Смыслы и угрозы

Журналисты рассуждают о конкурсе на концепцию развития московской агломерации, Григорий Ревзин пишет о бренде и смыслах Москвы, Сергей Скуратов и Наринэ Тютчева – об архитектурной школе МАРШ, а Уильям Брумфильд рассуждает о своем давнем увлечении фотографированием памятников русской архитектуры. Об этом, а также о сносе здания на Арбате и многом другом, – в новом обзоре прессы.

mainImg
Газета «Московские новости» и агентство P-Arch, продолжая совместный проект «Клуб архитектурной критики», опросила архитектурных журналистов, узнав, что они думают о Большой Москве и конкурсе на концепцию развития московской агломерации. Все оказались настроены скептически, полагая, что ждать от конкурса сверхидей не приходится. Григорий Ревзин заострил внимание на сравнительно небольшой оплате работы команд, сейчас работающих над концепцией московской агломерации – «некоторые билеты в оперу больше стоят», Александр Острогорский назвал проект «чемоданом без ручки, внутри которого бомба», Кирилл Асс охарактеризовал его как пример нерешительности и непроуманности.

На страницах журнала «Огонек» Григорий Ревзин рассуждает о бренде и смыслах Москвы. Он пишет, что смыслы, которые так или иначе связаны со столицей, вращаются вокруг определения Москвы как Sin City – города греха. Это город утопий, таких как Большая Москва, город людей, не принимающих свою современность и не любящих свою жизнь – заключает критик и напоследок предлагает поколоть «больному городу» антибиотик.

На этой неделе на заседании правительства Москвы было решено ограничить максимальную высоту строящихся в центре столицы зданий, сообщает РБК daily. Теперь эта величина не должна превышать 75 м, ранее она равнялась 100 м. Ограничения по высоте появятся в зонах панорамного обзора памятников Москвы. Кроме того, будут применяться и дополнительные ограничения по этажности. Власти подчеркивают, что каждый случай будет рассматриваться отдельно. Генеральный директор Penny Lane Realty Георгий Дзагуров рассказал газете «Известия», что сокращение высотности повысит спрос на уже построенные здания и, как следствие, приведет к росту цен на покупку и аренду недвижимости.

С одной стороны, Москва пытается уберечь панорамы города, а с другой, сносит исторические здания. Так, 7 августа начался снос городской усадьбы XVIII-XIX вв. на Арбате, 41 – дома Мельгунова. Приостановить работы удалось только 8 августа с помощью наряда полиции и депутатов. Дом  находится на территории объединенной охранной зоны объектов культурного наследия. Застройщик основывается на разрешении градостроительно-земельной комиссии, однако не имеет согласования департамента культурного наследия Москвы и специально уполномоченной межведомственной «Сносной комиссии», утверждает «Архнадзор». Координатор общественного движения Константин Михайлов направил заявление  в прокуратуру Москвы. Он просит привлечь к ответственности руководителей ЗАО «Строймонтажцентр-2000», разрушивших дом. Координатор «Архнадзора» Наталья Самовер пишет, что дом, который пережил Наполеоновское нашествие, разрушен в год торжественного празднования 200-летия Отечественной войны 1812 года ради строительства многофункционального центра, – «в этом есть какая-то непонятная, жестокая ирония». Самовер говорит, что снос дома сказался и на соседних зданиях. Так, трещины пошли по дому Булата Окуджавы (Арбат, 43). Кроме того, строительство может повредить и выдающийся памятник архитектуры – дом Мельникова.

События вокруг злосчастного, уже почти снесенного дома развиваются: в пятницу стало известно, что подрядчиков оштрафовали на смешную в таких случаях сумму в 200 тысяч рублей. А в середине дня в субботу от «Архнадзора» пришло сообщение о том, что активиста и координатора движения Наталью Самовер арестовали и увезли в полицейской машине.

В пятницу СМИ распространили информацию о том, что Московский Кремль может быть исключен из списка объектов всемирного наследия. ЮНЕСКО направила Союзу архитекторов России письмо, в котором заявила о своей обеспокоенности состоянием Кремля, в том числе в связи с реконструкцией 14-го корпуса и строительством техкорпуса в Тайницком саду. Комитет по всемирному наследию ЮНЕСКО планирует рассмотреть вопрос о состоянии Кремля и Красной площади в будущем году. Позже комиссия РФ по делам ЮНЕСКО опровергла информацию о возможном исключении Кремля из списка объектов всемирного наследия. Комиссия заверила РИА Новости, что эти разговоры – «утка», а Кремлю ничего не угрожает.

Над территорией музея-усадьбы «Архангельское» угроза нависла давным-давно. Сейчас в Министерство культуры Московской области представлен очередной проект по сокращению охранных зон с 657 гектаров до 67, о чем рассказывает телеканал «Культура». Из территории ансамбля предложено исключить парк, окружающий театр Гонзаго, каскад усадебных прудов и Лохин остров. Защитники Архангельского утверждают, что если проект будет утвержден, то эти территории будут застроены. Так, рядом с театром Гонзага планируется построить более 100 коттеджей. Министерство культуры Подмосковья планирует провести собственную экспертную оценку проекта. 

Сергей Скуратов и Наринэ Тютчева рассказали в интервью, опубликованных на сайте новой архитектурной школы МАРШ, о роли архитектора в жизни общества и о том, какими они видят своих будущих студентов. «Архитектор должен быть в первую очередь гражданином, иметь ясную, чистую, принципиальную собственную позицию, и не бояться ее публично отстаивать. Архитектор должен быть мудрым лидером и активно участвовать в процессе изменения вектора культурного развития, уважая и понимая при этом вклад других профессионалов», – говорит Сергей Скуратов.

Еще одно интервью на этой неделе дал журналу «Огонек» профессор Тулейнского университета Нового Орлеана Уильям Брумфилд, любитель русской архитектуры, который уже больше 40 лет занимается ее фотографированием, а получившийся материал издает в виде книг и показывает своим американским студентам. Брумфилд хорошо говорит по-русски, считает себя «обрусевшим», а также уверяет, что через объектив фотоаппарата можно увидеть то, что просто так заметишь не сразу.

Интернет-газета The Village  пишет о том, что «Газпром» урезал площадь своих офисов на Лахте в Петербурге. Около трети площади делового центра решено отвести под социально-культурные объекты: парк, амфитеатр, катки и  выставочные залы. По замыслу проектировщиков, сквер рядом с «Лахта-центром» и парк 300-летия Петербурга могут стать единым пространством для отдыха и прогулок. А петербургская администрация планирует создать  в городе первый «креативный квартал», в котором разместятся мастерские, выставочные пространства, зоны развлечений, торговые площади, гостиницы и офисы творческих организаций. В качестве территории для размещения квартала в настоящее время рассматривается следственный изолятор «Кресты».
zooming
Набережная «Лахта-центра» в Петербурге. Изображение с сайта The Village
В Ораниенбауме продолжается восстановление Большого Меншиковского дворца. На прошлой неделе там открылась вторая очередь реставрации – четыре комнаты женской половины: Большой кабинет, Спальня, Камер-юнгферская и Проходная. «Известия» пишут, что в ходе скрупулезного восстановления комнат потерялся дух истории, и теперь Меншиковский дворец смотрится как новодел. Кроме того, по мнению автора, портит дворец и дешевый клипарт, транслируемый через дорогие видеопроекторы. В 2013 году в Ораниенбауме планируется открыть следующую очередь дворца – Японский павильон, Церковный комплекс и галереи. 

11 Августа 2012

Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Сейчас на главной
Пресса: Я живу в маленьком домике. Большое интервью с архитектором...
Архитектор Михаил Белов застал четыре больших периода в архитектуре: позднесоветский, «лихие девяностые», «лужковский» и сегодняшний. И не просто застал, а активно проектировал и строил, иногда вопреки обстоятельствам. Для спецпроекта «Люди эпохи» мэтр рассказал, что такое «бумажная архитектура», вспомнил, как японец-якудза заказывал ему проект русского ресторана, похвалил Сталина, поругал Татлина, а ещё объяснил, почему Натали не должна быть выше Пушкина — по крайней мере, в лужковской Москве
Заставка для дома
Институт Генплана Москвы организовал конкурс, благодаря которому фасады четырех зданий в Москве украсят изображения, сделанные по эскизам художников. Предлагаем ознакомиться с работами, которые прошли в финал и победили по итогам голосования среди горожан. Признанные лучшими эскизы специалисты Института адаптировали, чтобы нанести на металлические панели – такая технология имеет ряд преимуществ перед муралами и граффити.
Изумруд и терракота
Архитектурный образ клубного дом «Артефакт» на набережной Ростова-на-Дону бюро «Новая Р.А.С.А.» решила на контрастах: густого изумрудного оттенка фальца и старинного красного кирпича, протяженной горизонтали террас и острых «полущипцов» на торцах.
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Зеленая энергия старого города
Энергопозитивные жилые дома Florian по проекту Benthem Crouwel запускают возрождение давно запущенного района в центре Братиславы, что, впрочем, может привести к его джентрификации.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Жирафы и игрушки, фасады и подушки
В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
С чистым телом и духом
Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.