04.04.2004

Пингвин прилетел. Александр Скокан, Валерий Каняшин. Офисное здание на 1-ой Брестской улице

информация:

Как только этот этот дом обозначился в каркасе, у него сразу стали плодиться клички. «Пингвин», «пузо», «парус». Одним нравится, других злит, но ясно, что зацепило.

Что же цепляет? Ход-то очень простой: ну, выгнулся у высокого дома фасад, что такого? Гнут стены нынче все, и гнут как угодно. Архитектура вообще весь ХХ век старательно уходила от параллелепипедности, а к концу века биоморфность, плавность и всякая такая текучесть стали просто главным трэндом. Тут же есть только шаг в эту сторону, но выглядит он почему-то весьма экстремально.

Возможно, просто потому, что так в Москве никто еще не делал. В горизонтальной плоскости здания выгибаются повсеместно, а у той же «Остоженки» дуга - это вообще фирменный прием. Консоли тоже популярны, но все-таки не в таком варианте. Короче, первый аналог, который приходит в голову, это отель Burj Al Arab в Дубаи - тот, что в виде паруса, и чьи интерьеры покрыты золотом 750-й пробы.

Но тот стоит в чистом поле, точнее - в чистом море. А наш дом - на крохотном пятачке среди плотной застройки. И вызывающе он смотрится именно потому, что нарушена негласная московская заповедь: не перекрывать перспективы. Всем известно, что в Москве, как и во всех древних городах, улицы ориентировались на колокольни. И хотя половина их снесена, а от «неповторимого городского ландшафта» мало что осталось, все равно принято традицию эту хранить. А тут, мало того, что фасад нагло вывалился в проем улицы, так еще и сделала это «Остоженка» - бюро, знаменитое именно тем, что строит аккуратно и нежно, возведя «средовой принцип» в культ.

Однако, если вынуть из головы догмы и всмотреться в 1-ую Брестскую, то станет ясно, что беречь тут нечего. Застройка абсолютно рядовая, а вид на площадь Маяковского давно и безнадежно перекрыт зданием Москомархитектуры. Улица вообще на редкость заунывная, и, двигаясь между Маяковкой и Белорусским, я лично всегда предпочитаю Брестскую 2-ую. Поэтому внести сюда свежую ноту - не только право, но даже и долг всякого честного зодчего.

Другой вопрос, что подобные проблемы никакими законами не регламентируются, оставаясь сферой вкуса, а на него полагаться опасно. Показалось кому-то, что гостиница «Москва» - так себе дом, бац - и нет ее. И не факт, что апеллируя к этому прецеденту, следующий застройщик не захочет вывалить такое же пузо где-нибудь поперек Мясницкой или Пятницкой.

В этом смысле здание интересно как метафора диалога заказчика и архитектора. Первый всегда ищет выжать из участка максимум. Но план участка строго ограничен, высотные параметры - тоже, куда ж двигаться-то? И тогда второй придумывает ход - туда, где регламенты пока не прописаны. «Красная линия» вроде как соблюдена: в верхней и в нижней точке кривая фасада сходится ровно к ней, а на сколько метров можно «нависать» - никто не знает. Но на всякий случай максимальный вылет консоли (5 метров) остановлен архитекторами ровно на линии тротуара.

Ограничения - стимул творчества, это известно. Но и агрессия застройщика им тоже может быть. Ведь вот почему советская архитектура 70-х - 80-х так скучна и однообразна? Да потому что никому ничего не надо было, строили столько, сколько Госплан скажет. Теперь всем всего надо, заказчик рвется ввысь и вширь, но архитектор может направить эту энергию в мирное русло.

А может и не направить, что видно на примере соседа - нового офисного здания по 1-ой Брестской, стоящего спиной к нашему. Кто построил эту коробку с прилепленными гранитными порталами и кошмарным углом, неизвестно. Но даже и эту жуть Каняшин со Скоканом сумели взять в оборот, сделав боковой фасад своего дома совершенно отличным от главного - с окошечками в такт соседу. То есть, и средовому принципу нашли таки место.

адрес: 1-ая Брестская ул., 29/22, стр. 1
архитекторы: Александр Скокан, Валерий Каняшин, Мария Дехтяр, Ксения Бердникова / АБ «Остоженка»
конструктор: Соломон Шац
подрядчик: «Ант Япы» / Турция
заказчик: «Капитал Груп»
Комментарии
comments powered by HyperComments