08.08.2006

Памятники. 8-е письмо о современной архитектуре

  • Архитектура
  • Объект
Памятник сожженным книгам Памятник сожженным книгам

информация:

  • где:
    Германия. Берлин

Памятники: Победы в Ленинграде (продолжение), сожжённым книгам на Бебельплац, погибшим евреям — в Вене; скандинавские посольства и полпредство Баден-Вюртемберга; об имени “Беролина”

В рассказе о “Стамеске” вы несколько сместили акцент. Дело не только в том, чтобы привлекать внимание проходящих мимо, но и в том, чтобы делать это образом, подходящим к этим самим проходящим.
Смешно получилось…

То есть в “стамеске” очень важно то, что авторы не стали бороться против необоримого, и приняли как данность, что площадь Победы — автострадообразная, по ней все движутся под 60 км/ч. Для этих несущихся и необходима крупная форма. Если бы авторы, однако, остановились на этом масштабе, то к памятнику нельзя ни в коем случае устраивать подхода, а рассматривать его можно было разрешить только издали. Если же решено было совместить памятник с выставочным залом, то посетитель оказывался в самой непосредственной близости от монумента, и смена масштаба стала насущно необходимой.

В неучёте этого фактора, как мне кажется, сильнейший минус Мамаева кургана (сужу по фотографиям). Следовало бы сделать невозможным близкий подход к венчающей фигуре, так как решить проблему разномасштабности — человека и подобной статуи — средствами круглой скульптуры, как мне кажется, невозможно. Стоять же перед мизинцем чьей-то левой ноги и видеть, что он выше тебя ростом — не способствует проникновенному восприятию памятника.
Комбинация геометрической формы и скульптуры для такого рода вопросов подходит лучше.
Что, однако, никоим образом не означает, что я требую обязательного использования такой комбинации везде и всюду.

Приведённый вами “памятник сожжённым книгам”, как мне кажется, вполне удачен. Он сомасштабен площади, на которой находится (Bebelplatz); его форма объяснима именно этой площадью и в каком-то другом месте он просто не смог бы находиться; то же, что его не видно как раз имеет сильнейшую смысловую нагрузку. Как мне кажется, его “потаённость” не случайна, а тоже задумывалась автором Мишей Ульманом (Micha Ullman).
Вспомните — вы, впервые прийдя на площадь, наверняка удивились, чего это в центре каменного пустыря стоит кучка людей и смотрит вниз. Идя к ним, вы, вероятно, прошли мимо металлической доски в земле, и прочли её содержание — если вы читаете по-немецки, конечно, но ведь и на большинстве обычных памятников посвятительные надписи только на местных языках. Затем вы подходите к стеклянному квадрату и видите — пустую библиотеку. Эффект узнавания удивительно сильный. То есть вам показывают результат сожжения книг. Всё цельно и к месту!

Если прийти к памятнику в сумерках, в рабочий день, то эффект ещё сильнее — кроме всего вышеупомянутого, вы привлекаетесь струящимся из-под земли светом. Вспомните как русское, так и немецкое клише о книге как светоча (знаний, или чего ещё), и образ получается удивительно полный — свет остался, но это и единственное, что у нас есть, источник — пуст.

В этом смысле мне отчаянно не нравится памятник погибшим евреям в Вене, напротив тамошнего Еврейского музея, на месте средневековой синагоги (работы Рэчел Вайтрид, Rachel Whiteread). Как говорится, найдите несколько отличий. А я тем временем перейду к следуюшему вопросу.

Что сказать о скандинавских посольствах (Nordische Botschaften, StьlerstraЯe/ RauchstraЯe/ KlingelhцferstraЯe)…
Неплохо. Но могло быть и лучше.

Идея объединения, особенно если денег немного, а строить надо — логична. И если это объединение подкреплено культурными и историческими связями — то тем более. Мотив ленты, овивающей все домики, вполне “в тему”. Но — тут и начинаются но.

В процессе работы над проектом утверждалось, что медная лента должна символизировать леса Скандинавии. Но зачем, спрашивается, вводить этот символ, если через дорогу — лес Тиргартена (Tiergarten)? Единственное, что, на мой взгляд, различает тиргартеновские деревья от тех же шведких или финских, это отсутствие среди них сосен. Тут-то, я думал, архитекторы и решили внести цветовой довесок, и представлял себе красно-медную перфорированную ленту, которая сначала добавит к видам нужных оттенков, а затем, постепенно и неравномерно окисляясь, придаст этой аллегории соснового леса вид зарастающих лишайниками стволов…
Эта комбинация природы, найденной на месте, и искусственных добавок мне сильно понравилась. Но это было, повторяю, ещё до постройки.

Построенный же результат оказался совершенно не таким. Медь взяли предоксидированную, однородно-зелёную; перфорированная лента стала весьма монолитной, и поворачивающиеся клапаны не этого впечатления не улучшают…

Общая геометрия тоже вряд ли обоснована. Скажем, попытка изменить описывающую улицу (KlingelhöferstraЯe) и ликвидировать скоростной малоуместный изгиб, которым её украсили дорогостроители 1960-х годов, не была предпринята. Реакции на застройку времен строительной выставки “IBA” (2 ряда виллоподобных домов, идущих по Раухштрассе (Rauchstraße) к бывшему датскому посольству) нет вообще.
Внутренние членения на отдельные домики образованы абсолютно произвольными косыми линиями, идущими из ниоткуда в никуда.

Во дворе бросается в глаза навес, и хочется думать, что это — указание на главный вход, на консульство или что-то в этом роде — но не тут то было! Вход в “общий дом”, где расположены консульства всех посольств и их культурные отделы — немного в стороне (а у консульств — и вообще за углом), навес к нему не ведёт. Зато он стоит в линию со въездом в подземный гараж, привлекая к нему всеобщее внимание.
Зачем?
Получается, что навес можно использовать только как вход в посольский двор — но какие мероприятия проводятся в этом дворе? Насколько мне извество, никаких, обычных посетителей сюда не пускают. Работники посольств приезжают на машинах — и прямым ходом в гараж; разве когда король какой-нибудь зайдёт…

Что вам сказать о полпредстве Бадена (Landesvertretung Baden-Wьrttemberg, TiergartenstraЯe 15)?
Коробка. Художественного значения не имеет. Вы видите, что мне даже пришлось помещать два снимка этого здания — иначе оно нечитабельно вообще!
Оба фото показывают вырез главного входа — единственную “архитектурную деталь”. Можно было бы счесть его попыткой отреагировать на изгиб Тиргартенштрассе в этом месте. Но против говорит общая коробкообразность здания. Иных достоинств за ним не замечено. Архитектор Дитрих Бангерт (Dietrich Bangert).

Что же до Беролины (Berolina), то это — латинизация слова Берлин, предпринятая в 19-м, по-моему, веке. Тогда любили представлять всё что только можно как римского вида богинь — оттого возникла Боруссия (Borussia), как латинизация Пруссии, и Беролина. На Александерплац (Alexanderplatz) была поставлена её скульптура, с раскрытыми обьятьями встречавшая приезжающих. 40 лет скульптуру эту переставляли из угла в угол площади, так как Александерплац в это время активно переустраивался, а в годы войны пустили на переплавку.
Единственный сохранившейся след этих претурбаций —“Хаус Беролина” Беренса (Haus Berolina, Peter Behrens), ныне заколоченный, ранее ратуша района Митте (Bezirksrathaus Mitte). Сейчас, правда, группа энтузиастов пытается собрать средства для восстановления самой скульптуры…

Памятник погибшим евреям. ВенаПамятник погибшим евреям. Вена
Комплекс скандинавских посольств. БерлинКомплекс скандинавских посольств. Берлин
Скандинавские посольства. Фрагмент фасадаСкандинавские посольства. Фрагмент фасада
Полпредство в БаденеПолпредство в Бадене
Комментарии
comments powered by HyperComments