пресса

события

фотогалерея

российские новости

зарубежные новости

библиотека

рассылка новостей

обратная связь

Пресса Пресса События События Иностранцы в России Библиотека Библиотека
  история архитектуры

Беляев Л.А. , Чернов С. З. , Кренке Н.А.
Комплексные исследования в Андрониковом монастыре и исследования в районе храма Василия Блаженного
в книге:
Археологические открытия 2001 года , 2002
Московская археологическая экспедиция ИА РАН провела комплексные исследования в Андрониковом монастыре (по заданию Центрального музея древнерусской культуры имени Андрея Рублева) и в районе храма Василия Блаженного.
В Андрониковом монастыре изучены Спасский собор и Северо-Западная башня. Цикл работ, помимо собственно археологии, включал антропологические (Т.И. Алексеева, Г.В. Лебединская, А.П. Бужилова, М.Б. Медникова), геохимические (А.Л. Александровская), почвоведческие (А.Л. Александровский), палеоботанические (Е.А. Спиридонова, А.С. Алешинская), остеологические (Е.А. Цепкий) исследования. В Спасском соборе доследован раскоп 1994 г. в апсиде, вскрывший напластования, перекрытые мощной подсыпкой, осуществленной при строительстве собора в 1-й четв. XV в. (работам в храме всячески способствовал его настоятель отец Вячеслав). Изучение разреза культурного слоя, строительных отложений и погребенных почв показало, что они являются информативным источником для изучения ранней истории монастыря и собора. Древнейшее сооружение, представленное ямой, перекрытой плахами и слоем глины, является, скорее всего, отопительным сооружением (печью). В то же время это сооружение не служило для приготовления пищи, а имело какую-то специальную функцию. Лишь этим может объясняться полное отсутствие керамики в заполнении ямы. Из края одной горелой дубовой плахи был отобран образец для радиоуглеродного датирования. Этот образец (ГИН № 10881) показал возраст 750 ± 30 лет, что при пересчете в календарный возраст указывает на интервал 1258—1279 гг.
Следующим этапом работ стали раскопки небольшого фрагмента сооружения, предпринятые с целью обнаружить хоть какой-нибудь археологический материал, который мог бы помочь определить датировку. Решено было спрямить линию профиля за счет срезки выступа в интервале V—VI. Разборка велась послойно. Сначала был разобран слой обожженной глины. Оказалось, что он подразделяется на две части: верхнюю, более рыхлую с включениями угольков, и нижнюю, более прокаленную. Из нижней части слоя обожженной глины происходят глиняные обмазки с отпечатками дерева. Под глиной выявились четыре плахи. Крайняя с С была видна еще до проведения раскопок, и из нее взяли упомянутый выше образец. Второй образец для датирования (ГИН № 10999) взяли из {102} соседней плахи, причем отобраны лишь внешние кольца древесины ствола. Этот образец (№ 3) имел возраст 520 ± 50 лет, что соответствует календарному интервалу 1334—1437 гг.
Заполнение ямы, перекрытой сгоревшими плахами, представляло собой золистую супесь (песок). В средней части заполнения содержалось много золы, и слой приобрел розоватый оттенок. Здесь же встречались колотые камни. На дне ямы наблюдалось скопление углей. Горение их происходило именно в яме, отчего песок под углями прокалился и приобрел оранжевый цвет. Из углей со дна ямы отобран образец для радиоуглеродного датирования (ГИН № 11000), который показал возраст 610 ± 50 лет, что соответствует календарному интервалу 1299—1403 гг. Таким образом, отопительное сооружение можно отнести ко времени после 1334 г. в пределах 2-й — 3-й четв. XIV в. и связать с ранним этапом жизни монастыря.
После гибели отопительного сооружения в пожаре на его месте стал накапливаться слоистый материал (песок, супесь). Это могло происходить как в результате природных процессов (намыв), так и в результате деятельности человека. В это же время, вероятно, возникает кладбище, четыре погребения которого вскрыты в апсиде собора. Отсутствие связи могильных ям с профилем не позволяет установить с точностью уровень дневной поверхности, с которой откапывались могилы. В течение нескольких десятилетий (?) поверхность на данном месте стабилизировалась, начала формироваться почва 2. С уровня слаборазвитой почвы 2 были откопаны фундаментные рвы для возведения стен Спасского собора. Изучение геохимического спектра образцов костей погребенных показало значительную обедненность их микро- и макроэлементного состава, отсутствие аномалий, которые можно было бы увязать со специфической профессиональной деятельностью. Три погребения были определены антропологами как мужские, возраст 40-49 лет и старше 50, одно — как женское, возраст более 50 лет. На мужских погребениях сохранились фрагменты монашеских одеяний (обувь, пояс, парамандный крест), которые были отреставрированы д.и.н. А.К. Станюковичем.
Возле северо-западной башни монастырской ограды заложен шурф. Напластования между зданием братского корпуса и башней заняты кладбищем XIX—XX вв., причем могильные ямы уничтожили стратифицированные напластования. Исключением является узкая полоса вдоль стены монастыря шириной ок. 1 м. Изучение этого участка дало непрерывную колонку напластований. В ее основании залегал гумусовый горизонт погребенной почвы (слой 14) с признаками распашки. Находки из этой пашни и ям, вырытых с уровня пахотного горизонта, указывают на то, что распашка существовала до XVII в. Спорово-пыльцевая диаграмма из пахотного горизонта {103} фиксирует присутствие культурных злаков и лугового разнотравья. В составе лесной растительности доминировала сосна. Во 2-й пол. XVII в. на данном месте выкапывается яма 2. В ней встречены сосуды, принадлежащие к финальной стадии московского керамического производства XVII в., фиксируемые в комплексе из Мытищ, — красноглиняные и белоглиняные гладкие и шероховатые горшки, краснолощеный и чернолощеный кувшины, крашеные по ангобу сосуды, светлолощеные кувшины. Особенно интересен миниатюрный сосуд под масло для соборования, покрытый зеленым лощением, и золотистого лощения кружка, датировка которых вряд ли выходит за пределы XVII в.
Накопление культурного слоя на изученном участке в этот период отражено слоем 13. Первыми прослойками, отложившимися поверх почвенного слоя, стали угли пожарища и горизонт древесного тлена и щепок (слой строительства деревянных сооружений). Эти слои насыщены осколками стеклянной посуды и остатками типично монастырских трапез (скорлупа яиц, кости осетра, севрюги, стерляди, щуки). В период отложения этого слоя природная обстановка в окрестностях монастыря несколько изменилась: площадь пашен сокращается, леса увеличиваются и меняют свой состав, доминирует береза. В этот же период сооружается каменный фундамент, который предположительно можно квалифицировать как "ранняя башня". Глубина заложения фундамента составила не менее 1,1 м. Верхняя часть фундамента не сохранилась.
В 1-й четв. XVIII в. "ранняя башня", от которой сохранился фундамент, была разрушена. Поверх остатков фундамента отложились слои 11 и 12. В них присутствует материал из нижележащих слоев 13 и 14 (красноглиняная гладкая, краснолощеная и белоглиняная грубая керамика — до 8 %), что затрудняет датировку. То обстоятельство, что треть материала образует белоглиняная керамика (19% и 30%), сближает его с комплексом из Водостока на Историческом проезде (монеты 1718—1724 гг.), однако преобладание чернолощеной и мореной посуды (41-61%), более типичное для комплекса из Раската на Красной площади (монеты 1731—1753 гг.), дает основание отнести слои 11 и 12 к 1730-м гг.
Примерно во 2-й четв. XVIII в. возводится существующая северо-западная башня. Ее фундамент и цоколь сложены из белокаменных блоков, вторично использованных надгробий. Дата одного из надгробий дает terminus post quem для данной постройки — 7168 (1660) г. Основание стены башни сложено из большемерного кирпича XVII (?) в. При сооружении башни строители использовали остатки фундамента "ранней башни". Период строительства башни характеризовался быстрым накоплением культурного слоя, представленного прослойками, связанными со строительством и {104} разрушением каменных построек (песок, известь, известь с кирпичным боем).
В сер. XVIII в. в монастыре происходит пожар, слой которого (слой 10) отложился возле башни. В пожаре пострадала одежда людей (возможно, и сами люди), о чем можно судить по обилию медных пуговиц и пряжки. Керамика из этого слоя, в отличие от описанного выше, практически не содержит типов, встреченных в нижнем слое. Видимо в этот период ранний слой уже перестали тревожить и еще не начали тревожить вновь (посредством устройства могил). Керамика слоя 10 близка комплексу из Раската и не содержит фаянса и фарфора, что позволяет отнести ее к 3-й четв. XVIII в. Деньга 1749 г. дает terminus pre quem данного пожара.
На слой пожара отложился слой строительства деревянных сооружений (слой 9), насыщенный древесным тленом и щепками. Вслед за этим отложилось еще 40 см прослоек, связанных с накоплением бытового мусора, строительством и разрушением каменных сооружений (слои 7, 7а, 7б, 8, 8а). Состав керамического комплекса и стратиграфическое положение этих прослоек позволяют отнести их к концу XVIII в. Близко к рубежу XVII—XIX вв. сооружается существующая стена ограды монастыря. В заполнении ее фундамента найден гладкий изразец с голубой каймой по периметру белого поля. Уровень дневной поверхности времени сооружения ограды (уровень отмостки) соответствует поверхности слоя 6а. Вскоре после сооружения стены в ней было пробито отверстие для водостока, куда был помещен каменный лоток для слива воды. Спустя весьма короткий промежуток времени, уровень грунта возле стены повысился на 40 см за счет накопления строительного мусора и водосток оказался погребенным. Вслед за тем, ориентировочно в 1-й пол. — сер. XIX в., строительная активность на данном участке прекратилась. Длительное время уровень поверхности оставался стабильным и сформировались две погребенные почвы. Эти почвы лежат одна над другой, их разделяет тонкая прослойка песка. Возможно, эти почвы формировались уже в период функционирования кладбища. Погребение нижней почвы (слой 3) могло быть вызвано устройством новой могилы и отложением поверх нее могильного выброса. Поверхность нового могильного выброса (слой 2) длительное время являлась дневной поверхностью, и за это время успела сформироваться почва. В кон. XIX — XX в. накопилось еще до 90 см культурного слоя, но большая часть этих напластований была срезана в 1990-е гг. при благоустройстве участка возле здания церковной общины.
В рамках инженерного обследования Храма Покрова Богородицы на рву (Собор Василия Блаженного) экспедицией проведены археологические исследования по шурфам, заложенным для изучения {105} подпорной стенки, сооруженной вокруг собора в 1817 (восточнее собора, вдоль Разинского спуска) и 1834 г. (южнее собора) на месте подпорной стенки, которая была возведена вместе со звонницей ок. 1588 г. и фиксируется на плане "Кремленоград" конца XVI в., а также на рисунке И.Р. Сторна для книги А. Мейерберга 1661—1662 гг.
Шурф 11, заложенный между приделом 1680 г. у ц. Василия Блаженного 1588 г. (дневная отметка 141.60) и вост. подпорной стенкой, показал, что котлован под стенку был выбран в засыпке более раннего котлована. Последний имеет глубину 3 м (абсолютная отметка 138.60) и заполнен горизонтально залегающими прослойками строительного мусора и песка. Шурфы 4 и 3, заложенные у ЮВ угла подпорной стенки — на площадке собора (абс. отм. 141.00) и у ее подножья (абс. отм. 132.18) выявили материк на глубине соответственно 8,8 м (абс. отм. 132.13) и 4,1 м (абс. отм. 128.08). У подножья ЮЗ угла подпорной стенки материк залегал на глубине всего 0,8 м (абс. отм. 136.20), то есть на 8 м выше, чем у ЮВ угла. Эти данные позволяют заключить, что Разинский спуск проложен был по оси древнего оврага. Совершенно иная геоморфологическая картина наблюдалась при исследовании шурфов вдоль зап. подпорной стенки (обращенной к Кремлю). Здесь материк залегал на небольшой глубине, что свидетельствует о том, что пространство к З от собора представляло собой полого спускающийся склон второй террасы р. Москвы.
В шурфе 9 площадью 1,8 м2, заложенном в 8 м к ЮЗ от основания памятника Минину и Пожарскому на газоне с внутренней стороны ограждения собора, материк был достигнут на глубине 195 см от поверхности. Верхние 70 см напластований относились к XIX—XX вв., их подстилала булыжная мостовая 1804 г. или более поздняя. Под мостовой залегал слой строительного мусора XVII—XVIII вв., имевший в разных участках шурфа мощность от 20 см до 1, 2 м в ямах. Ниже, в не нарушенных ямами участках, прослеживались ранние слои, отложившиеся в XIII—XV вв. В этих напластованиях выделялось два горизонта. Верхний был представлен темно-серой супесью и имел мощность до 35-40 см (100-140 см от поверхности). В нем найдена красно-глиняная керамика. Нижний горизонт являлся заполнением ямы углубленного в землю сооружения. Стенка ямы имела опалубку из досок (?). В истлевшем виде доски имели толщину ок. 2 см. Заполнение представляло собой бурую супесь с линзами песка и светло-бурого суглинка, с включениями дисперсных угольков, в нем встречены кости домашнего скота (кухонные отбросы), сероглиняная и красноглиняная грубая керамика. Общая мощность заполнения ямы достигала 60 см. На контакте с материком залегал древесный тлен. В основании заполнения преобладала сероглиняная керамика с линейной орнаментацией. Найдены венчики типичных для XIII в. форм, а также {106} фрагмент гладкого стеклянного браслета зеленого цвета. Материк представлял собой желтый песок с косозалегавшими прослойками железистых ортзандов (псевдофибров). Обследование, проведенное А.Л. Александровским, показало, что исходная погребенная почва утрачена — прокопана сооружением XIII в.



Рейтинг@Mail.ru
Copyright www.archi.ru
Правила использования материалов Архи.ру
Правовая информация
архи.ру®, archi.ru® зарегистрированные торговые марки
Система Orphus
Нашли опечатку Orphus: Ctrl+Enter