Елена Архипова: «Красота интерьера – в диалоге предметов»

Разговор с руководителем компании ARCHI STUDIO.

Реклама

«В этом году мы отмечаем двадцатилетие компании и я могу сказать, что все цели, которые я перед собой за это время поставила в этом направлении, достигнуты», – говорит создатель ARCHI STUDIO, архитектор Елена Архипова. Ни один из кризисов не смог помешать развитию, которое продолжается и сейчас: команда открывает яркие бренды и строит амбициозные планы, а элегантный офис в доме Жолтовского вскоре прирастет новыми площадями.

– Елена, Вам довелось наблюдать развитие мебельного рынка практически с начала его становления в постсоветские годы. Более того, ваша миссия – познакомить наших людей с иконами дизайна – стала катализатором спроса на дизайнерскую мебель в России. Расскажите, с чего всё начиналось?

– После работы в дизайн-студии в Болонье (Италия), в которой я проектировала не только интерьеры, но и мебель, я вернулась в Россию, и в 1994 году открыла свое дело. Начала с того, что устроила выставку под названием «Классика современного дизайна» в отремонтированном Белом зале родного МАрхИ, где все защищают дипломы. Там были представлены впервые в России культовые предметы мебели по проектам Макинтоша, Мис ван дер Рое, Ле Корбюзье и др. мастеров. Единственные фотографии этой выставки смогла найти в газете «Коммерсантъ», и в газете «Сегодня». Своих фотографий нет, потому что приходилось разрываться и быть сразу во всех лицах.
А мой небольшой дизайнерский стенд на выставке «Мебель-94» на Красной Пресне коммерческого успеха, естественно, не имел, но начало было положено.

– У Вас не было ни команды, ни влиятельной поддержки. Почему Вы решили оставить интересную работу в Италии и вернуться в Москву?

– Да, я вернулась потому, что хотела жить на Родине и была готова поделиться опытом, который приобрела в Италии. Мне было интересно проектировать интерьеры для первых «новых русских», вести рубрику в журнале «Домовой», когда ко мне обратились итальянские фабриканты и предложили стать их представителем, я не смогла отказаться. Еще в 1991 году, в Милане я выставляла мебель, сделанную по моим проектам, на известном Миланском мебельном салоне, там не было русских посетителей. А когда они появились, то к моему сожалению их за ручку итальянцы отвели в павильоны дешевой классики. Я не могла с этим смириться.

Кроме того мне было безумно жаль, что появлявшиеся в это время в России интерьерные журналы сознательно одурачивают людей из-за оплаченной кем-то рекламы: В 90-е годы печатному слову слепо верили. И я фактически объявила войну страшной безвкусице. Так что изначально, моей целью было не продвижение брендов (компания представляет ведущие итальянские фабрики – Poltrona Frau , Cassina, MISSONI HOME, Alivar, FLOS и др.), а продвижение ХОРОШЕГО ВКУСА.

– Как Вы тогда сформулировали для себя главные цели?

– Я хотела показать, что в проектировании мебели главное – мысль. Нужно было донести до людей, что помимо дерева и кожи есть и другие материалы, есть дизайнеры и архитекторы, которые могут делать не утилитарную мебель, а произведения дизайна, которые разлетаются по музеям мира. И потому, в частности, на стенде «Мебели-94» я выставила стеклянное кресло фабрики Fiam Italia, знаменитую лежанку Ле Корбюзье и столики Сааринена. Тогда я была уверена, что достаточно дать стимул нашим дизайнерам, и, если не в 1995-м, то в 1998 все бросят силы на проектирование мебели… Цель была такая. И надо сказать, что после увлечения людей псевдоклассикой у нас настал очень плодотворный период. Среди посетителей стенда «Мебели-94» были молодые дизайнеры из 2RStudio, с которыми мы говорили на одном языке, и руководитель бюро, Андрей Рудаков, предложил мне стать соучредителем компании. Я согласилась, и в свою очередь сделала его соучредителем в своем представительстве итальянских фабрик. Так что какой-то отрезок времени мы проработали вместе. В 1995–1996 году у нас было порядка 70 человек в штате, которых я стала периодически вывозить на фабрики в Италию и знакомить с ведущими брендами. После чего итальянские партнеры поняли, что Россия созрела для того, чтобы создавать представительства… А потом наступило время, когда и наши заказчики стали признавать, что сами не могут создать интерьер так, как это сделает профессионал – архитектор или дизайнер. И в этот период начали появляться действительно отличные объекты!

– Какие конкурсы в области дизайна и архитектуры Вы считаете наиболее интересными?

– Думаю, надо отдать должное конкурсу «Архип», организованному журналом SALON. Он реально способствовал популяризации интерьерного дизайна в России. Сейчас мне очень нравится премия АРХИWOOD и то, что делает Архплатформа на онлайн-площадке Pinwin, где мы сейчас объявили свой конкурс «Лучший интерьер в современном стиле» в связи с двадцатилетием. Я счастлива разглядывать достойные работы, присланные на конкурс. Жюри конкурса (Росита Миссони и арх. Джулио Капеллини, Виторио Ливи, Джулио Бавузо ) сложно выбрать победителя Это не первый наш опыт – еще в 1998 году ARCHI STUDIO выступала организатором конкурса «Лампа для России». Тогда работы участников оценивали и награждали дизайнеры фабрики Lucheplan. Поданые проекты были яркими, но на тот момент очень далеки от индустриального воплощения, поэтому не могу похвастаться их реализацией, но я уверена, что этот конкурс тоже очень многим дал импульс для творчества.

– Что Вас вдохновляет в интерьере?

– Если же говорить о том, что «заряжает», то энергетически мне комфортно там, где интерьер не перегружен, где существует гармония не только между различными объемами перетекающих пространств, но и гармония пропорций каждого отдельно взятого предмета. Разглядывать такой интерьер, это как слушать симфоническую музыку. Хороший дизайнер, как и хороший дирижер не допустит ни одной фальшивой ноты. А если говорить о жилом интерьере , то я предпочитаю, дом в котором есть и современные предметы и вещи с историей. Например, кресло Poltrona Frau, которое еще бабушка покупала, и которое с годами становится только красивее. Даже в своем офисе мы сохранили старые двери с витражами , в их рисунке читается рука мастера. Кроме того, получилось гениальное планировочное решение – любой, кто к нам приходит, сразу видит свет сквозь эти стеклянные перегородки. Например, в нашей переговорной можно почувствовать «диалог» между вот этим столиком Сааринена – и совершенно анонимной черной столешницей. В целом мне интересен не только сам объект как таковой, но и, как он «разговаривает» с соседями.

– Продукция ведущих итальянских брендов для многих является синонимом хорошего вкуса. Но реально ли сейчас приобрести дизайнерский предмет по приемлемой цене?

– В мебельном секторе нет безумной разницы в цене между брендовыми предметами и прочими марками. Любой, даже не очень состоятельный человек, может позволить себе одну значимую вещь, икону дизайна. Это может быть совсем небольшой предмет – подушка, лампа, столик. Существуют, например, модели светильников, которые вполне доступны: два раза не сходить в ресторан в Москве, и дома будет стоять лампа Филиппа Старка фабрики FLOS. Так что для ценителей и знатоков хорошего дизайна нет ничего невозможного.
***
20 лет – хороший возраст!
Архи.ру желает процветания компании ARCHI STUDIO и благополучия сотрудникам и партнерам компании.

Сайт компании ARCHI STUDIO
Представительсво компании ARCHI STUDIO на портале Архи.ру

21 Ноября 2014

Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.