Частная коллекция

Технологии Реклама
mainImg
Индивидуальное домостроение – самый массовый и, на неискушенный взгляд, самый простой сегмент для приложения умений архитектора. При прочих равных условиях здесь меньше ограничений и требований к фундаменту и конструкции здания, инженерным системам, меньше обременений в части землепользования и пр. В конце концов, здесь ниже цена ошибки. Отчасти поэтому частное домостроение стало полем для экспериментов.

Местные традиции, рельеф, климат, амбиции заказчиков и творческие поиски исполнителей породили невероятное количество стилей и взрывных коктейлей из их смешений, а иногда и взбалтываний.  И далеко не последнюю роль в появлении такого многообразия играют инновационные фасадные материалы, существенно расширяющие горизонты возможностей. В ряде случаев они гармонично сочетаются с «классическими» продуктами из дерева, кирпича, камня, в других – становятся главными действующими лицами.  В чем причины такого успеха? Попробуем найти ответы на этот вопрос в примерах из практики применения фиброцементных фасадных панелей EQUITONE.

Назад в будущее

Человеку свойственно увлекаться. Приметой нынешнего времени стало увлечение историей. Лучше других регистрируют этот факт издательский бизнес и кинематограф, еженедельно радуя публику новинками в самых разных жанрах, от серьезных научных исследований до смелых откровений в духе фэнтези.
Архитектура по-своему реагирует на спрос. Обычно тиражируются постройки в духе того или иного «традиционного» стиля. Понятно, что соблюдаются лишь формальные признаки: жить в доме, построенном по устаревшим лекалам, сегодня показалось бы не очень комфортным. Более тонкая работа ожидает архитектора, когда он передает в проекте дух места (genius loci) с помощью акцентов на определенных деталях, цитат и аллюзий.  При этом задача выдержать буквальное сходство с историческим типажом не ставится, напротив, постройка должна выглядеть подчеркнуто современной. Такой путь избрали сотрудники MacGabhann Architects в проекте Dolmen house, реализованном в Донеголе, на северо-западе Ирландии. 
Dolmen house от MacGabhann Architects. Донегол, Ирландия
Фотография предоставлена EQUITONE

Дом возведен на месте усадьбы XVI века и - дань памяти - фрагмент старинной кладки удачно интегрирован в новое здание и визуально выглядит его опорой, основанием. Имя обязывает, и своим обликом Dolmen house напоминает самый настоящий дольмен – загадочную и в то же время характерную для этих мест культовую постройку времен расцвета мегалитической культуры.  Поразительный визуальный эффект достигнут за счет облицовки фасада панелями EQUITONE [natura], удачно похожая цветом и фактурой на базальт. Впрочем, большая площадь остекления смягчает брутальный облик здания и дарит его обитателям комфортное пространство для жизни.
Union House от Maynard Architects. Брансуик, Австралия
Фотография © Derek Swalwell / предоставлена EQUITONE

Будущие владельцы Union House  (Union House / Austin Maynard Architects | ArchDaily) в Брансуике, старинном предместье Мельбурна, не претендовали на столь яркий художественный образ. Их, молодую пару с тремя непоседливыми мальчиками и двумя сиамскими кошками, устроил бы «просторный крепкий дом, в котором они могли бы жить вечно». И еще они хотели сохранить часть фасада с голландским фронтоном, который был визитной карточкой фамильного коттеджа, честно прослужившего нескольким поколениям семьи.

Задача для Austin Maynard Architects, исполнителя желаний, осложнялась чрезвычайной узостью участка - всего пять с половиной метров. Просторный современный дом мог расти только в длину и в высоту.  Архитекторы решили передать в проекте характер семьи заказчика – жизнелюбие, энергию молодости, креативное мышление и атмосферу дружбы. Формально в доме есть девять отдельных помещений – кухня-гостиная, кабинет, три спальни, три просторных ванных комнаты, мастерская в подвале и терраса на крыше. Однако планировка меньше всего соответствует стандартному сочетанию коридоров и комнат-ячеек. Благодаря раздвижным стенам, открытым и скрытым проходам, лестницам и пандусам объем помещений текуч и гибок. Таким динамичным способом дом, словно живой организм, пытается взаимодействовать с жильцами.

Экстерьер соответствует интерьеру. Рисунок облицовки фасада можно описать в двух словах - упорядоченный хаос. Прямоугольные, треугольные и трапециевидные фиброцементные панели  EQUITONE [linea] разного размера и оттенка собраны в абстрактное панно, которое непостижимым образом сочетается со старой кирпичной кладкой. Кстати, фасадные панели EQUITONE можно увидеть и внутри дома, что лишний раз подчеркивает их экологическую безопасность. В гармоничном союзе с ламинированными деревянными панелями (Cross Laminated Timber) они были использованы в отделке кухонной зоны.  

Приют в горах

Что может быть более красивым, чем горы? Что может быть более суровым?

Впрочем, насчет суровости – романтическое преувеличение, особенно если дело касается Швабских Альп. Это вполне себе приятное место с живописными видами и умеренным климатом, если, конечно, не штурмовать вершины, а удовольствоваться предгорьями, где в крохотной деревеньке по соседству со средневековым монастырем решили обосноваться будущие владельцы House 3. Единственное неудобство – близость международного аэропорта Штутгарта, причем участок застройки находится как раз на траектории взлета-посадки самолетов.
House 3 от Gellink + Schwämmlein Architekten. Германия
Фотография © Brigida González / предоставлена EQUITONE

Для защиты от шума бюро Gellink + Schwämmlein Architekten предложило включить в конструкцию бетонную скатную крышу и в буквальном смысле слова обернуть дом фиброцементными панелями EQUITONE [Pictura]. Архитекторы смогли даже убедить муниципалитет изменить нормативы спецификации, ведь изначально планировалась черепичная крыша как у большинства строений в округе. В результате оказалось, что фиброцементные панели могут заменить черепицу без потерь в качестве художественного образа. Напротив, дом получился на редкость примечательным: необычным и в то же время не выпадающим из контекста архитектуры поселения. С трех сторон – севера, востока и запада – он плотно защищен «чешуей» панелей EQUITONE [Pictura], лишь узкие бойницы окон глядят на автомобильную дорогу, проходящую по границе участка. Все компенсирует южная сторона: окна в пол на первом этаже и огромный остекленный балкон на втором открывают доступ солнечному свету в полной мере и заодно дарят панорамные виды на красивую долину. Визуально контраст подчеркнут панелями EQUITONE [natura] темного оттенка, которые обрамляют стеклянные элементы фасада.
GZ House от Studio Cáceres Lazo. Колина, Чили
Фотография © Pablo Casals Aguirre / предоставлена EQUITONE

На другой стороне света в предгорьях Анд реализован еще один необычный проект – GZ House (фото 4) (GZ House / Studio Cáceres Lazo | ArchDaily). Пара из Сантьяго, устав от суеты пятимиллионного чилийского мегаполиса, решила свить семейное гнездо на вершине крутого холма. Каких-то стилистических ограничений со стороны муниципалитета у авторов проекта, Studio Cáceres Lazo, не было, и они смогли без помех сфокусироваться на двух главных задачах, поставленных заказчиком. Во-первых, постройка должна восприниматься органичной частью природного ландшафта, а, во-вторых, быть максимально независимой от внешних источников энергии, поскольку стоимость ее доставки из поселка, расположенного далеко внизу, запредельна. Обе этих задачи архитекторы решили проектом одноэтажного здания галерейного типа с вентилируемым навесным фасадом на стальном каркасе. В качестве облицовки были использованы фиброцементные панели EQUITONE [tectiva]. Они настолько удачно походят на природный камень, что с некоторых ракурсов дом воспринимается скальным образованием, вышедшим на поверхность массива. Как и в предыдущем примере, дом почти наглухо закрыт панелями сверху и с трех сторон, солнечный свет и прекрасные пейзажи дарит «стеклянный» фасад с видом на долину Чикурео.

Уголок Бразилии в Подмосковье

География стилей частного домостроения в России вообще и в Подмосковье в частности не знает границ. Финские коттеджи, альпийские шале, средиземноморские виллы, эльзасские фахверки – чего у нас только нет. До недавних пор не было Бразилии, и вот в настоящий момент реализуется проект комплексной застройки на Клязьминском водохранилище, в котором за основу принята современная архитектура этой далекой, но притягательной страны (www.equitone.com/ru-ru/projects/----/196168/). Неочевидный выбор? Как раз напротив.  Узнаваемые особенности стиля – большие, во всю стену, раздвижные окна, консольный второй этаж, создающий в жаркий полдень комфортную зону тени и прохлады – как нельзя лучше соответствуют идее курортного дома. А разве Клязьминское водохранилище не курорт?
Частный дом в Московской области, архитектор Алексей Юрин
Фотография предоставлена EQUITONE

Другая особенность стиля – деревянные ламели в комбинации с широкими белыми фасадными поверхностями. Изначально белые фасады предполагались штукатурить по утеплителю, но от этой идеи архитектор проекта Алексей Юрин отказался по соображениям практичности. В московском регионе штукатурные фасады недолговечны - мороз, дожди и резкие перепады суточной температуры потребуют регулярного их обслуживания. В качестве альтернативы был выбран вентилируемый фасад, облицованный фиброцементными панелями EQUITONE [tectiva]. И по теплотехнике, и по сроку службы такой фасад имеет существенное преимущество, не уступая штукатурному в эстетике.   

Заказать бесплатный образец можно на официальном сайте EQUITONE
Частный дом в Московской области, архитектор Алексей Юрин
Фотография предоставлена EQUITONE

03 Марта 2022

Технологии и материалы
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Сейчас на главной
Ленты и экраны
Евгений Подгорнов представил на Градостроительном совете проект делового центра, который разместится на Дунайском проспекте. Эксперты обсудили допустимость отклонения до предельно разрешенных 75 метров и композиционные решения. А также высказали мнение, что есть более насущные вопросы – например, снос сталинской архитектуры и строительство башен Лахта 2 и Лахта 3.
Сразу пять: Москва ищет «новый стиль» реновации и...
7 сентября в Москве начался прием заявок сразу на пять конкурсов. Архитекторам предлагают заняться урбан-блоками реновации, районными центрами, паркингами, зданиями ОВД и УВД и подстанциями скорой помощи. Самый громкий заголовок – «новый стиль реновации», хотя техническое задание показывает, что речь идет скорее о новом облике уже довольно жестко заданных типологий.
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Билибинские узоры
К 150-летию Ивана Билибина в Ивангороде открылась обновленная экспозиция, которая объединяет предметы из обширной семейной коллекции. Рассказываем, почему единственный музей художника оказался именно здесь, и какое архитектурное осмысление придал ему Сергей Падалко.
Леон Крие. Архитектура сообщества
В России наконец вышел перевод архитектурно-интеллектуального бестселлера, изданного ранее на девяти языках. В книге «Архитектура сообщества» выдающегося градостроителя-практика и мыслителя Леона Крие предложена и философски обоснована альтернатива безликому массовому строительству. Леон Крие видит в структурах и материалах традиционного города спасение от экологической катастрофы и средство смягчения социальных проблем. Перевод сделан архитектурным критиком, кандидатом искуcствоведения, специалистом по современной традиционной архитектуре Ларисой Копыловой. Публикуем два отрывка из книги.
Деликатная интервенция
Интерьеры от бюро Kozeen+Rueda отличает декларативность авторского высказывания. И в новом пространстве бутика BERTA LINE они представили концепцию сосуществования аутентичного и временного, доведенную до абсолюта, инсталлировав внутрь исторических интерьеров серию радикально хай-тековских объектов.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Антракт на крыше
Под конец лета в Петербурге появилось новое место, откуда можно любоваться городом с высоты: Новая сцена Александринского театра открыла для посетителей пространство крыши, где можно выпить кофе, послушать лекцию или посмотреть спектакль. Проект приспособления разработали студенты петербургских вузов под присмотром «Студии 44» и Евгения Новосадюка.
Внутри воспоминаний
Санкт-Петербург собирает коллекцию интерьеров авторства замечательного архитектора и художника Александра Бродского. К музею «Полторы комнаты» и кафе «Пища династии Минь» в этом году добавилось еще одно место, называющееся просто «Шалман». И пока вы вспоминаете значение этого сленгового слова, мы с удовольствием представляем вам пространство, дающее посетителям буквальную возможность оказаться внутри произведения искусства.
Золотая медаль МАРХИ 2026. Итоги
1 сентября в МАРХИ вручают Золотые медали 2026 выпускного года. В этом году их обладателями стали: в категории «магистр» Денис Дудин с кафедры «Архитектура промышленных сооружений», а в категории «бакалавр» Варвара Жукова с кафедры «Архитектура жилых зданий». Показываем работы победителей.
Буква рядом с Малевичем
Проект Карена Сапричяна для Сколково возник еще в 2018 году как часть многолетней серии небоскребов-букв. Теперь, на фоне закрытого международного конкурса на вторую очередь кампуса Московской школы управления, автор вернулся к концепции и вновь предлагает башню с гигантской S в качестве вертикального акцента рядом с комплексом Дэвида Аджайе.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Впечатляющая линия
Бюро CONTINUUM изучило связь между характером скайлайна и впечатлением, которое город производит на людей. Выяснилось, что линия горизонта участвует в формировании эмоционального образа города, хоть и не объясняет его полностью. А еще это инструмент, с которым можно работать при проектировании. Рассказываем о методологии и других выводах.
Архитектура на расстоянии вытянутой руки
В рамках летней практики студенты МАРХИ из архитектурной лаборатории Kleinewelt Architekten отправились в Царское Село. Формальный повод – обмеры казарм, построенных в начале ХХ века – дал гораздо больше, чем кроки и чертежи. Стремянки и рулетки стерли дистанцию между будущими архитекторами и материальностью здания, превратив работу в расследование и серию открытий. Почему девиз «Лезьте и трогайте» важен для всех, кто хочет понимать архитектуру, – рассказывают участники практики.
Бульвар течет
Бюро А4 выстроило пространство бульваров первой очереди ЖК «Шагал» как единый нарратив: от первого шага до игрового «водоворота» в его кульминации – всё подчинено логике движущейся воды, воплощённой в планировке, озеленении и авторских малых формах.
Памяти Андрея Оболенского
Архитектор храмостроитель Андрей Николаевич Оболенский умер 24 августа 2026. Вчера его отпевали в церкви Преображения при Храме Христа Спасителя, реализованной по его проекту. Оболенский известен прежде всего как архитектор ХХС, но если смотреть точнее – он, в частности был инициатором программы строительства часовен, а не новоделов, на месте утраченных храмов, а также составления нормативов. Его, вероятно, можно назвать «движителем» развития храмовой архитектуры постсоветского времени.
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Будущее науки
Открылась выставка проектов конкурса на новое здание ФИЦ. Она скорее техническая, 2 дня в неделю 2 сеанса по 30 минут. Одновременно объявлено о планах следующей выставки по следам того же конкурса, в Сколково. И о планах использовать проекты финалистов не только для ФИЦ, а для реконструкции других зданий, связанных с научной работой.
Связующая нить
Создавая интерьер многофункциональной чайной «Нитка», архитекторы бюро PAUM создали оригинальное пространство, в котором ассоциации со знаменитым Чайным домом Перлова, расположенным по соседству, переведены на актуальный и немного ироничный дизайнерский язык, презентующий новое прочтение почти забытой типологии.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Цветы для Елецианцев
До 18 октября в Ельце проходит фестиваль современного искусства «Арт-Елец» с темой «Культурный слой». Еще не поздно успеть. Надувные цветы Павла Зуданова, железная башня Константина Ларина, гигантские коклюшки Анны Рымарь – вашему вниманию подробный и вдохновенный рассказ Юлии Зинкевич с множеством цитат участников. И да – жителей Ельца иногда называют елецианцами.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.