07.06.2003

Бумажные дома Шигеру Бана

  • Архитектура
  • Объект

информация:

Шигеру Бан - самый яркий архитектор своего поколения в Японии. В 1997 году Японский институт архитекторов признал его лучшим молодым зодчим страны. Сейчас Бану 45 лет, он является автором множества временных и перманентных сооружений.

В проектах Шигеру Бана часто используются альтернативные строительные материалы: бумага, бамбук, полиэтилен, пластик и фанера. Среди его осуществленных проектов - дома на одну семью, художественные галереи, выставочные павильоны, музеи, многоквартирные комплексы, фабрика, церковь и железнодорожный вокзал. Множество оригинальных и, главное, жизненно необходимых конструкций, разработанных Баном, позволяют быстро возвести дешевые жилища для пострадавших от стихийных бедствий в Африке, Индии, Турции и Японии.

Мастера волнуют самые разные аспекты архитектуры, он увлечен новыми идеями, с ним всегда есть о чем поговорить. Тем не менее я решил предоставить Шигеру Бану самостоятельно выбрать тему интервью.

"Интересно, какие вопросы вам задают чаще всего?" "Меня всегда спрашивают об одном и том же: как долго могут простоять мои бумажные дома и не протекают ли они", - ответил архитектор.

Бумага издавна занимает важное место в японской культуре. Традиционное японское жилище разграничено бумажными ширмами - шоджи, а искусство складывания бумаги - оригами - знакомо каждому с детства. Однако использование бумаги в строительстве домов - ноу-хау Шигеру Бана. В самом начале карьеры он заинтересовался этим дешевым и, на первый взгляд, непрочным материалом. В 1985 году для создания экспозиции в токийской Axis Gallery Бан воспользовался прозрачной тканью для возведения перегородок. У него осталось множество картонных труб, в которых обычно хранится и транспортируется ткань в рулонах. Через год в той же галерее он оформлял выставку работ прославленного Алвара Аалто. Финский зодчий, известный своей приверженностью к дереву, щедро использует его при создании теплых и уютных интерьеров. Но оформлять экспозицию натуральным деревом было бы слишком дорого, тогда-то Бан и вспомнил про картонные трубы. Он отправился на бумажную фабрику и выяснил, что можно изготовить трубы любого диаметра и длины. Так в экспозиции появился материал, имитирующий дерево, который архитектор с тех пор постоянно применяет в своих проектах.

В 1995 году японский город Кобэ пережил одно из самых разрушительных землетрясений в истории. В числе полностью уничтоженных зданий оказалась и католическая церковь. Бан незамедлительно предложил помощь в ее восстановлении, найдя необходимые материалы, волонтеров для строительства, а также средства для реализации проекта. Удивительная по красоте церковь была построена зодчим и его помощниками всего за пять недель. Внутреннее пространство прозрачного призматического объема формирует эллиптическая колоннада из близко поставленных картонных труб, над которыми парит элегантный мембранный купол.

Здесь же, в разрушенном Кобэ, Бан спроектировал целый квартал временных бумажных домиков на одну семью. Фундамент - ящики из-под пива, наполненные песком, стены - картонные трубы с врезанными окнами и дверью, крыша - пластиковый полупрозрачный тент. Все вместе - идеальное временное жилище для оставшихся без крова людей.

Убедительно продемонстрировав возможности бумажных конструкций (в том числе на примере собственного дома, построенного в токийском пригороде в 1990 году), архитектор получил большой заказ от Организации Объединенных Наций на производство бумажных палаток для беженцев, число которых в наше время измеряется десятками тысяч.

Наиболее известный проект Бана - павильон Японии на всемирной выставке ЭКСПО-2000 в Ганновере. Эта волнообразная сетчатая конструкция высотой 16 м, напоминающая туннель, целиком сплетена из картонных трубок, соединенных бумажными жгутами, стальными тросами и другими креплениями. Элегантное бумажное "плетение", покрытое водонепроницаемой мембраной, обеспечило почти 2 тыс. кв. м выставочного пространства без единой колонны и стало одним из символов выставки.

С чего началось увлечение архитектурой? Бан рассказывает, что в детстве он мечтал стать плотником и любил наблюдать за ходом работ на строительных площадках. Мать Бана - модельер, привившая ему любовь к проектированию красивых, воздушных конструкций. В школьные годы Шигеру прочел статью в журнале "A+U" ("Архитектура и урбанизм"), посвященную знаменитой группе архитекторов New York Five. Трое из этой пятерки - Джон Хейдук, Питер Айзенман и Ричард Майер - преподавали в то время в нью-йоркской архитектурной школе "Купер Юнион". Именно туда и отправился учиться Шигеру Бан. В 1984 году он закончил "Купер Юнион" и, вернувшись на родину, открыл офис в Токио. Первым проектом стала дизайнерская студия для матери, где сейчас располагается его мастерская.

Вы стали первым архитектором, использовавшим бумагу в качестве структурного материала?

Шигеру Бан: - Великий американский инженер Бакминстер Фуллер применил бумажные трубки при создании знаменитых геодезических куполов. Но до меня никто не строил перманентные здания из бумаги.

Так сколько же способен прослужить бумажный дом?

Ш. Б.: - Вечно. Не в материале дело.

Вы имеете в виду, что устаревшие элементы можно заменить, а жизнь здания будет продолжаться до тех пор, пока в нем есть потребность?

Ш. Б.: - Конечно. Точно так же происходит с любыми другими зданиями - деревянными, бетонными или стальными.

Бумажные дома не боятся дождя, пожара или холода?

Ш. Б.: - Важен не материал - любое здание, независимо от того, из чего оно сделано, должно быть защищено от непогоды и пожаров. Какая же разница, из чего строить? Бумага, которую я использую, пропитана специальными защитными средствами. В подобные же картонные трубы заливают жидкий бетон при строительстве монолитных цилиндрических колонн, так что это проверенный материал. Никто не спорит, что дерево прочнее бумаги, а сталь прочнее дерева. Но в разных случаях мы предпочитаем один материал другому. Бумага же имеет массу достоинств - ее легко производить, перевозить, обрабатывать, резать. Наконец, она очень дешевая.

Проекты Бана отличаются оригинальной и предельно рациональной организацией пространства. Его экспериментальные дома на одну семью напоминают лабиринты.

"Дом-занавеска" (Curtain Wall House), построенный в 1995 году в Токио, трансформируется с помощью гибкой и остроумной системы перегородок - стеклянных и матерчатых. Интерьер то открывается, то закрывается, реагируя на изменения погоды и настроение хозяина. Еще одна находка Бана - "Дом девяти квадратов", представляющий собой одноэтажный объем со встроенными шкафами и всего с двумя стенами. Внутреннее пространство поделено на девять равных квадратов прозрачными и полупрозрачными перегородками, с помощью которых жилище легко трансформируется в многокомнатный дом, каждый раз выглядящий по-разному. Один квадрат - ванная, другой - кухня, третий - спальня. Когда все перегородки разъезжаются и выстраиваются по периметру, "Дом девяти квадратов" превращается в одну большую квадратную комнату. Конечно же, такая постройка рассчитана на определенный уклад жизни.

Очень необычен проект "Голого дома" (Naked House), построенного в 2000 году в токийском пригороде. Наружные стены, завернутые в плотный полиэтилен, придают зданию сходство с парником. Внутреннее пространство - просторный лофт, где лишь кухня и санузлы стационарны, хотя и они изолированы легкими занавесками. Проект больше напоминает игру "в дом" - вдоль и поперек перемещаются не перегородки, а комнаты! Квадратные объемы площадью 6 м2, приподнятые на платформы и установленные на колесики, выполняют роль спален, у которых есть только две стены. Спальные помещения легко выстраиваются в ряд, разъезжаются в разные углы и даже выезжают за пределы дома, где их можно использовать в качестве беседок. В здании все условно. Сегодня вы решили заснуть в приватной части дома, а завтра, возможно, вам захочется подремать у окна, так подвиньте к нему свою спальню! Надо ли упоминать, что вся мебель в этом доме, как и во многих других постройках Бана, прочная и легкая, ведь она сделана из бумаги.

Помимо создания малых форм мастер участвует и в крупномасштабных проектах, в частности, в конкурсе на восстановление нью-йоркского WTC. Проект "Всемирный культурный центр" международной группы архитекторов под названием THINK, в состав которой входил Бан, стал одним из двух финалистов самого громкого профессионального соревнования в истории.

Кому принадлежала идея организовать команду THINK?

Ш. Б.: - Ко мне обратился Фрэд Шварц. Мы с ним познакомились, когда я, будучи студентом, подрабатывал макетчиком в нью-йоркском офисе Роберта Вентури. Спустя столько лет мы опять встретились, и Фрэд предложил мне войти в команду, которую возглавил Рафаэль Виньоли.

Вашей первоначальной реакцией на трагедию 11 сентября был рисунок маленькой бумажной церкви. Почему?

Ш. Б.: - Да, вот та церквушка (Бан достает блокнот и показывает рисунок, сделанный 16 сентября 2001 года). Для меня это очень большая трагедия. Я учился в Нью-Йорке и теперь каждый месяц приезжаю сюда по делам. Уже через несколько дней после трагедии я посетил Ground Zero и увидел целое море цветов, а также множество фотографий пропавших, которые люди оставляли на заборе церкви Св. Павла, через дорогу от места трагедии. Мне захотелось создать скромный мемориал, куда все скорбящие могли бы прийти и почтить память погибших.

Вам принадлежит идея возвести две плетеные металлоконструкции, напоминающие о разрушенных башнях-близнецах?

Ш. Б.: - Это коллективная работа, и не важно, чье предложение оказалось первым. Я с самого начала был против подобного конкурса, но когда меня пригласили, не стал отказываться. Вот рисунок, который я привез на первое обсуждение нашего проекта (показывает компьютерную зарисовку).

Башни представляют собой полые металлоконструкции?

Ш. Б.: - Нет, в них находятся офисы. В процессе работы над проектом башни превратились в полые, символические металлоконструкции, с концертными залами, музеем и смотровой площадкой, которые расположены на разных этажах.

Либескинд выступает против возвращения к геометрии, напоминающей WTC. Он считает подобное решение проявлением ностальгии и обращением к прошлому, а не к будущему.

Ш. Б.: - Я не думаю, что это ностальгия, скорее, символ возрождения. Как много людей помнят "близнецов"! Наши башни вернули бы мощный образ, знакомый миллионам.

Как вы относитесь к проекту Либескинда?

Ш. Б.: - Он мне нравится. Я был уверен, что проект победит.

Расскажите о вашем участии в проекте девелопера Генри Брауна, реализующемся в городке Сагапонак на Лонг-Айленде. Он строит целый квартал из 36 односемейных домов, многие из которых спроектированы звездами современной архитектуры. По соседству с созданным вами зданием вырастут дома по проектам Ричарда Майера, Питера Айзенмана, Филиппа Джонсона и Захи Хадид.

Ш. Б.: - Мне очень интересно, что получится в итоге. В Сагапонаке архитекторов отстранили от участия в строительстве, поэтому я решил спроектировать так называемый мебельный дом. Все стены, внешние и внутренние, целиком состоят из изготовленных на фабрике мебельных секций из многослойной фанеры, на которые посажена плоская кровля. Подобный дом может быть собран только одним способом, причем даже неквалифицированными рабочими. Таким образом, удастся незримо контролировать результат строительства.

Бан построил несколько подобных домов в Японии и Китае, рассудив, что не стоит расходовать жилую площадь на плоские стены. Ведь вместительные шкафы, используемые в качестве гардероба, кладовок или книжных полок, одновременно могут выполнять функции структурной части дома.

Что в архитектуре для вас самое главное?

Ш. Б.: - Реакция людей. Я счастлив, когда мне удается встретиться с будущими жильцами спроектированных мною домов. Потому не люблю работать над многоквартирными комплексами, ибо не знаю, кто будет в них жить. Иногда я посещаю музеи или железнодорожный вокзал, созданные по моим проектам, и, спрятавшись за одну из бумажных колонн, наблюдаю за поведением посетителей. Получаю от этого большое удовольствие.

Какой проект вы мечтаете создать?

Ш. Б.: - Когда-то я мечтал построить мост и теперь проектирую пешеходный мост в Португалии. Будучи студентом, хотел возвести павильон для EXPO, в 2002 году моя мечта сбылась. Жаждал работать с Фрайем Отто (выдающимся немецким инженером, который спроектировал крытый Олимпийский стадион в Мюнхене, построенный в 1972 году. - В.Б.). Когда я узнал, что буду возводить павильон Японии в Германии, то попытался найти Отто. Он с большим энтузиазмом откликнулся на мое предложение и на первое же обсуждение принес картонные трубки.

Так вы осуществили все свои мечты?

Ш. Б.: - Сейчас работаю над очень крупным проектом городского центра в Китае. Об этом я даже и не мечтал, ведь он в десять раз больше WTC в Нью-Йорке.

Вы часто общаетесь с заказчиками и коллегами, читаете лекции, даете интервью. Какой из адресованных вам вопросов запомнился больше всего?

Ш. Б.: - Однажды после лекции в Бейруте студент спросил меня: "Как вы можете работать одновременно и для богатых, и для бедных?"

И что же вы ответили?

Ш. Б.: - Я сказал, что улыбка на лице благодарного за мою работу человека одинакова, независимо от того, богат он или беден.

В начале июня Шигеру Бан посетил Москву, чтобы определить победителя конкурса в номинации "Архитектура" и присудить Премию инновационного дизайна D.I.A. Именно Бан, по мнению организаторов мероприятия, сегодня олицетворяет новаторство в своей профессиональной среде. Его понимание инновационности относится не к сфере идей, а, скорее, к сфере структуры и материалов, которые используются для реализации замысла. Как считает Бан, оригинального решения недостаточно, нужно найти новый, лучший способ воплощения. Из десяти достойных проектов-финалистов он выбрал "Программу "Постпроект" Сергея Малахова и Евгении Репиной из Самары. Программа, по словам авторов, базируется на "выявлении ценности анонимных объектов, заброшенных сооружений и спонтанных жилищ и придании им нового значения". В отличие от обычного процесса проектирования, основой "постпроекта" являются уже существующий дом и сложившийся образ жизни. Возможно, именно нетрадиционный подход, а также острая социальная направленность идеи определили выбор Бана.
«Дом-занавеска». Итабаши, Токио. 1995 г. © Hiroyuki Hirai
«Дом-занавеска». Итабаши, Токио. 1995 г. © Hiroyuki Hirai
Проект дома на одну семью. Сагапонак, Лонг-Айленг, Нью-Йорк. Завершение строительства - 2004 г. © Shigeru Ban Architects
Проект дома на одну семью. Сагапонак, Лонг-Айленг, Нью-Йорк. Завершение строительства - 2004 г. © Shigeru Ban Architects
«Бумажный дом». Нагата, Кобе. 1995 г. © Hiroyuki Hirai
«Бумажный дом». Нагата, Кобе. 1995 г. © Hiroyuki Hirai
«Голый дом». Каваго, Саитама. 2000 г. © Hiroyuki Hirai
«Голый дом». Каваго, Саитама. 2000 г. © Hiroyuki Hirai
Мемориал на месте WTC, Нью-Йорк. 2002 г. Скетч: Shigeru Ban. © Shigeru Ban Architects
Мемориал на месте WTC, Нью-Йорк. 2002 г. Скетч: Shigeru Ban. © Shigeru Ban Architects
Комментарии
comments powered by HyperComments