12.04.2010

В первую очередь

информация:

  • где:
    Россия. Москва
  • архитектор:
    Виктор Логвинов

Виктор Николаевич Логвинов, вице-президент Союза архитекторов России, президент московского Союза архитекторов, курирующий вопросы законотворчества, рассказывает редакции о первоочередных задачах и инициативах САР по изменению существующих законов, регулирующих архитектурную деятельность, и разработке новых законов и подзаконных актов, отражающих интересы архитектурного сообщества.

– Какими вопросами приходится заниматься в рамках законотворческой деятельности, которую вы курируете?

– Существует три важнейших блока законотворческой работы, которыми занимается Союз. Это законы, регулирующие архитектурную и градостроительную деятельность, технические регламенты, закон о творческих союзах, это смежные законы и их мониторинг, и это подзаконные, нормативные акты. Прежде всего, хотелось бы все-таки констатировать, что законодательный процесс очень долгий, требует огромного терпения, и быстрых его результатов ожидать нельзя. Обещать, что все то, что мы задумали, будет исполнено наверняка, никто не может. Можно только поделиться планами, в которые входит изменение существующих законов таким образом, чтобы они отражали интересы архитектурного сообщества.

– Кто вместе с вами занимается этой сложной и важной работой?

– Занимается достаточно большая группа людей, в центральном Правлении. Это я, как куратор направления, Леонид Николаевич Павлов, как ответственный за правовое регулирование в Союзе московских архитекторов, который тоже несколько десятилетий посвятил этой теме, координатор Правового центра САР, юрист Николай Александрович Хаванский, и куратор правового направления САР Сергей Викторович Гнедовский. По мере необходимости мы привлекаем и других специалистов.

– Решение каких задач Союз архитекторов России ставит в число первоочередных?

– По значимости самым главным для нас является Закон об архитектурной деятельности: внесение в него актуальных поправок и положений, которые бы соответствовали международному соглашению о стандартах профессионализма в архитектурной практике. Это соглашение было подписано в 1999 году на конгрессе Международного союза архитекторов в Пекине, и мы (САР) присоединились к нему. Там есть много важных и необходимых положений, которые в нашем законодательстве отсутствуют, хотя клеточка, в которую их можно вложить, существует. И этим нужно воспользоваться, для того, чтобы установить необходимость квалификационной аттестации, которая существует практически во всех развитых странах с рыночной экономикой, подчеркиваю это, и которая отсутствует у нас. Поэтому наш рынок не защищен от непрофессионализма, и это не только в архитектурной практике, это присуще всем отраслям. Менеджеры, которые ставят перед собой только одну задачу – выжимание любой ценой прибыли, оттеснили профессионалов. Это не только наша проблема, но мир как-то справился с ней, сделав целый ряд законов, которые регулируют профессиональную деятельность, защищают рынок от непрофессиональных услуг. Особенно это важно для представителей так называемых свободных профессий. Эти профессионалы и их организации (общества) в международной практике самостоятельно решают вопросы цены, качества и состава своих услуг. В этом отношении то, что у нас сделано с саморегулированием, настолько не соответствует всему мировому опыту, что мы, российские архитекторы, просто выпадаем из международного сотрудничества. То, что прописано в Градкодексе по отношению к саморегулированию, никак не совместимо с международным опытом и возможностью предоставления цивилизованных услуг западными архитекторами у нас и наоборот. Начиная с того, что в мировой практике не существует понятия «проектировщик». И нет в мировой практике понятия саморегулирования юридических лиц. Всегда субъектом профессионального саморегулирования было физическое лицо, специалист, имеющий достаточную квалификацию, опыт и знания для выполнения высокопрофессиональных услуг. Поэтому вторая задача – это все-таки попытаться найти возможность внедрения в жизнь принципов саморегулирования профессиональной деятельности не только через поправки в закон «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации», но и через соответствующие поправки в Градостроительный кодекс.

– Градостроительный кодекс с момента его принятия постоянно критикуется профессионалами. В чем суть этих претензий?

– К Градостроительному кодексу есть огромное количество профессиональных претензий, начиная с абсолютно безграмотного понятийного аппарата, в котором взяли и перепутали конструктивные и объемно-планировочные решения. Никогда в жизни конструктор не занимался объемно-планировочным решением. А архитектурные решения превратились в некое рисование фасадов: «отображение фасадов», так написано в законе! Вместо принятых в архитектуре слов «планы», «разрезы», «фасады», «чертежи» написано – «схемы» плана, разреза и фасада. А это уже не только непрофессионализм, это граничит с преступлением: нельзя, чтобы чертежи, которые даются для стройки, выдавались в виде схем. Вместо генеральных планов и планировочных работ в Градкодексе карты, и все планировщики стали в одночасье «картежниками». Все эти вещи просто вопиют и требуют внесения изменений. Здесь существует большое сопротивление тех, кто составлял и принимал этот Градостроительный кодекс, они воспринимают любые изменения как признание своей работы браком. Но нужно набраться терпения и работать, даже зная, что в ближайшие год-два эти изменения не будут приняты.

– Союз готовит список изменений в Градкодекс?

– Работа ведется. В Градкодекс есть еще масса предложений по корректировке самого порядка разработки градостроительной документации, по составу этой документации, по целям и задачам, по прохождению этих документов.

– Закон о творческих союзах в свое время так и не был принят. Каковы его перспективы?

– Это еще одна наша задача – возрождение на новых основах закона о творческих работниках и творческих союзах. Понимание необходимости такого закона иногда возникает во властных структурах. Обещание заняться этим законом звучит в Государственной Думе, и мы готовы участвовать в его создании и делиться тем опытом, который был накоплен в процессе создания первой редакции. Определенные перспективы здесь есть, так как количество назревших проблем в сфере культуры и в сфере творческой деятельности очень большое.

– Еще один камень преткновения – 94-ФЗ?

– Это такой же непрофессиональный закон, как и многие в нашей области. Комитет по культуре пытался внести в него живую струю и даже добился целой главы об особенностях проведения открытых конкурсов на создание произведений литературы и искусства. Но идеология самого закона – это идеология торгов. В законе черным по белому написано, что под конкурсом закон подразумевает торги. И здесь опять произошла подмена понятий. Публичные конкурсы, которые регулируются в совершенно другой главе (глава 57), были заменены на «торги, проводимые в форме аукционов и конкурсов». Ведь это же нонсенс, такого нет нигде в мире – создавать гимн, или герб, или оперный театр национального масштаба, или музей, или олимпийские сооружения на основе торгов между проектными организациями, где критерии – только цена и срок. Вот эта несовместимость идеологий торгов и традиционного творческого конкурса, где главным критерием является не цена и сроки выполнения, а качество предлагаемых проектных решений, побудила нас сделать проект отдельного закона – о публичных конкурсах на создание лучших произведений литературы и искусства. Таким образом, мы рассчитывам вывести архитектурные конкурсы из-под 94-го закона в область создания произведений искусства.

– В начале разговора вы упомянули смежные законы. Они могут как-то затрагивать интересы архитекторов?

– Существует еще масса законов, которые возникают неожиданно и могут нанести либо урон профессии, либо, наоборот, помочь решению наших проблем. Например, только что, по инициативе Президента, был принят так называемый закон «О социально ориентированных организациях». Он дает право местным властям, субъектам федерации давать значительные льготы тем организациям, которые будут отнесены к категории социально ориентированных. И мы, и комитет по культуре Госдумы считаем главной задачей, чтобы творческие союзы были признаны этими социально ориентированными организациями. Это будет абсолютно справедливо, так как творческий союз выполняет одновременно функции профессионального союза, функции поддержки образования, молодежи, своих ветеранов, культуры. Четыре основные функции творческого союза являются признаками социально ориентированных организаций. Когда мы обнаруживаем такого рода законы, мы стараемся либо усилить то, что для нас в них важно, либо, наоборот, нейтрализовать то, что наносит вред. Таких законов достаточно много, они могут возникнуть абсолютно в разных областях, и нужно постоянно отслеживать появление новых и быстро реагировать в зависимости от их содержания.

– Третьим блоком вопросов вы назвали нормативные акты. Как обстоят дела с ними?

– Практически, вся нынешняя база нормативная проектирования, СНиПы и ГОСТы, с выпуском технических регламентов должна приказать долго жить. И здесь есть очень большая опасность: с одной стороны, мы можем получить полную свободу без возможности контролировать качество продукции, которую мы выдаем, а с другой, есть опасность оказаться чрезвычайно жестко зарегулированными, что ограничит свободу развития. В то же время мы понимаем, что нельзя взять и отменить все СНиПы. Многие из них не хуже нормативной базы западных стран, они обеспечивают лучшую защиту интересов потребителя. Хотя есть и такие, как пожарные СНиПы, требующие избыточных, очень дорогостоящих и неэффективных средств. Они душат всякую инициативу и не дают возможности делать экономически оправданные проекты. Нормативная база очень широка, очень сложна и находится сейчас в самом плачевном состоянии. Градостроительный кодекс выпущен уже 6 лет назад, а нормативной базы – как делать документы территориального планирования – как не было, так и нет, что порождает гигантское количество халтуры. Потому что никто не знает ни как сделать некоторые документы, ни как их оценивать. Нормативная база одновременно подсказывала проектировщику, как сделать лучше, и давала инструмент для тех, кто оценивал, экспертировал, принимал решение. Сейчас этого инструмента нет, и оценить, в полном ли объеме сделана работа, и то ли это, что требуется заказчику, практически невозможно. Вот это тоже наша забота и, может быть, наша самая большая головная боль.

– Что именно Союз архитекторов России делает в этом направлении?

– Мы предлагаем (государству) свои услуги по составлению этих нормативных актов. Опыт и понимание у нас есть. Мы cделали «Порядок определения стоимости проектных работ». Мы утвердили его на конференции Союза московских архитекторов, предложив для распространения в России, утвердили его на Правлении САР, разослали по всем организациям и издали книжку, которая так и называется «Порядок определения стоимости профессиональных услуг архитекторов и инженеров». Нашими (с участием Союза архитекторов России) ведущими СРО были самостоятельно сделаны все акты по саморегулированию и предложены для ассоциации наших саморегулируемых организаций. Они легли в основу образцовых нормативных актов, которые были в дальнейшем предложены уже Ростехнадзором для новых саморегулируемых организаций. Мы, наконец, работаем в Экспертных Советах Госдумы и Минрегионразвития, в которых проблемы нормативной базы и ее совершенствования обсуждаются регулярно.
Комментарии
comments powered by HyperComments

другие тексты: