Рем Колхас, Кенго Кума, Элизабет Дилер, Том Мейн, Тадао Андо и многие другие знаменитые зарубежные архитекторы и эксперты подписали письмо Путину с просьбой сохранить Шуховскую радиобашню




Текст письма на русском языке:
(оригинал см. ниже)

13 марта 2014
Уважаемый Президент Владимир Путин!
25 февраля 2014 года Государственный Комитет Российской Федерации по Телевидению и Радиовещанию согласился с демонтажем знаменитой Радиобашни на Шаболовке в Москве, спроектированной инженером Владимиром Шуховым и построенной в 1922 году. Не было продемонстрировано никаких убедительных доказательств того, что она представляет опасность, хотя отсроченное техническое обслуживание оказало отрицательное воздействие на поверхность конструкции. Это величайшее творение современного инженерного и архитектурного искусства выдержало испытание временем, как в плане конструкторского новаторства, так и в плане того, что оно является символом Москвы – и все благодаря гению его разработчика и строителя Владимира Шухова, которого большинство людей считает российским эквивалентом Гюстава Эйфеля.

Передающая башня, построенная для беспроводной трансляции программ в раннюю советскую эпоху, была разработана на базе научных исследований гиперболоидов, которые Шухов предпринял в конце 19-го века. Сотни водонапорных башен, опор линий электропередач и маяков были сооружены по всей России с использованием вариантов базовой формы. Концепция была настолько блестящей, что конструкция была даже внедрена в дредноутах ВМФ США, где для постройки мачт наблюдения и передачи информации использовался этот тип структуры. Радиобашня на Шаболовке – самая большая когда-либо построенная конструкция подобного рода – остается шедевром Владимира Шухова и памятником ему. Она является одной из эмблем Москвы и одним из величайших достижений инженерного искусства двадцатого века, и все еще оказывает влияние на технические и архитектурные идеи по всему миру и обогащает их.

Несмотря на это, этот шедевр, изображенный во всех историях инженерного и архитектурного искусства, находится под угрозой демонтажа с целью замены его новой конструкцией. У гипотетического застройщика сама по себе появляется
возможность воспользоваться тем фактом, что согласно существующим градостроительным правилам на любом определенном участке земли разрешается возводить строения такой же высоты, как и существующая конструкция, без какого-либо дополнительного разрешения на производство строительных работ. Высота строений в большей части центральной Москвы, где и расположена Радиобашня, ограничена девятью этажами – это приблизительно 25 метров. Высота же Радиобашни составляет 150 метров, и если ее будут менять, появится разрешение на возведение примерно 50-этажной конструкции – золотая возможность для циничных современных Геростратов. Демонтаж башни и хранение ее составных элементов с целью ее восстановления в более позднее время, даже если такое и можно было бы сделать, будет чрезвычайно опасным, поскольку нет гарантии, что реконструкция даже будет возможной. И что самое важное, привязка башни к городским кварталам на Шаболовке, застройка, характерная для героического раннего советского периода, будут потеряны, а также будет потеряна функция, которую башня выполняет в качестве ключевого компонента панорамы и городского ландшафта Москвы. Предполагаемая конструкция, если она и будет воссоздана где-нибудь в другом месте, потеряет значительную часть своей исторической важности и весь свой урбанистический контекст.

Уважаемый Президент Путин, мы настоятельно просим Вас принять безотлагательные меры по сохранению этой весьма важной части наследия Москвы – уникального вклада российского гения инженерного искусства в мировую культуру. Пожалуйста, обеспечьте, чтобы этой великой конструкции было позволено сохраниться в качестве маяка и символа прогрессивной, обращенной в будущее цивилизации. Вместо того чтобы демонтировать ее, необходимо срочно предпринять меры по ее тщательному сохранению согласно международным стандартам, и выступить с предложением о внесении этого шедевра в Список Объектов Мирового Наследия ЮНЕСКО. Необходимость этого десятилетиями обсуждается национальными и международными экспертами.

  1. Tadao Ando, Architect. Osaka.
  2. John F. Abel, PhD, PE, F. ASCE, Past President of the International Association for Shell and Spatial Structures (IASS)
  3. Gorun Aran, Chair, IASS Working Group on Historic spatial Structures, Vice president of ICOMOS-ISCARSAH
  4. Masato Araya, Professor, Engineering, Waseda University, Japan
  5. William Baker, Engineer SOM, Chicago (engineer Burj Al Khalifa, Dhubai, world′s tallest building).
  6. Sebastiano Brandolini, Architect, Milan.
  7. Alan Burden, DEng MSc BSc(Eng) DIC ACGI CEng MICE MIStructE. Engineer, London and Tokyo.
  8. Clementine Cecil, Director, Save, London. Founder MAPS (Moscow Architecture Preservation Society).
  9. Henry N Cobb, Architect, New York and President, American Academy of Arts and Letters
  10. Jean-Louis Cohen, Sheldon H. Solow Professor in the History of Architecture, IFA, NYU, New York.
  11. Odile Decq, Architect, Chevalier Legion d′Honneur, Paris.
  12. Elizabeth Diller, Architect, New York and Professor, Princeton University.
  13. Kate Goodwin, Drue Heinz Curator of Architecture, Royal Academy of Arts , London.
  14. Dr. Rainer Graefe, Univ. Prof. Forschungsinstitut Archiv für Baukunst Universität Innsbruck.
  15. John Harris, Founding Curator, RIBA drawings collection, Conservator, London.
  16. Joerg Haspel, Professor, Head of Berlin authorities for Conservation, President, ICOMOS_Germany.
  17. Yoshiharu Kanebako, Structural designer. Professor, Kogakuin University, Tokyo.
  18. Mamoru Kawaguchi, Engineer, Tokyo, past President IASS (International Association for Shell and Spatial Structures).
  19. Rem Koolhaas, Architect, Rotterdam.
  20. Kengo Kuma Architect, Professor, Tokyo University, Tokyo.
  21. Phyllis Lambert, CC, GOQ, FRAIC, FRSC, RCA, Founder, Canadian Centre for Architecture, Montreal.
  22. Bertrand Lemoine, Architect and Engineer, Research Director, National Centre for Scientific Research, former Director General, Atelier International du Grand Paris, Paris.
  23. Thom Mayne, Architect, Los Angeles, Professor UCLA.
  24. Robin Middleton, Professor Emeritus, Columbia University. New York.
  25. Marc Mimram, Engineer and Architect, Professor, Paris.
  26. Stanislaus von Moos, Professor, Yale University. New Haven. Emeritus professor, History of Modern Art, University of Zurich.
  27. René Motro, President, International Association for Shell and Spatial Structures.
  28. Florian Musso, Professor, Technische Universität München.
  29. Guy Nordenson, Engineer, New York and Professor, Princeton University.
  30. John Ochsendorf, Engineer and Professor, MIT. Cambridge.
  31. Richard Pare, Photographer, Richmond, Yorks, UK.
  32. Leslie Robertson, Engineer, New York (engineer of original World Trade Center and many of the world′s tallest buildings).
  33. Mutsuro Sasaki, Engineer, Professor, Hosei University, Tokyo.
  34. Joerg Schlaich, Engineer, Professor Emeritus Stuttgart University, Stuttgart and Berlin.
  35. Sir Nicholas Serota, CH, Director, Tate Galleries and Museums, London.
  36. Isa Willinger, Film maker, Munich.
  37. Hajime Yatsuka, Professor, Shibaura Institute of Technology, Tokyo.
  38. Ted Zoli, Bridge Engineer, New York.
***

An open letter to President Vladimir Putin concerning the fate of the Shukhov Radio Tower on Shabolovka St. Moscow
March 13 2014

Respected President Vladimir Putin,
On February 25, 2014, the Russian State Committee for Television and Radio Broadcasting agreed to the dismantling of the celebrated Shabolovka Radio Tower in Moscow, designed by the engineer Vladimir Shukhov and completed in 1922. No conclusive evidence of danger has been demonstrated, although deferred maintenance has had negative effects on the surface of the structure. This superlative work of modern engineering and architecture has withstood the test of time both in its structural innovation and as a symbol of the city of Moscow thanks to the genius of its designer and builder, Vladimir Shukhov, who is generally considered the Russian equivalent of
Gustave Eiffel.

Built in order to broadcast wireless programmes of the early Soviet era, the transmitting tower was developed from the research into hyperboloids undertaken in the late 19th century by Shukhov. Using variants on the basic form, hundreds of water tanks, electrical pylons and lighthouses were erected throughout Russia. So brilliant was the concept that the design was even incorporated into US Navy dreadnoughts where the structural type was used for constructing observation and communications masts. The Shabolovka Radio Tower, the largest such structure ever built, remains as Vladimir Shukhov′s masterpiece and his monument. It is one of the emblems of Moscow, and one of the superlative engineering feats of the twentieth century, still influencing and enriching technical and architectural ideas globally. Yet this masterpiece, featured in all the histories of engineering and architecture, is now threatened with being torn down in order to be replaced by new construction. The opportunity presents itself for a speculative developer to take advantage of the fact that, under present planning regulations, it is permitted to build to the same height as an existing structure on any particular lot, without the requirement for any further planning permission.

Most of central Moscow, in which the Radio Tower site is included, is restricted to nine stories, approximately 25m. The Radio Tower at 150m, should it be replaced, would permit a structure of about 50 stories, a golden opportunity for a cynical modern Erostratus.
Dismantling the tower and storing its components in order to rebuild it later, even if it were possible to do so, would be extremely hazardous, as there is no guarantee that reconstruction will even be possible. Most importantly, the link of the tower to the Shabolovka neighbourhood, a distinguished housing scheme of the heroic early Soviet period would be lost, also lost would be its function as a
key component in the Moscow panorama and cityscape. The hypothetical structure, if it were to be recreated elsewhere, would lose much of its historical significance and all of its urban context.

Respected President Putin, we are urging you to take immediate steps to assure the preservation of this essential part of Moscow′s heritage, a unique contribution of Russian engineering genius to world culture. Instead of being dismantled, there is an urgent need for its careful conservation along international standards and to nominate this masterpiece into the UNESCO World Heritage List.
This necessity has been discussed by national and international experts for decades. Please assure that this great structure be permitted to remain as a beacon and symbol of progressive, forwardlooking civilization.

17 Марта 2014

Шаболовский культурный кластер
Шуховская башня – главная достопримечательность целого района Москвы, считают авторы проекта развития территории Шабловки: АБ Асадова, Madetogether, НЛО проектное бюро и инициативная группа «Шаболовка».
Вокруг башни
Публикуем фрагменты из новейшего путеводителя по архитектуре Шаболовки 1920-30 годов, издание которого призвано защитить башню и уникальный конструктивистский район если не от уничтожения, то от забвения.
Башня в кубе
Концепция восстановления Шуховской башни от архитектурного бюро «Четвертое измерение»: не то чтобы новая, но и не очень известная.
Пресса: Москва может спасти Шуховскую телебашню на Шаболовке
Компания РТРС более трёх лет после указания В.В.Путина не может защитить Шуховскую телебашню от коррозии. После выделения денег Правительством России прошло уже три летних сезона, удобных для проведения работ по защите башни от коррозии. Может быть, кто-то специально хочет разрушить башню Шухова на Шаболовке коррозией, чтобы потом с выгодой реализовать участок земли в центре Москвы под её основанием?
Технологии и материалы
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
LVL брус – для реконструкций
Реконструкция объектов культурного наследия и старого фонда упирается в ряд ограничений: от весовых нагрузок на ветхие стены до запрета на изменение фасадов. LVL брус (клееный брус из шпона) предлагает архитекторам и конструкторам эффективное решение. Его высокая прочность при малом весе позволяет заменять перекрытия и стропильные системы, не усиливая фундамент, а монтаж возможен без применения кранов.
Гид архитектора по нормам пожаростойкого остекления
Проектировщики регулярно сталкиваются с замечаниями при согласовании светопрозрачных противопожарных конструкций и затянутыми в связи с этим сроками. RGC предлагает решение этой проблемы – закаленное противопожарное стекло PyroSafe с пределом огнестойкости E60, прошедшее полный цикл испытаний.
Конструктор фасадов
Показываем, как устроены фасады ЖК «Европейский берег» в Новосибирске – масштабном проекте комплексного развития территории на берегу Оби, реализуемом по мастер-плану голландского бюро KCAP. Универсальным приемом для создания индивидуальной архитектуры корпусов в микрорайоне стала система НВФ с АКВАПАНЕЛЬ.
Сейчас на главной
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Восходящие архитектурные звезды – кто, как и зачем...
В рамках публичной программы Х сезона фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел презентационный марафон «Свое бюро». Основатели молодых, но уже достигших успеха архитектурных бюро рассказали о том, как и почему вступили на непростой путь построения собственного бизнеса, а главное – поделились советами и инсайдами, которые будут полезны всем, кто задумывается об открытии своего дела в сфере архитектуры.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Пресса: Города обживают будущее
Журнал «Эксперт» с 2026 года запускает новый проект — тематическую вкладку «Эксперт Урбан». Издание будет посвящено развитию городов и повышению качества жизни в них на основе мирового и российского опыта. В конце 2025 редакция «Эксперт.Урбана» подвела итоги года вместе со специалистами в области урбанистики и пространственного развития.
Экономика творчества: архитектурное бюро как бизнес
В рамках деловой программы фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел паблик-ток «Архитектура как бизнес». Три основателя архитектурных бюро – Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM), Дарья Туркина (BOHAN studio) и Алексей Зародов (Syntaxis) – обсудили специфику бизнеса в сфере архитектуры и рассказали о собственных принципах управления. Модерировала встречу Юлия Зинкевич – руководитель коммуникационного агентства «Правила общения», специализирующегося на архитектуре, недвижимости и урбанистике.
На берегу
Комплекс, спроектированный Андреем Анисимовым на берегу Волги – редкий пример православной архитектуры, нацеленной на поиск синтеза: современности и традиции, разного рода исторических аллюзий и сложного комплекса функций. Тут звучит и Тверь, и Москва, и поздний XVIII век, и ранний XXI. Красивый, смелый, мы таких еще не видели.
Видение эффективности
В Минске в конце ноября прошел II Международный архитектурный форум «Эффективная среда», на котором, в том числе, подвели итоги организованного в его рамках конкурса на разработку эффективной среды городского квартала в городе Бресте. Рассказываем о форуме и победителях конкурса.
Медийность как стиль
Onda* (design studio) спроектировала просторный офис для платформы «Дзен» – и использовала в его оформлении приемы и элементы, характерные для новой медиакультуры, в которой визуальная эффектность дизайна является обязательным компонентом.
Тонкая настройка
Бюро SUSHKOVA DESIGN создало интерьер цветочной студии в Перми, с тактом и деликатностью подойдя к пространству, чья главная ценность заключалась в обилии света и эффектности старинной кладки. Эти достоинства были бережно сохранены и даже подчеркнуты при помощи точно найденных современных акцентов.
Яркое, народное
Десятый год Wowhaus работают над новогодним украшением ГУМа, «главного», ну или во всяком случае, самого центрального, магазина страны. В этом году темой выбрали Дымковскую игрушку: и, вникнув в историю вопроса, предложили яркое, ярчайшее решение – тема, впрочем, тому прямо способствует.
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Вторая ось
Бюро Земля восстановило биологическую структуру лесного загородного участка и спроектировало для него пешеходный маршрут. Подняв «мост» на высоту пяти метров, архитекторы добились нового способа восприятия леса. А в центре расположили домик-кокон.
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Подлесок нового капрома
Сообщение по письмам читателей: столовую Дома Пионеров превратили в этакий ресторанчик. Казалось бы, какая мелочь. Обратимая, скорее всего. Но она показывает: капром жив. Не остался в девяностых, а дает новую, модную, молодую поросль.
Правда без кавычек
Редакционный корпус комбината «Правда» отреставрируют, приспособив под дизайн-отель. К началу работ издательство «Кучково поле Музеон» выпустило книгу «Дом Правды. На первой полосе архитектуры» об истории знакового здания и его создателе Пантелеймоне Голосове.
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Коридор лиминальности
Роман Бердник спроектировал для Смоленского кладбища в Санкт-Петербурге входную группу, которая помогает посетителю настроиться на взаимодействие с пространством памяти и печали. Работа готовилась для кирпичного конкурса, но материал служит отсылкой и к жизнеописанию святой Ксении Петербургской, похороненной здесь же.
Полки с квартирами
При разработке проекта многоквартирного дома на озере Лиси под Тбилиси Architects of Invention вдохновлялись теоретической работой студии SITE и офортом Александра Бродского и Ильи Уткина.
Б – Бенуа
В петербургском Манеже открылась выставка «Все Бенуа – всё Бенуа», которая рассказывает о феномене художественной династии и ее тесной связи с Петербургом. Два основных раздела – зал-лабиринт Александра Бенуа и анфиладу с энциклопедической «Азбукой» архитектор Сергей Падалко дополнил версальской лестницей, хрустальным кабинетом и «криптой». Кураторы же собрали невероятную коллекцию предметов – от египетского саркофага и «Острова мертвых» Бёклина до дипфейка Вацлава Нижинского и «звездного» сарая бюро Меганом.
Вопрос дефиниции
Приглашенным редактором журнала Domus в 2026 станет Ма Яньсун, основатель ведущего китайского бюро MAD. 10 номеров под его руководством будут посвящены поиску нового, релевантного для 2020-х определения для понятия «архитектура».
Образы Италии
Архитектурная мастерская Головин & Шретер подготовила проект реконструкции Инкерманского завода марочных вин. Композиция решена по подобию средневековой итальянской площади, где башня дегустационного зала – это кампанила, производственно-складской комплекс – базилика, а винодельческо-экскурсионный центр – палаццо.