные дисциплины, которые также называются специальными, или прикладными, социологическими дисциплинами с точки зрения их взаимозавимости с общественными явлениями.

В общей социологии, при рассмотрении истории формирования ее основных понятий, окружающее пространство и архитектура, за очень редкими исключениями, не учитываются в качестве определяющих факторов социальных явлений.

«Архитектура окружает нас повсюду, – считают Йоахим Фишер и Хейке Делитц из Технического университета Дрездена. – Мы соприкасаемся с ней ежедневно, ощущая ее постоянство и наглядность, она присутствует, когда мы предпринимаем различные действия...
     Архитектура, будучи постоянно рядом и преобладая над другими коммуникативными средствами культуры или «символическими формами», явно выделяется среди них. В своих вездесущих конструкциях она воплощает само общество, обнажая особенности отдельных его поколений, социальных классов, условий жизни и систем функционирования.
     Иначе обстоит дело с присутствием архитектуры в работах по социологии. Здесь архитектура представляется как нечто чересчур понятное и близкое; социология же, в свою очередь, слишком зациклена на поиске абстрактных принципов современных процессов общественной социализации, поэтому «архитектура общества» пока не стала ключевой темой данной науки»[4. – С. 9].

Цель настоящей работы: проследить, как архитектура и ее влияние на социальные аспекты развития современного общества находит свое отражение в социологических теориях. При этом мы не придерживались строгой хронологии в изложении материала, а строили изучение работ различных авторов по периодам времени, исходя из целей своего исследования.

Книга состоит из трех глав и семи Приложений.

Глава I посвящена западной социологии архитектуры. Она состоит из двух частей. В первой части дан обзор отдельных взглядов, идей и теорий в рамках классической социологии и социологической теории первой и второй половин ХХ века, посвященных социологии архитектуры. Там же представлены работы по данному направлению из смежных областей знаний: культуро логии, философии, аналитической психологии, семио логии. Среди представленных авторов: М. Вебер [5], Г. Зиммель [6; 7], Э. Дюркгейм [8; 9], Г. Спенсер [10], К. Манхейм [11], Н. Элиас [12], В. Беньямин [13; 14], М. Фуко [15], Ж. Бодрийяр [16; 17], П. Бурдье [18; 19], Э. Умберто [20], Г. Юнг [21], П. Сорокин [22], М. Кастельс [23] и другие.

Во второй части главы I приведены анализ истории создания, основные авторы и направления исследований, а также основные теоретические положения современных западных школ социологии архитектуры.
Прежде всего это немецкая школа социологии архитектуры в рамках Немецкого социологического общества, лидеры которой Йоахим Фишер и Хейке Делитц работают в рамках философской антропологии [3; 4; 24–29].
Вторая школа – это группа авторов во главе с Рональдом Смитом и Валери Бани с кафедры социологии университета Невады из Лас-Вегаса. Они одним из главных теоретических подходов к исследованию социологии архитектуры считают символический интеракционизм [30]. Интересен также подход Гая Энкерля из Массачусетского технологического института, который предлагал отойти от субъективизма социологии через изучение мультисенсорного архитектурного пространства при помощи физических величин, приблизив тем самым социологию архитектуры и общую социологию к точным наукам [31].

Глава II посвящена отечественным подходам к изучению социологии архитектуры, особенностью которых прежде всего является то, что социологией архитектуры в нашей стране в подавляющем большинстве занимались сами архитекторы. Так, приведены описания социальных поисков архитекторов советского авангарда по работам С.О. Хан-Магомедова [32; 33], а также проанализированные им основные утопии ХХ века, повлиявшие на развитие отечественной архитектуры [34–36]. Рассмотрены теоретические взгляды А.В. Иконникова [37–39] и Ю. Лотмана [40], а также концепция социологии архитектуры В. Глазычева [41]. В главе приведены также социальные аспекты архитектуры работ Д. Швидковского [42], рассматривается социальное значение таких явлений современной архитектуры как бумажная архитектура [43; 44] и параархитектура группы «Обледенение архитекторов»[45].

В силу неразработанности темы социологии архитектуры в отечественной социологии книга не может иметь всеобъемлющий характер, являясь началом пути по данному направлению. Ее задача – обосновать необходимость самого пути, саму возможность существования социологии архитектуры. В связи с важностью темы и отсутствием большого количества материалов на русском языке там, где это необходимо, автором приведены объемные цитаты из оригинальных источников, чтобы читатель мог правильно оценить контекст общего содержания приведенных цитат. В работе был использован принцип хрестоматии для того, чтобы собрать вместе наибольшее количество публикаций, имеющих отношение к социологии архитектуры.

В главе III рассмотрено соотношение урбанистики, социологии города и социологии архитектуры и их место в системной социологии. Подробный анализ произведений Л. Мамфорда [46; 47], К. Линча [48; 49], Дж. Джекобс [50], Э. Бэкона [51], А. Раппопорта [52] и других классиков урбанистики, а также работ представителей отечественной социологии города и урбанистики О. Яницкого [53–61], Л. Когана [62–66], В. Глазычева [67; 68] и др., показывает, что в настоящее время, по сложившейся традиции, социология архитектуры не рассматривается в качестве раздела урбанистики и социологии города. Это связано с различием предметов исследований. Так, если социология города с момента своего рождения рассматривает город не как «артефакт», а как «эмоциональное состояние» общества, то социология архитектуры изучает, прежде всего, сами архитектонические феномены с учетом особенностей общества [4. – С. 11, 12].

В заключение сделаны предположения о путях развития социологии архитектуры в рамках системной социологии, разрабатываемой в нашей стране А.А. Давыдовым [69], и науки о системах.

В Приложениях приведены оригинальные наиболее важные, по мнению автора, для развития социологии архитектуры тексты в целях ознакомления с ними российского читателя. Это работы Питирима Сорокина [22], Эко Умберто [20], Жана Бодрийяра [17], C.О. Хан-Магомедова [33], Хейке Делитц [3], Рональда Смита и Валери Бани [30]. При этом необходимо отметить, что работы Жана Бодрийяра [17], Хейке Делитц [3], Рональда Смита и Валери Бани [30] на русском языке публикуются впервые.

Вильковский Михаил Борисович (справа) и классик мировой архитектуры Оскар Нимейер в мастерской Оскара Нимейера. Рио-де-Жанейро, 2007 год

03 Февраля 2010

Автор текста:

М.Б. Вильковский
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Оазис среди офисов
Двор киевского делового центра Dmytro Aranchii Architects превратили в многофункциональную рекреационную зону для сотрудников.
Террасы и зигзаги
UNStudio прорывается в Петербург: на берегу Финского залива началось строительство ступенчатого офиса для IT-компании JetBrains.
Пресса: «Потенциал городов не раскрыт даже на треть». Архитектор...
Программа реновации, предполагающая снос хрущевок, стартовала в Москве в 2017 году. Хотя этот механизм и отличается от закона о комплексном развитии территорий, который распространили на остальную страну, столичные архитекторы накопили приличный опыт, как обновлять застроенные кварталы. Об этом мы поговорили с руководителем бюро T+T Architects Сергеем Трухановым.
Избушка в горах
Клубный павильон PokoPoko по проекту Klein Dytham architecture при отеле на острове Хонсю напоминает сказочный домик.
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.
Себастиан Треезе стал лауреатом премии Дрихауса 2021...
Молодому немецкому бюро Sebastian Treese Architekten присуждена премия Ричарда Дрихауса в области традиционной архитектуры. Денежный номинал премии – 200 000 долларов USA, и она позиционируется как альтернатива премии Прицкера: если первую вручают в основном модернистам, то эту – архитекторам-классикам.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.