19.08.2006

Прочие проекты Либескинда и перестройка Александерплац. 19-е письмо о современной архитектуре Берлина

  • Архитектура
  • Объект
Проект застройки Потсдамер Плац. Даниэль Либескинд Проект застройки Потсдамер Плац. Даниэль Либескинд

информация:

Увы, обычай плохо — да что говорить, иногда и вовсе не — платить сотрудникам весьма распространён среди архитекторов. Просто было бы всё свести к недоброй памяти Ле Корбюзье, считавшему, что у такого гения как он сотрудники должны кормиться лучами его славы. В чём-то он был прав — недостатка в желающих у него не было.
Но и задерживались у него ненадолго, ровно настолько, чтобы получилась почётная запись в биографии.
Впрочем не думаю, что Корбюзье сам изобрёл такое. Ведь ремесленники и до сих пор платят мастеру за обучение.

Немудрено, что на выставке в Еврейском музее были представлены не все работы Либескинда (Libeskind) — их ведь так много!
Много же их оттого, что вплоть до самой постройки этого музея он работал в жанре архитектурной визионерной графики. Согласитесь, что нарисовать нечто в роде его проекта застройки Потсдамер Плац (Potsdamer Platz) несколько проще чем рассчитать подобный массив.
Мне известны его градостроительные проекты для района Лертерского вокзала (Lehrter Bahnhof) и для Александерплац (Alexanderplatz, о ней ниже); Общинный же дом, как ни странно, нигде особенно не публиковался. Надо будет сходить посмотреть.

Кстати, и после своего перехода в архитектурную касту Либескинд позволял себе оригинальные выходки. Так, он, ничуть не смущаясь, представил на конкурс памятника жертвам Холокоста — отливку своих пустот из Еврейского музея! И это при том, что сам же утверждал, что его проекты-де нетранспортабельны, будучи придуманы для одной определенной точки, они невозможны и за метр отойдя от неё.
Для сравнения - проект Дани Каравана (Dani Karavan), предложившего засадить площадь желтыми цветами.

К Александерплац.
Похоже, это наиболее часто перепланировавшаяся площадь Берлина.
Начиналась она как предвратный рынок старого Берлина (ещё времен двойного города Берлин—Кёльн (Berlin—Cölln)). На ней стояли Королевские врата, через них въезжали в город после коронации в Кенигсберге, по Королевской (Königsstraße, ныне Ратушной, Rathausstraße) улице направляясь к старому собору и дворцу.
Рынок со временем превратился в скопище магазинов (статуя Беролины перед универмагом Тица (Tietz)), ворота же — в игольное ушко. По крайней мере, они воспринимались как таковое. Бесспорно, однако, что движение по площади было редкостно хаотично.

Стремясь его упорядочить, градостроители (братья Лукхарты и Анкер; Hans Luckhardt, Wassili Luckhardt, Alfons Anker) воспользовались претурбациями междувластия Веймарской республики и строительством метро в 1927-м (линии Север-Юг (“U8”) и на восток (“U5”)). Франкфуртская улица (Große Frankfurter Straße) была пробита до Ландсбергской (Landsberger Straße), прилегающие участки скуплены — застройка даже успела начаться!
Памятником довоенным планам до сих пор стоят два дома Беренса, по ним вполне можно судить об ожидавшемся характере остальной застройки (включая и развитую подземную часть).

Послевоенные градостроители показали себя достойными продолжателями дел отцов своих (а зачастую — и своих собственных), и к 1960-м годам в округе не осталось почти не одной улицы, не поменявшей свое течение — если только её не ликвидировали вовсе.
При этом не следует повторять здешних строй-идеологов, для которых нынешняя площадь — отражение безликой сущности ГДР.

Напротив — перемена планировочного лейтмотива с веерно-радиального на решётчатый воспринималась тогда по всему миру как поворот к истинно демократическим формам; немало городов плакались, что не в силах отказаться от постылой центростремительной схемы застройки.
Действительно, следует признать, что Александрплац сейчас подогнан под великанский размер целого демоса. Меньшие единицы на ней теряются.
А это уже не хорошо, ведь площадь-то — пешеходная зона!

После объединения же, опасаясь, что город хаотично переполнен будет небоскребами, решено было создать для них некие “вольеры”, разгрузочные центры.
В данном случае обоснование было следующее: ГДР-овские постройки, конечно, плохи, народ из них сбежит как только сможет, а кем жильцов заменить? Упадок неминуем, и чтоб этого не произошло, нужно срочно населить площадь конторскими зданиями, взять массой и силой загнать в рай.

Не учли, что:
• съёмщиков на конторы нет и не предвидится,
• даже когда они появляются, интереса работать в искуственно созданных сумрачных пеналах они не спешат проявить,
• зато привязанность старых — да и новых — жильцов к обильно озеленённым кварталам в самом центре города удивительно велика, и бежать из них они не намереваются.

Законодательно закреплённый конкурсный проект Колхоффа и Тиммерманн (Hans Kohlhoff, Helga Timmermann) предполагал снос почти всей существующей площади, с оставлением только “Дома учителя” (“Haus des Lehrers”), парных домов Беренса и станции метро Гренандера (Alfred Grenander).
Улицы должны были быть заужены (что правильно), а небоскребы — следовать нью-йоркской схеме зонирования годов 1930-х, когда периметральная застройка дозволялась лишь до определенной высоты, а для собственно небоскребного тулова нужно было отступать вглубь участка.
Подозреваю, что далее периметральных блоков проект не выберется.
И не то, чтобы я слишком горевал по пластинам панельных многоэтажек. Конечно, должно восстановить обращение с прилегающими кварталами. Вопрос лишь — как?

Поведение конкурсантов в 1993-м можно охарактеризовать как “захватническое”. Впрочем, оно было типично для первых объединенческих лет: сейчас мы вам, ГДР-овцы, покажем, как ложку в руках держать. Огульное непризнание ценности всего, что произошло без западного влияния, стремление воплотить идеологемы в чистом виде…
Оттого-то первой реализации и пришлось ждать доброе десятилетие, и намечается она на участке, ранее не застроенном.

Так называемый “банан”(Banane) — серповидная полоса между линией электрички и Александерштрассе (Alexanderstraße). Некогда здесь располагались бастионы городовой стены.
Потругальский инвестор “Sonae“ с архитекторами “Ортнер и Ортнер”(Ortner und Ortner Baukunst) предполагают построить там торговый центр, с аркадами и галереями.
Объемы его вполне отвечают генплану.
Посмотрим, удастся ли их воплотить.

О Чобане же позвольте мне рассказать вам в следующий раз.

Мемориал жертвам Холокоста. Конкусный проект. Даниэль ЛибескиндМемориал жертвам Холокоста. Конкусный проект. Даниэль Либескинд
Мемориал жертвам Холокоста. Конкусный проект. Дани КараванМемориал жертвам Холокоста. Конкусный проект. Дани Караван
Статуя Беролины перед универмагом ТицаСтатуя Беролины перед универмагом Тица
Александерплац. Hans Luckhardt, Wassili Luckhardt, Alfons AnkerАлександерплац. Hans Luckhardt, Wassili Luckhardt, Alfons Anker
Александерплац. Дом БеренсаАлександерплац. Дом Беренса
Александерплац. 1960-еАлександерплац. 1960-е
Александерплац. Проект. Hans Kohlhoff, Helga TimmermannАлександерплац. Проект. Hans Kohlhoff, Helga Timmermann
BananeBanane
Комментарии
comments powered by HyperComments