13.08.2006

Расширение Цейхгауза. 13-е письмо о современной архитектуре Берлина

  • Архитектура
  • Объект

информация:

  • где:
    Германия. Берлин

Расширение Цейхгауза (Ио Мин Пей, продолжение); сдержанность Берлинских фасадов; новые площади по довоенным планам?

• “Пришло время что-нибудь дополнить (если есть что) к комментарию о пристройке Пея к Арсеналу. Это здание уже открыто. Мне оно зрительно меньше понравилось, чем изображение на плакате. Не говоря о том, что с Унтер ден Линден его вообще никак не видно. Хорошо это или плохо — как посмотреть.”

Начнём с того, что здание это и не могло “выглядеть” с Унтер ден Линден — это же охранная зона, строительство там возможно только “по старым образцам”(пример того мы видим напротив Цейхгауза —“воссоздаваемый” дом коменданта города как столичная контора издательства Бертельсман (Kommandantenhaus, Hauptstadtrepräsentanz Bertelsmann-Verlag)). То есть Пей (Ieoh Ming Pei) вытянул максимум возможного из чуть ли не единственно доступного для застройки участка — сделал из хотя бы чуть-чуть видимого угла своеобразную витрину. Другое дело, что эта витрина функционально довольно бессмысленна. Часть её — лестница, часть — фонарик, вниз же она не спускается, и первый этаж — просто скамейка! Даже вход расположен не в ней (что было бы объяснимо, ведь он предполагал бы карусельную дверь), а по соседству. О странном расклёшении я, кажется, уже писал.

• “Где это, Старая Госбиблиотека?”

Рядом с Гумбольдтом (Humboldt-Universität), серое такое здание. В нём и сейчас часть Госбиблиотеки находится. Архитектор Эрнст фон Ине (Ernst von Ihne), любимец Вильгельма II-го.

• “Так, у меня возник вопрос “о сдержанности Берлинских фасадов”… Читал у Эренбурга…, у Шкловского…”

Глубоко же вы забираете! Когда переписка наша именуется “Новый Берлин”, а вопрос ваш — о сдержанности фасадов — у меня и в мыслях не возникало, что исходник ваш — Эренбург.
Повторюсь, тут дело не в сдержанности, а зачастую просто в неумении пространственно мыслить. И здания, которые вам хотелось бы “украсить” плохи зачастую не отсутствием декора (отсутствие декора — тоже декор), а его несоответствием назначению здания — дом “молчит”, тогда как окружение требует от него “высказывания”.

Однако вы неправы в противопоставлении “деконструктивизма”—“конструктивизму”. Здесь вас, верно, ввело в заблуждение название. “Противником” деконструктивистов является постмодернизм, на самой первой выставке деконструктивистской архитектуры отдельный зал посвящён был — Мельникову! “Де” в названии означает лишь “разборку” цельного организма здания на части-элементы, и показ, таким образом, не монументального целого дома-блока, а мелких его составляющих, каждое из которых вполне может быть законченной “вещью в себе”. А чем иным занимались архитекторы-деконструктивисты?

• “А как Вы отнеслись к идее (и выполнению) застроек площадей по довоенным планам (и Паризер плац, и Ляйпцигер плац)?. Неужели зажатые вплотную Бранденбургские ворота от этого — выиграли?”

Отчего бы и нет? Вы помните мою методу оценки исторической ценности чего-либо. Формы этих площадей были для Берлина весьма своеобразны, и как формальный же ансамбль — неповторимы. Как вы знаете, круглую площадь Мерингплац (Mehringplatz) после войны начал воссоздавать мой любимый Шарун (Hans Scharoun)…
Но вы видите, что я подчёркиваю слово “формы”, не касаясь собственно зданий. Потребности воссоздавать периметральную застройку (причём такой высоты как на Ляйпцигер пл.(Leipziger Platz)!) я не вижу никакой, напротив, предшествовавшая застройка должна была, если бы её должным образом изучили, показать необходимость создания как минимум должного количества проходных дворов…

Что же до Бранденбургских ворот (Brandenburger Tor)— они строились и градостроительно работали как “вход в город”, как разъём в стене домов. Это же не Московские ворота — те изначально были свободно стоящими пропилеями. Так что я — за обстройку всего, что по стилю и духу того требует. Обособление памятников, чтобы их было видно со всех сторон, как на подносе — не всегда соответствует. Сколько готических соборов так пытались “спасти” от “безобразного окружения”, да и не только их — вспомните тот же Самарканд. По сносе лачуг и пристроек раз за разом оказывалось, что без них собор/ мечеть/ пропилеи — не те!

• “Унтер ден Линден является одним из трёх лучей “Гусиной лапы”, выходящих из одной точки (окна кабинета короля). Два других луча не сохранились.” Это я прочитал в одном из выпусков, посвящённых дворцу.”

Прошу прощения, но это — враньё туристское чистой воды. Трелучие есть в Риме, Питере, Версале, в Карлсруэ лучей за дюжину. В Берлине их нет! Была попытка (у той же Мерингплац), но и она осталась на бумаге.
За что я, простите, не люблю путеводители — так это за страсть к привиранию. То у них Берлин —“северная Венеция”, то любая деревня —“Париж востока”, то ещё что.

Комментарии
comments powered by HyperComments