01.07.2006

"Ленинградский модернизм. Взгляд из XXI века" Нелюбимая, но уже привычная архитектура

  • Наследие
  • Репортаж
  • выставка

информация:

Архитектура — фон и символ времени, которое судить — как судить самого себя

Трудно судить, что хуже: архитектура нынешнего, перед которой обязательно чувствуешь некоторую растерянность, происходящую из нехватки критериев, или архитектура недавнего прошлого, которая мыслится пройденной, преодоленной, — мы стали старше и умнее, точно умнее, чем пять, десять, двадцать лет назад. Мы ошибались, но сознаемся в своих ошибках, чтобы в следующий раз оказаться еще умнее (а между тем ошибки громоздятся вокруг, застя горизонт).

Архитектура — фон и символ времени, которое судить — как судить самого себя. Точнее, не сразу фон: прежде чем стать фоном, архитектурный стиль какое-то время воспринимается как нечто, фону противоречащее, нарушающее привычный пейзаж, как нелюбимое. Оттого архитектуре, чаще всего называемой «брежневским модернизмом», не везет с мнениями современников. Что мнения, ей грозит катастрофическая невезуха, когда современники начнут оприходовать наследие: Петербург — накануне большой стройки. В центре города мест не хватает, надо что-то сносить; брежневская архитектура — на снос первый претендент, поскольку никому не нравится. Между тем даже в названии — «брежневский модернизм» — чувствуется неопределенность и приблизительность представления, что же это такое случилось в 1960-80-е в отечественном зодчестве. Может, это вовсе и не «модернизм», а так, на модернизм похоже — равно как со «сталинским ампиром»: мы насильно связываем явление недавнего прошлого с чужой или давней традицией, пользуемся своего рода метафорой, чтобы избегнуть ясного и явного, как говорится в логике, определения. Точно так же принято было не ценить и ругать архитектуру 1930-50-х — в Москве больше, чем в Петербурге, поскольку в Москве сталинское строительство было активнее и внушительнее, московские высотки не сравнить по эффекту с ладно встроенной стилизацией сталинской неоклассики ленинградского извода. Но прошло время, и сталинская архитектура стала привычным, фоновым явлением, которое уже не надо согласовывать с окружением, она сама стала фоном, с которым надо согласовываться новому строительству. Брежневская архитектура до сих пор еще непривычна — но постепенно глаз свыкается с нею, усваивает ее внушения, соглашается с ней как с неизбежным; тому, как это происходит, и посвящен проект куратора Владимира Фролова. Суть которого — собрать впечатления от более-менее заметных построек периода 1960-80-х (БКЗ «Октябрьский», площадь Победы, крематорий, бассейн ВМФ, аэропорт, речной вокзал, гостиница «Советская», НИИ робототехники и проч.), причем чтобы эти впечатления формулировались не специалистами по архитектуре, а специалистами, так сказать, по впечатлениям — фотографами Андреем Чежиным, Игорем Лебедевым, Юрием Молодковцом, Александром Гронским, другими специально неархитектурными фотографами, просто — фотографами, снимающими город. Общее впечатление тут скорее мрачное: нет, все-таки «брежневский модернизм» — повод скорее посетовать, что же такое у нас вообще возникло; но обнаруживается и какая-то своя выразительность этих фасадов, и видится какая-то архитектурная игра, а не сплошь ужас, в этих объемах и плоскостях; и размытые облачка над параллелепипедом «Советской» вызывают какое-то мечтательное чувство — о чем, конечно, не будет и речи, если на этом месте вырастет новая дурында — сколько еще времени понадобится, чтобы с ней сжиться.

Комментарии
comments powered by HyperComments