21.09.2010

Сила в единстве

информация:

  • где:
    Россия. Москва

О проблемах НОП, путях их решения, задачах, стоящих перед профессиональным сообществом говорит Андрей Боков, Президент Союза архитекторов России, генеральный директор института «Моспроект-4».

В Москве 15 сентября пройдет ежегодный съезд Национального объединения проекти-
ровщиков (НО П). В повестке дня – обсуждение задач НО П на ближайшее время и выборы пре-
зидента.

– С чем Национальное объединение проектировщиков идет к сентябрьскому съезду?

– До недавнего времени я не очень внимательно следил за тем, что происходит в НОП. Но судя по итогам его деятельности, ясно, что тех, кто причастен к этой деятельности, занимали не судьбы профессии, а борьба за контроль над объединением и его ресурсами. Этот конфликт подорвал авторитет Национального объединения и всей системы саморегулирования в сфере проектирования. Практически парализована деятельность НОП в наиболее ответственное время его становления.

– В чем, по-вашему, состоит сегодня главная задача НОП?

– Профессия находится в кризисном состоянии. Во-первых, нас очень мало: в России нас на душу населения меньше в 30–40 раз, чем в развитых странах. Во-вторых, наш рынок наделен огромным потенциалом и борьба за этот рынок ведется все с большим и большим ожесточением. В этой ситуации Национальное объединение проектировщиков, Союз архитекторов, Союз строителей, Союз проектировщиков являются теми структурами, которые должны выступить в защиту своей профессии,
своего рынка. И это должна быть защита от непрофессионалов, от попыток инвесторов и заказчиков
заставить нас работать за бесценок и от иностранных компаний, склонных видеть в нас аборигенов, не заслуживающих равноправного диалога.

– Как, по-вашему, можно защититься от непрофессионализма?

– Существуют успешные, проверенные многолетней практикой решения. Они опираются на два принципа – аттестацию физических лиц и страхование рисков. Об аттестации физических лиц говорится уже давно, и это единственный путь уйти от бесконтрольного появления огромного числа не обеспеченных кадрами проектных организаций. Количество специалистов у нас ограничено, количество
экспертов исчисляется единицами. Число проектных организаций несопоставимо велико с этими цифрами. В качестве примера приведу область реставрации памятников: дипломированных, опытных специалистов профессиональное сообщество знает в лицо, а лицензий на ведение этой деятельности в свое время было выдано на порядок больше. Действенный контроль может быть только со стороны профессионального сообщества. Профессионал должен иметь свою проектную историю, а эксперт должен и вовсе иметь свою печать, и они должны нести личную ответственность за то, что делают. Второй принцип – страхование. Созданные СРО компенсационные фонды все проектные и строительные риски не закроют, поэтому нужно создавать эффективную систему страхования. Без нее развитие нашей отрасли невозможно. СРО должны проявить волю и ответственность, чтобы выстроить систему, сопоставимую с той, что существует в современном мире, от Китая до Америки.

– В числе угроз профессии вы назвали дискриминацию российских проектировщиков. В чем она проявляется?

– Стало нормой объявлять конкурсы на значимые объекты с принципиальным отказом от приглашения туда российских специалистов. Результатом этого становится не только низкое качество конечного продукта, что мы имеем практически во всех подобных случаях, но и оскорбительное отношение к своим соотечественникам со стороны организаторов этих конкурсов. Отсюда возникает вопрос, если архитекторы так плохи, что тогда говорить о депутатах, управленцах, юристах и всех остальных. Давайте и их менять. Пригласим законотворцев, судей и т.д. из Швеции, которых не заподозришь в коррупции и недостатке соответствующей квалификации. Я не против присутствия иностранцев, я говорю о цивилизованном соперничестве и сотрудничестве с иностранными компаниями. О том сотрудничестве, которое исключалось в конкурсах на концепцию Олимпиады, проект «Охта-центра» и в других. Архитектура и проект есть нечто большее, чем продукт и товар – это фундаментальная часть нашей культуры, главной ценности нашего бытия, и защита этой ценности – дело совести каждого и, в первую очередь – того, кто объявляет конкурсы на проекты, определяющие лицо страны.

– Диктат заказчика в нашей стране очень силен. Как с ним бороться?

– Многочисленные тендеры, как на корпоративный так и на государственный заказ, в последнее время становятся недоступными для большинства профессиональных исполнителей из малого, среднего, а часто и крупного проектного бизнеса. Причиной – громадного размера залоги, выплаты более 80% стоимости проектных услуг после завершения работ и заключения экспертизы и т.д. Для кого приемлемы эти условия? Только для тех, кто уверен не столько в своих силах, сколько в поддержке своего участия. Напомню также, что прохождение экспертизы – это функция заказчика. Сегодня она все чаще перекладывается на проектировщика. И без того невысокую стоимость проектирования позволяют миними-налицо явная недооценка роли профессионализма и профессионалов. И подтверждением тому не
только мост в Волгограде.

– Существует мнение, что разработкой нормативной базы должны заняться СРО . Как вы к
нему относитесь?

– Действительно, нормативная база требует обновления. То, что мы имеем сегодня, противоречи-
во и отстало. При этом до сих пор непонятно, как должна выглядеть совокупность этих документов.
С тем, что разработкой нормативной базы должно заниматься профессиональное сообщество и прежде всего СРО, не могу согласиться. Это государственное дело, и должно делаться за бюджетные деньги. Во всем мире все это происходило и происходит именно так. Перепоручение этих функций означает отказ государства контролировать фундаментальные области, где его присутствие должно быть ясно  обозначено. Хотя, безусловно, эта работа должна вестись с участием профессионалов. Другое дело – стандарты профессиональной деятельности, расценки на проектные работы, эталоны всех документов, на основании которых ведется проектная деятельность. Этим как раз должно заниматься НОП. Сегодня прообразом этих стандартов могут быть стандарты Международного союза архитекторов (МСА), вобравшие в себя все то, что может квалифицироваться как услуги проектировщиков. Сегодня чиновнику, инвестору невыгодно квалифицировать проектировщика, он предпочитает рисковать безопасностью и здоровьем людей в целях получения большей прибыли. Это поддерживается существующей системой контроля за стройками и экспертизой, не несущей ответственности за конечный проектный продукт. Изменить это – задача НОП.

– Срок полномочий действующего президента НО П еще не истек. С чем связаны новые
выборы?

В первую очередь, с изменением законодательства и новыми поправками в Градкодекс. С другой стороны, этот повод поможет урегулировать конфликтную ситуацию в НОП. А она может быть разрешена путем выборов нового совета и нового президента, которые, наконец, займутся делом.

– Если съезд изберет на пост президента представителя архитектурного цеха, в чем будут его преимущества перед представителями других профессий?

– Главным условием саморегулирования является признание того неоспоримого факта, что, будучи разными, мы равны. Архитектор и проектировщик – понятия близкие, но не тождественные, но архитекторы, в силу специфики профессии, видят весь процесс: от начала до его завершения, видят всех специалистов, все структуры, в нем участвующие, и способны отстаивать интересы всех и, главное, нашего общего дела.
Комментарии
comments powered by HyperComments

другие тексты: