Наталья Бабинцева, Николай Малинин и Наталья Шендрик
В общем, идея выставки напрашивалась сама собой – как нельзя кстати тут оказались и стартующая на этой неделе Международная ярмарка интеллектуальной литературы Non/fiction, и оставшийся с майской премии АРХИWOOD экспозиционный павильон. «Периптер», придуманный бюро Gikalo Kuptsov architects, вообще-то проектировался как временный объект, но настолько идеально вписался в подколоннадное пространство ЦДХ, что, скорее всего, останется там надолго. Вот куратор АРХИWOODа Николай Малинин и озаботился, как «Периптер» использовать, – павильон, бесспорно, хорош и сам по себе (детвора с удовольствием играет в прятки между деревянными пилонами), но все же как-то странно выставочному пространству пустовать 11 месяцев в году.
Собрав больше ста примеров современного бытования бумажных книг и начав сортировать их по формальным признакам – функция, место, масштаб, – кураторы пришли к важному выводу: если раньше только архитектура создавала пространство для книги, то сегодня книга сама формирует пространство. Этот постулат и лег в основу экспозиции, дав ей звучное название «Книгострой». Организаторами выставки стали «Книги в парках», АРХИWOOD, BURO 17, соорганизатором – «ЭКСПО-Парк. Выставочные проекты», пиар-поддержку обеспечило агентство «Правила общения», собрать весь иллюстративный материал помогли три бильд-редактора – Мария Фадеева, Саша Радковская и Вера Ройтер, а дизайн экспозиции придумала Наталья Шендрик.
Выставка «Книгострой». Фотографии Ильи Храпковского
Внутреннее пространство «Периптера» условно поделено на четыре тематических раздела: «Книга в поисках места», «Книга формирует пространство», «Библиотеки мира: новые тенденции» и «Конкурсы». Впрочем, границы каждого из них условны, а заходные планшеты с информацией о проекте размещены с обоих торцов павильона, благодаря чему выставочное пространство ориентировано не только на главный вход ЦДХ, но и открыто со стороны реки (и нового пандуса Евгения Асса). По словам Николая Малинина, это сделано для того, чтобы наглядно продемонстрировать главную тенденцию новейших читален – они разрушают иерархию городского пространства, пропагандируя открытость и доступность информации. Кураторы также были полны решимости собрать из книг и установить посреди «Периптера» что-нибудь одновременно выразительное и функциональное – стол, барную стойку или скамью, например, – но их настоятельно попросили этого не делать. Аргумент был прост: пиетет перед книгой в нашем обществе так велик, что подобное «книгосложение» будет неминуемо трактовано как кощунство. «Во многом именно такое отношение к книге и мешает нам увидеть новые возможности взаимодействия с ней», – убеждена Наталья Бабинцева, которая надеется на то, что выставка поможет переломить данный стереотип.
Возможностей для этого экспозиция действительно предоставляет массу. Наверно, даже если бы кураторы ограничились только показом новых западных библиотек, это имело бы эффект – читальни XXI века, которые строятся «там», ушли от привычных нам масштабных и закрытых от внешнего мира книгохранилищ так же далеко, как скоростной болид от гужевой повозки. Но они также включили в экспозицию множество иных типологий – на выставке можно увидеть и библиотеки на остановках общественного транспорта, и мини-читальни в аэропортах и на вокзалах, и всевозможные книгообменники, и книжные шкафы, из мебели превратившиеся в полноценные (и что важно, практичные!) объекты лэнд-арта. Не менее обширен и раздел, посвященный использованию книги как элемента декора или даже конструкции – здесь и фасады, выложенные из книг, и предметы мебели, и инсталляции, и примеры использования книг в сценографии. Каждой подборке кураторы стремились дать свое название и сопроводить краткой аннотацией; и хотя из этих заголовков и текстов видно, что некоторые темы слегка притянуты за уши («Книга как травма» – это , например, арт-объекты, посвященные книгам, но сами из книг не состоящие и их не содержащие), нельзя не оценить их поэтичность – сразу чувствуется, что выставка сделана людьми, обожающими не только читать, но и писать.
Самое же, пожалуй, важное то, что «Книгострой» охватывает и российский контекст. Тут, правда, некоторые вещи тоже притянуты почти искусственно: например, показывая зарубежные постройки последних лет, кураторы вдруг вплетают в экспозицию планшет про советские конкурсы на проекты домов книг 1930-х годов и модернистские реализации 1970-х – видимо, очень уж хотелось провести горделивую параллель между «книжками» на Новом Арбате и Национальной библиотекой Парижа (арх.Доминик Перро). А рассказывая о конкурсе на проект новой библиотеки в Праге, кураторы из всех 760 участников выбирают двух победителей и работу своих друзей из бюро Totement/Paper. Представлены здесь и два конкурса, в организации которых АРХИWOOD и «Книги в парках» принимали самое непосредственное участие – «Гоголь-модуль» и конкурс на проект книжного клуба в парке «Музеон», а также дружественный премии «Микродом».
Чего тут точно нет, так это тех немногих проектов библиотек, которые были реализованы на постсоветском пространстве в последние десятилетия. Организаторы справедливо сочли, что эти здания слишком далеки и от идеала, и от актуальных трендов. Собственно, реально действующая российская библиотека здесь всего одна – городская библиотека Выборга, единственная постройка Алваро Аалто на территории нашей страны, которая недавно была бережно отреставрирована. Однако на то, что рано или поздно читальни нового типа появятся хотя бы в Москве, надежду дают два последних планшета выставки – проект реконструкции библиотеки МИСиС (бюро Manipulazione Internazionale) и концепция развития московских библиотек, реализуемая совместно книжным магазином «Фаланстер» и архитектурным бюро SVESMI.
