И если уж считать по «гамбургскому счету», то нужно честно признать, что любителей чая в мире очень много, что объясняется приверженностью ему жителей регионов (Китай, Индия), которые одновременно и самые населенные, и исторически культивирующие и потребляющие именно это напиток. Впрочем, кофе тоже остается одним из самых популярных напитков на планете и в некоторых странах уверенно занимает первое место по регулярному потреблению. Так что глобальное противостояние двух напитков продолжается, причем каждая сторона имеет весьма убедительные аргументы в свою пользу.
Россия исторически отдавала предпочтение именно чаю. Но традиционная для нашей страны культура чаепития, к сожалению, была прервана революцией, но смогла, пусть и в меньшем масштабе, возродиться уже в советский период. После Великой Отечественной войны чайные стали частью системы общепита и представляли собой дешевые кафе, расположенные возле вокзалов, предприятий и колхозных рынков. Кроме собственно чая, в них подавали выпечку, пирожки и варенье. Иногда чайную совмещали со столовой, и тогда в ней можно было полноценно пообедать. Алкоголь в них был категорически запрещен. Облик чайных можно было бы определить как вернакулярный или этнический, но отсутствие дизайна компенсировалось атмосферой – теплой, душевной, непритязательной.
В перестроечные времена типология чайной сошла на нет. Единственное, что сохраняло чайную культуру, – магазины и лавки чая, к которым всегда было особое отношение, так как умение разбираться в чае, сортов которого было в десятки раз больше, чем видов кофе, считалось привилегированным навыком, а красивая упаковка качественного чая была и остается одним из самых популярных подарков почти на любой случай жизни. Магазины чая оформлялись с уклоном в экзотическую стилистику по вполне понятным причинам: из-за происхождения продукта и из-за представления о правильном чайном магазине, которое восходило своими ментальными корнями к самому известному чайному дому Москвы – Чайному дому Сергея Перлова на Мясницкой улице.
По аналогичному пути пошла и типология чайных. Подавляющее большинство чайных, которые можно найти в Москве и Санкт-Петербурге, представляют собой магазины с небольшими залами для чаепития, со специализацией на китайских чаях и восточных традициях. Русская культура чаепития пребывала в забвении, оставаясь уделом туристических аттракционов на «Золотом кольце» или единичных проектов редких энтузиастов. Но все изменилось в 2020 году, когда на улице Большая Ордынка в Москве открылась первая чайная под брендом «Нитка», сразу же декларировавшая планы по созданию целой сети тематических магазинов и кафе.
Основатель сети – тульский предприниматель Андрей Колбасинов – сначала хотел только торговать онлайн чаем, но, погрузившись в изучение традиции чаепития в дореволюционной России, не смог устоять перед обаянием этой «Атлантиды». На сайте проекта декларирована его миссия – возрождение русской чайной традиции.
В этой новой реальности русское чаепитие выступает как «социальный эликсир» – объединяющее явление, создающее единый культурный универсум. Это осознанный антипод суетливому «кофе на бегу» и самый узнаваемый символ современного русского стиля жизни
И вот спустя шесть лет сеть «Нитка» насчитывает уже семь чайных: шесть – в Москве и одну – в Нижнем Новгороде. Причем нужно отметить, что в каждой чайной сделан авторский дизайн интерьера. В самой первой чайной на Большой Ордынке интерьер построен на образах классической городской усадьбы второй половины XIX века. В остальных местах эксперимент по поиску актуального образа пошел дальше и воплотился в очень стильном формате, с намеком на русскую этнику, экологию и неожиданно советский модернизм (видимо, в память о промежуточном этапе развития чайной культуры).
Именно в этом ключе, но с поправкой на авторское видение архитекторов бюро PAUM, решен интерьер чайной «Нитка» на улице Мясницкой.
Проект русской чайной «Нитка» появился в рамках работы бюро PAUM над многофункциональным баланс-холлом «Место быть» на Мясницкой улице. Команда архитекторов разрабатывала проект всего пространства и сопровождала его реализацию, а одним из резидентов стала чайная «Нитка», расположенная в цокольном этаже.
Перед бюро PAUM стояла задача встроить чайную в сдержанную минималистичную архитектуру «Места быть», сохранив при этом характер самостоятельного проекта и переосмыслив образ русской чайной в современном ключе.
Опорной точкой для концепции стал Чайный дом Сергея Перлова, расположенный на той же Мясницкой улице. В конце XIX века его фасад получил выразительное оформление в китайском стиле и стал одним из самых узнаваемых образов этой московской улицы. Связь с ним строилась не на буквальном цитировании архитектуры. Фамилия Перловых восходит к слову «перл» – жемчуг, поэтому образ жемчужины, раковины и цветовых переливов стал одной из смысловых основ интерьера. Так старый Чайный дом и новую «Нитку» связала тонкая невидимая нить.
Архитекторам бюро PAUM было важно аккуратно встроить новую точку в минималистичный интерьер баланс-холла, но сохранить за ней характер самостоятельного, цельного проекта со своей концепцией и историей. На площади 60 м² разместились зона приготовления чая, ритейл, кафе с разными сценариями посадки и отдельная комната для камерных чаепитий.
Пространство чайной разделено на две контрастные части. Первая – светлый лаконичный зал с зоной продажи продукции бренда, стойкой приготовления чая и разными сценариями посадки. В нем мы сделали акцент на архитектурной выразительности узлов, а сдержанную оболочку использовали как фон для цветных акцентов и самостоятельных объектов. Холодная сдержанность минимализма создает выразительный контраст с теплым деревянным объемом второй части – скрытой многоугольной чайной комнаты, полностью отделанной темным шпоном и предназначенной для уединенных чаепитий и камерных церемоний.
Эти две части намеренно противопоставлены друг другу, но не существуют изолированно. Деревянный объем чайной плавно переходит в основной зал через узкий темный коридор, вдоль которого расположены рабочая зона, хранение и гардероб.
Кульминацией встречи двух пространств стала центральная стойка с самоваром и примыкающим к ней общим столом. Здесь минималистичная глянцевая столешница соединяется с темным объемом из состаренных амбарных досок. Переход одного материала в другой архитекторы бюро PAUM выполнили как своеобразное «деревянное терраццо»: щепа постепенно рассеивается в гладкой бирюзовой поверхности столешницы. Два на первый взгляд недружественных объема собираются в единую композицию именно в этом узле. В нем в миниатюре проявляется основной принцип проекта – не сглаживать противопоставления, а находить точку, в которой они начинают работать вместе.
Тему жемчуга в основном зале авторы использовали осторожно и точечно. Над центральным столом появилась световая инсталляция в форме раковины, выполненная из пластика и покрытая снаружи перламутровой автомобильной эмалью. При этом было важно передать не только сам образ жемчужины, но и ее способность переливаться множеством оттенков. Уже у входа дихроичное стекло меняет цвет в зависимости от угла зрения. Эту игру продолжают фасады из окисленного металла и подвесной мобиль из разноцветных элементов переработанного пластика. Свет и движение заставляют поверхности постоянно меняться, поэтому одна и та же палитра каждый раз выглядит по-разному.
Отдельное место в основном зале занимает продукция «Нитки». Для нее архитекторы бюро PAUM спроектировали протяженный стеллаж из старых амбарных балок. Между вертикальными деревянными элементами в свободном ритме расположены тонкие полки из нержавеющей стали с подсветкой, а в нижней части – тумбы с переливчатыми фасадами из окисленного металла. Поверхность фасадов собирает почти всю палитру, использованную в проекте, и тем самым связывает насыщенную цветовую композицию в единое целое.
Скрытая комната для уединенных чаепитий получила название «чайной шкатулки». Ее многоугольная форма подчеркнута единой темной деревянной оболочкой, а скамья с подушками повторяет ломаную геометрию стен. На полках размещена коллекция фарфоровой и металлической посуды: блюда, чашки, чайники и чайные наборы. Множество небольших ящиков снабжено разными винтажными ручками, поэтому содержимое комнаты воспринимается как собрание сокровищ в шкатулке, которое хочется постепенно рассматривать. Приглушенный отраженный свет поддерживает ощущение кулуарности и камерности.
Круглые столики в чайной расписаны вручную в технике «московского письма»: в цветочных композициях появляются жемчужные мотивы, связывающие комнату с основной концепцией. Здесь же возникает легкая азиатская интонация – во входной шторе, брашированном дереве и самой структуре шкафов с множеством ящиков. Это не попытка воспроизвести китайский интерьер, а деликатная дань Чайному дому Перлова, расположенному неподалеку.
Фирменный красный цвет «Нитки» проходит через пространство буквально тонкой нитью. Мы вводили его точечно, чтобы сохранить узнаваемость бренда и связь с другими интерьерами сети. Красный появляется в волнистом ограждении у входа, стойке самообслуживания и длинной горизонтали ритейл-стеллажа, которую пересекает высокая лестница. В чайной комнате цвет возвращается в полках и вышивке на шторе. Эти акценты связывают разные по характеру пространства сети.
Концепция проекта построена на соединении вещей, которые поначалу кажутся несовместимыми: светлого и темного, минималистичного и насыщенного, современного и исторического, глянцевой поверхности и состаренного дерева. Авторы не стремились привести их к единому знаменателю. Напротив, сохранили различия и связали их через планировку, материалы, цвет и повторяющиеся мотивы. Благодаря этому интерьер остается цельным, но раскрывается постепенно – через детали и смыслы, переплетенные между собой. Так на небольшой площади соединились несколько временных слоев: купеческая чайная Москвы, современный городской бренд и ежедневный ритуал чаепития.
