12.08.2006

"Связка федерации” и Федеральная Канцелярия, их предшественники; символический недострой. 12-е письмо об архитектуре Берлина

  • Архитектура
  • Объект
Вилла канцлера разрушает пропорции парадного двора. Вилла канцлера разрушает пропорции парадного двора.

информация:

  • где:
    Германия. Берлин

Переходим к описанию Федеральной Канцелярии (Bundeskanzleramt). Интересно, что подобный точный перевод названия избегается — не только вами. “Ведомство Канцлера”… велеречиво.
Язык сломишь.
И отвлекает от ассоциации с Имперской Канцелярией (Reichskanzlei). А о ней разговор должен вестись, и, если я не забуду в пылу аргументации, будет вестись. Но тогда прошу мне напомнить.

Начнём и здесь с общегородского масштаба. Здание канцелярии — часть так называемой “Связки федерации”(Bundesspange), призванной соединять восточный и западные сектора Берлина, дважды проходя над рекой. Автор её Аксель Шультес (Axel Schultes), и это весьма необычно — именно тот архитектор, что построил и здание канцелярии, победив, таким образом, в конкурсах двух уровней — градостроительном и архитектурном.

Расположением основного властного органа в ряду других звеньев цепи градостроитель, как мне кажется, хотел подчеркнуть “обыденность”, “рядовость” и самого понятия “канцлер”. Сейчас он — один в ряду, а мог бы стоять напротив Рейхстага (Reichstag), как противовес парламенту… Впрочем, эта идея, если и поднималась, то отчётливо не формулировалась — еще с Боннских времён в Германии было сильно стремление архитектурно подчеркнуть главенство парламента а не министерств и ведомств (о переменах будет ниже). Напротив Рейхстага же планировалась новостройка верхней палаты парламента, Бундесрата (Bundesrat).
Какие еще ведомства и учреждения предлагалось расположить в указанной “связке”? В основном — конторы депутатов, а между ними и собственно канцелярией — так называемый “Гражданский Форум”(Bürgerforum). С него-то всё и пошло наперекосяк…

Но здесь уместно прерваться и устроить исторический экскурс.

Как известно, Рейхстаг был построен вне городских стен. Кайзер его терпеть не мог. Министерства же располагались в черте старого города, зачастую — в совершенно неприспособленных помещениях; и если собственно Прусские министерства всё же могли иногда похвастаться именно для них построенным зданием, то общеимперские как раз ютились по углам.

Соответственно, уже во времена Веймарской республики были поползновения это состояние дел исправить (до этого — просто по времени не успели, война началась, завершение отделки Рейхстага и нанесение посвятительной надписи на фронтоне — чуть ли не 1915 год). Предполагалась создать в районе Королевской площади напротив Рейхстага (Königsplatz, ныне площадь Республики, Platz der Republik) эдакий центр общенациональных учреждений, а на южном крае Тиргартена (Tiergarten), на Кемперплац (Kemperplatz), где заканчивалась Аллея побед (Siegesallee, начинавшаяся Колонной победы — Siegessäule — на самой площади)— центр Прусских учреждений. Одновременно можно было бы решить и вопрос недостатка места в самом Рейхстаге (в основном — для библиотеки), и размещения новосозданного поста президента страны.
Предложений тогда было много, одних конкурсов — около 3-х, а сколько внеконкурсных было подано предложений — не счесть. Общий их знаменатель был в расположении федеральных зданий к северу от нынешней “Связки”, и дворца президента — по оси Рейхстага, но в отдалении, где-то за дворцом Белльвю (Bellevue). Предполагалось также перепроложить Шпрею (Spree) по всем правилам барочного искусства, чтобы текла она по прямой, а затем — по полуциркулю; на переходах от формы к форме располагались бы бассейны.

Затем дни республики закончились, и к власти пришёл Гитлер. Его планы не ограничивались созданием “Большого зала”(Große Halle des Volkes) как раз на месте так и не построенного “Гражданского форума” (если быть более точным, то на этом месте был бы аванплац, парадный вход в зал и лестница, под которой протекала бы Шпрея; кварталы же нынешней канцелярии и блока депутатских бюро заняли бы фланкирующие здания, за которыми должны были бы быть специальные бассейны, в которых гигантский купол “Большого зала” отражался бы как в зеркале. Похожая схема предлагалась позднее и архитекторами ГДР для постройки высотного дома на месте снесённого Городского дворца (Stadtschloß)). Напротив самого Рейхстага должна была вырасти — Имперская канцелярия!
Зачем, можете вы спросить, ведь была уже одна, свежепостроенная, на Фосс-штрассе (VoßstraЯe)?— та рассматривалась как “временная”, недостойная грядущей Великогермании. Подкова гитлеровского дворца, таким образом, замыкала бы площадь; главный корпус — по оси Рейхстага, а ножки этого П?— правильно, одна из ножек как раз была бы одним из упомянутых выше “фланговых зданий”. То есть пространственно — постройка нынешней канцелярии — прямая наследница прежней!

После войны, конечно, на этом месте был пустырь, постепенно заросший. В конце 1980-х, однако, место оживилось, когда по проекту Альдо Росси именно в этом квартале должно было быть построено здание исторического музея (Deutsches Historisches Museum, Aldo Rossi). Музей — исторический, и Росси — неоклассик, так что в оформлении фасадов он использовал опрощённые колонны. Можете себе представить, какая буря поднялась тогда в прессе; архитектору припомнили всё, и разве что не обвинили в неофашизме на основании того, что классицизм использовался и в гитлеровской Германии (интересно, что в финале конкурса на построение новой канцелярии вышел наравне с построенным проектом и другой — с изобилием колоннад. История повторилась). Затем же произошло объединение и исторический мизей объединился с ГДР-овским в Цейхгаузе (Zeughaus, Ieoh Ming Pei).

Итак, переходим к 1990-м.

Не будем слишком долго останавливаться на конкурсах застройки, подаривших нам “скобу”, или “связку”. Важно, что она по моим критериям подходит под понятие “формализма”.
Тема объединения трактована в виде большой фигуры, буквально соединяющей части города.
Первоклассничество.
Буквальность.
Другое дело, что иные были либо хуже, либо не трактовали эту тему вообще. И очень важно, что такая формальная трактовка обязательно требует исполнения своих “начальных условий” для того, чтобы иметь возможность функционировать.

Напомню, что “связка” должна была начинаться на западе виллой канцлера и его собственным садиком, затем переходить через реку, где следовала канцелярия, “гражданский форум”, конторы депутатов, ещё один переход через реку, парламентская библиотека, старое имперское министерское (кажется) здание, ещё конторы, ещё переход над рекой, и, наконец, завершение на станции Фридрихштрассе (Friedrichstraße).
Каждый элемент имел не только "техническое", но и символическое значение.

Скажем, станция Фридрихштрассе вошла в историю знаменитым КПП (Tränenpalast), и включение её в федеральную связку сразу же задавало тему объединения страны; все парламентские конторы, объединённые в одном массиве, подчеркивали это же, а их частичное расположение по обе стороны бывшей Берлинской стены позволяло бы “западникам” пребывать на востоке и наоборот (другое дело, сколь длинны были бы их ежедневные ходки!); включение кайзеровского министерского здания в “скобу” придало бы конструкции дополнительный эффект преемственности; затем, на оси бывшей Аллеи побед, располагался бы “гражданский форум”, где простые граждане должны были бы каким-то неопределённым образом встречаться и обмениваться мнениями с политиками (т.е., приземленно говоря, дом Политпросвета); а лишь затем — федеральная канцелярия, объединённая с виллой на другом берегу.
Все эти здания должны были бы открыто стоять по красным линиям тротуаров, без каких-либо охранных палисадов…

В градостроительной схеме “связки” был уже задан масштаб зданий. И масштаб был нешуточный. Тем самым можно сказать, что характер объемов постройки, как канцелярии, так и контор депутатов, был задан уже тогда. Характер этот — гребёнка, то есть при общей продольной ориентированности, рабочие помещения идут поперёк; несмотря на большую глубину постройки, рабочие комнаты удаётся обеспечить естественным светом.
Точно так же была задана и структура канцелярии — представительские помещения в центре, конторы по бокам.

Пока, как видите, я ни словом не обмолвился об архитектуре самого здания.
Переходим к ней, но для этого придётся начать перечислять ошибки и недочёты.
Что мы имеем?

“Скоба” не завершена.
Ни на востоке, ни на западе.
“Гражданский форум” не построен, и вряд ли когда-либо будет построен, так как абсолютно неизвестно, зачем его возводить.
Таким образом “идеология” градостроительной формы уходит в песок.

Перед канцелярией образуется площадь и здания, хоть они и не на одной оси, начинают противостоять друг другу. Это усугубляется тем, что Коль (Helmut Kohl) требовал увеличения центрального объема, и как раз желал создать нечто массивное, “противовесящее” парламенту.
Вилла канцлера превратилась в пару дополнительных этажей на крыше центрального блока, что в свою очередь разрушило пропорции парадного двора. Впрочем, его озеленённые пилоны, очевидно унесённые из Бразилиа Нимейера и Косты, и так несколько несообразны. Сейчас в них вместо нарисованных когда-то кипарисов — какие-то кусты.

Зоны безопасности не дают подойти прямо к стене канцелярии — хотя это прямо предусматривалось проектом и именно из-за этого стены первыех этажей — совершенно глухие. Теперь перед ними паркуются автомобили охраны, занимая половину запроектированной и даже построенной аллеи.
Другие глухие стены выходят на непостроенный форум, производя впечатление недостроя. Чем, собственно, и являются.

Сам парадный двор был бы неплох, если бы перед ним, как и задумывалось в проекте, были бы амфитеатры форума. С них было бы видно происходящее у подъезда. А так не видно ничего — даже автомобили гостей подъезжают во двор через проезд в боковом корпусе — не в заборе!

Внутренности своими глазами я не видел. Что очевидно, однако, и из фотографий — формализм продолжается и там. Чего только стоят лестницы в виде концентрических кругов — барокко, да и только, по ним можно лишь шествовать церемониальным шагом, а не идти в обществе равных.
Формализм и на фасаде — эти странновидные проемы в продольных стенах… На разных версиях проекта они были треугольными, круглыми, овоидными — и ни разу не влекли за собой перемен во внутреннем расположении!
Я ничего не имею против таких “чистых” форм — но они должны быть оправданны.

Возьмём ещё два примера с похожими кругами — в Госбиблиотеке Шаруна (Staatsbibliothek Preussischer Kulturbesitz, Hans Scharoun) и в Музее музыкальных инструментов Вишневского (Musikinstrumentenmuseum, Edgar Wisniewski).
У Шаруна подобный круговой вырез вработан в опоры лестницы, и центр его расположен немного сдвинуто относительно уровня глаз проходящего мимо посетителя; сдвинут же он вверх, так что глаз невольно устремляется туда же, ввысь, к дальнейшим читальным залам — чего и требуется, посетитель безо всяких подсказок знает, куда ему идти.
У Вишневского же (ученика Шаруна), по эскизам мастера завершавшего ансамбль Филармонии (Philharmonie), этот мотив уже выродился, и используется только чтобы показать родственность с остальными зданиями — у него он использован в опоре наружной лестницы, ведущей на галерею и в подвал, и смещен вниз. Глаз устремляется — но куда?— в темноту подвального служебного входа, где посетителя никто не ждёт.
Один и тот же мотив, но две большие разницы.

А чему служат круги (или овоиды) в фасадах зданий “скобы”? Ведут они кого-либо куда-либо? А если они не выполняют ни малейшей функции — к чему они?
Как вы видите, канцелярией я недоволен.

«Связка федерации»«Связка федерации»
Федеральная канцелярия. Озеленённые пилоны.Федеральная канцелярия. Озеленённые пилоны.
Комментарии
comments powered by HyperComments