Ангелы со Страстными эмблемами здесь – не что иное, как переосмысленная деталь композиции «Распятие с чудесами», в последнее время привлекающей внимание исследователей поздней русской иконописи [2]. Напомним, на гравюре Василия Андреева, созданной около 1680 года, восемь ангелов в ряд возносят Страстные эмблемы над верхней перекладиной Креста. Еще два ангела помещены внизу, по сторонам ног Распятого.
Две композиции с ангелами и эмблемами, представляющими те же Орудия страданий, что и на гравюре Василия Андреева, в великоустюгском памятнике весьма примечательны. Они сгруппированы иначе: вписаны в прямоугольные клейма, и помещены по сторонам верхней части поклонного резного креста, где изображен Господь Саваоф с золотым медальоном на груди – там находится образ Святого Духа.
Помимо композиционной переклички (круг со Святым Духом и медальоны со Страстными эмблемами), есть и смысловые. Они уже не заимствованы из гравюры Василия Андреева, но возникают из переклички эмблем со Страстными композициями в клеймах на раме. Возможно это потому, что иконописец использовал западноевропейские гравюры как образец. Так, одно из клейм (внизу, одесную Распятого, слева от зрителя), представляет обретение Нерукотворного образа по католической традиции – изображена святая Вероника, с Сударием в руках, возле несущего крест Христа. Это далеко не исключительный случай присутствия Вероники с Сударием в русской церковной живописи конца XVII – XIX веков, однако именно здесь данная сцена вступает в перекличку со Страстными эмблемами. Дело в том, что в ряду ангелов над верхней перекладиной Креста в композиции Василия Андреева также присутствует Сударий (увенчанный терниями лик Христа на плате). Он изображен последним в ряду. Гравюра, созданная около 1680 года – наиболее ранний известный нам памятник с образом Страстного Нерукотворного образа.
Мастер, создавший в следующем столетии раму для резного креста 1625 года, свободно осмыслил композицию «Распятие с чудесами», заимствовал необходимые по смыслу детали и скомпоновал их по своему усмотрению. Эти детали – ангелы со Страстными эмблемами в руках – использованы как оптимальное соответствие реликвии, заключенной в центре (поклонный крест). Кроме того, они сочетаются со Страстными сюжетами, написанными в раме, образуя новые смысловые переклички, не предусмотренные в иконографии «Распятие с чудесами». Это тем более примечательно, что до наших дней дошел не один десяток одноименных икон, с точностью следующих гравюре Василия Андреева, независимо от того, каким уровнем мастерства владел тот или иной иконописец. Отклонения от источника в них заключаются по преимуществу в большем или меньшем количестве воспроизводимых подробностей, не влияющих на общую композицию.
В русской провинции XVIII столетия сложные иконографии могли не только воспроизводиться, но и заново переосмысливаться, в соответствии с определенными задачами. Мы видим, что из них могли заимствоваться необходимые детали и ставиться в новый контекст. В данном случае главной целью являлось создание оптимального обрамления для особо почитаемой реликвии, связанной со святым покровителем города. Вопрос в том, кем определялось содержание композиции – мастерами или заказчиками. В Великом Устюге было весьма просвещенное духовенство, об этом свидетельствуют как исторические документы, так и сохранившиеся до наших дней памятники со сложными программами, создание которых было невозможно без высокой богословской учености.
[1] - Савваитов П.И. Описание Великоустюжского Архангельского и приписного к нему Троицкого Гледенского монастырей. СПб., 1848. С. 40.
[2] - См.: Процветший крест. Иконография «Плоды Страданий Христовых» из церквей, музейных и частных собраний России, Германии, Италии, Финляндии, Швейцарии / авт.-сост. О.Б. Кузнецова. М., 2008
Похожие статьи
Технологии и материалы
Сейчас на главной
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
