пресса

события

фотогалерея

российские новости

зарубежные новости

библиотека

рассылка новостей

обратная связь

Пресса Пресса События События Иностранцы в России Библиотека Библиотека
  история архитектуры

Торшин Е.Н.
К вопросу о производстве плинфы в Северо-Восточной Руси (по материалам раскопок церкви Бориса и Глеба в г. Ростове)
в книге:
История и культура Ростовской земли. Материалы конференции 1993 г. , 1994
В г. Ростове с 1986 г. ведется поиск церкви Бориса и Глеба 1214 - 1218 гг.1 Церковь была заложена на дворе князя Константина Всеволодовича. Этот двор незадолго до постройки церкви, по-видимому, был капитально отремонтирован или даже отстроен заново после пожара в 1210 г.2. Можно предположить, что церковь Бориса и Глеба была частью единого ансамбля княжеской резиденции подобно хорошо известной церкви в Боголюбово.

В настоящее время к югу от существующей ныне церкви Бориса и Глеба 1761 г. в раскопе площадью 80 м2 обнаружен слой развала строительных материалов домонгольского времени. Он состоит из плинфы, фрагментов цемяночного и известково-песчаного растворов. В этом развале найден и фрагмент упавшей стены древней постройки. Кладка стены была сооружена из плинфы на известково-цемяночном растворе. Фрагмент интересен тем, что является завершением прясла стены и представляет собой арку и заполнение тимпана закомары.

К сожалению, не было обнаружено основание этой упавшей стены как и, вообще фундаментов до монгольских сооружений княжеского двора. Поэтому сегодня мы еще не можем с уверенностью назвать постройку, которой принадлежал рассматриваемый фрагмент кладки. Однако, имеющиеся в нашем распоряжении сведения о строительных материалах позволяют сделать предварительные выводы о месте исследуемых памятников в истории плинфяного строительства Северо-Восточной Руси, а также о связях этого строительства с зодчеством других земель Руси.

Основным строительным материалом церкви Бориса и Глеба и, возможно, княжеского двора в Ростове была плинфа. В результате промеров нескольких сотен экземпляров был установлен ее формат: (23 - 26) х (16 -17) х (4 - 5) см. Отклонения от среднего формата были редки и незначительны. Плинфы дополнительного формата (более узкие) не обнаружены.

Керамическое тесто плинф имеет ярко-розовый ровный цвет. В изломе оно также имеет однородную структуру и цвет, что свидетельствует о равномерном обжиге. Изредка встречаются и пережженные и недожженные плинфы, но их количество крайне мало (менее 5%). В качестве отощителя в тесте присутствует мелкий песок, крупных примесей не наблюдается.

Обращает на себя внимание характер формовки плинфы церкви Бориса и Глеба. На основании способов формовки можно выделить несколько групп кирпичей:

1. Плинфа четко формована. На боковых поверхностях часто видны отпечатки волокон дерева (след от формы). Сверху и снизу на боковых сторонах имеются выступы - натеки керамического теста на формовочную рамку, что говорит о том, что она была, по-видимому, разборной. На верхней и нижней плоскостях плинфы видны тонкие параллельные линии - следы от щепы, которой снимался остаток теста с формы.

2. Плинфа очень похожая на ту, что относится к первому виду, но подрезка остатков керамического теста сделана только на верхней плоскости. На нижней же поверхности видны отпечатки грубой доски, песка, мелкой щепы. Натеки глины на боковых сторонах также наблюдаются только сверху. Отличительной особенностью плинфы этих двух видов являются знаки на бортах.

3. Плинфа менее четкой формовки. На ее нижней поверхности заметны желобчатые отпечатки. Верхняя же плоскость кирпича этого вида несет следы щепы, которой снимался остаток керамического теста с формы. Иногда эти следы имеют вид довольно глубоких параллельных линий. Возможно, подобная плинфа формовалась в формах, имеющих дно.

Как мы видим, различие способов формовки плинфы оказывается довольно существенным.

Встречаются ли плинфы указанных видов на других памятниках Северо-Восточной Руси?

Так Н.Н. Воронин отмечал, что плинфа Успенского собора, Княгинина монастыря имеет неровные поверхности с отпечатками пальцев на верхней и грубыми следами деревянной формы на нижней поверхности. Наличие других плинф при раскопках зарегистрировано не было3.

Грубая фактура отмечена и у плинфы, найденной возле собора Рождества Богородицы во Владимире. Здесь из плинфы была построена одна из башен собора. Не было замечено на кирпичах обоих этих знаков4. Можно предположить, что эта плинфа напоминала плинфу третьего вида из раскопок церкви Бориса и Глеба в Ростове.

На плинфах ярославских памятников знаки также не были обнаружены. Однако кирпич Спасского собора и Входоиерусалимской церкви по характеру формовки напоминает плинфу второго вида из Борисоглебской церкви. Фрагмент плинфы третьего вида (с желобчатыми отпечатками на нижней поверхности был обнаружен в единственном экземпляре среди строительных материалов, происходящих из собора Спаса.

Таким образом, мы видим, что приемы формовки плинфы, реконструируемые на основании ростовских материалов, отмечены и на остальных памятниках Владимиро-Суздальской Руси, но почти нигде эти приемы не сосуществуют одновременно на одной и той же постройке. Поэтому правомерно, на наш взгляд, поставить вопрос, не являются ли разные приемы формовки кирпича признаком почерка различных групп плинфотворителей в составе строительной артели.

Одна группа изготовителей плинфы могла обслуживать строительство зданий у Рождественского собора во Владимире. (ок. 1196 г.), затем возведение собора Княгинина монастыря (1200 - 1202 гг.), церкви Бориса и Глеба (1214 - 1218 гг.) и достройку собора Спаса в Ярославле (до 1224 г.).

Другая группа участвовала в строительстве возле Дмитриевского собора во Владимире (до 1197 г.), церкви Бориса и Глеба, Спасского собора и церкви Входа в Иерусалим в Ярославле.

Почему обе группы плинфотворителей работали в Ростове? Это можно объяснить большим объемом строительства. Исследователями отмечалась значительная концентрация строительных кадров в руках князя Константина Всеволодовича. Кроме того, вполне возможно, что в Ростове из плинфы была возведена не только церковь Бориса и Глеба, но и княжеский дворец.

Актуальным остается вопрос происхождения групп плинфотворителей, так и всей строительной артели, возводившей здания из плинфы во Владимиро-Суздальской Руси.

В настоящее время установлено, что строители пришли во Владимир из Киева, и что они происходят, возможно, из артели киевского князя Рюрика Ростиславича. В пользу этого предположения свидетельствует анализ политической обстановки того времени, особенности планового решения храмов, некоторые элементы строительной техники (котлованный фундамент Спасского собора в Ярославле)5. Однако материалы раскопок церкви Бориса и Глеба в Ростове могут внести некоторые уточнения в изложенную схему.

Так, на происхождение мастеров могут указывать знаки на бортах плинфы. В настоящее время на кирпичах церкви Бориса и Глеба найдено около десятка типов знаков. Большинство из них хорошо известны на памятниках киево-черниговской архитектурной школы и имеют распространение в Киеве, Чернигове, Смоленске и т. д. Это знаки в виде буквы N, трезубца округлой формы.

Однако встречаются знаки и более редкого рисунка.

К таким знакам следует отнести, прежде всего, изображение двузубца с загнутыми наружу зубцами. Подобные знаки известны нам на кирпичах церкви Параскевы-Пятницы в Чернигове, что подтверждает киево-черниговское происхождение владимиро-суздальской плинфяной артели. Но надо заметить, что очень похожие знаки существуют на плинфе полоцкого храма в Детинце. Здесь часто встречается изображение трезубца с загнутыми наружу крайними зубцами и очень коротким центральным.

На кирпичах полоцкой церкви в Детинце встречаются также знаки в виде трезубца с загнутыми наружу крайними зубцами и длинным центральным. Изображение похожего трезубца было обнаружено на боковой стороне одной из плинф Борисоглебской церкви.

Кроме того, на кирпичах из Ростова можно видеть знаки в виде двузубца с ножкой, вытянутые вдоль длинной стороны торцовой части плинфы. Знак подобного типа, но несколько иного рисунка отмечен на одном из кирпичей Троицкого собора на Кловке в Смоленске.

Таким образом, мы можем предположить, что одна из групп плинфотворителей пришла во Владимир из Киева, но в ее составе, возможно, были мастера из Смоленска, где одно время работали и полоцкие строители.

Изучение плинфы построек Владимиро-Суздальской Руси начала XIII века позволило нам, как мы видим, поставить вопрос о многокомпонентности артели, работавшей в этой земле. Однако, формирование артели происходило в Киеве. Возможно, в нее вошли мастера из различных строительных центров Руси, но история появления этой артели должна, на наш взгляд, стать темой отдельного исследования.

1.ЛЛ, 6722; ЛЛ, 6726.

2.ЛЛ, 6718.

3.Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси ХII - ХV вв. М., 1961. Т. I. С. 469 - 470.

4.Там же. С. 391.

5.Иоаннисян О.М. Зодчество Северо-Восточной Руси XII - XIII вв. // Дубов И.В. Города, величеством сияющие. Л, 1985.



Рейтинг@Mail.ru
Copyright www.archi.ru
Правила использования материалов Архи.ру
Правовая информация
архи.ру®, archi.ru® зарегистрированные торговые марки
Система Orphus
Нашли опечатку Orphus: Ctrl+Enter