01.03.2010

Давайте работать!

Владилен Дмитриевич Красильников, председатель совета по архитектуре Союза архитекторов России Владилен Дмитриевич Красильников, председатель совета по архитектуре Союза архитекторов России

информация:

  • где:
    Россия. Москва

В августе 2009 года в Союзе архитекторов России был образован совет по архитектуре. Его председателем избран академик архитектуры, первый вице-президент Международной академии архитектуры в Москве, народный архитектор Российской Федерации Владилен Дмитриевич Красильников. В своем интервью он рассказывает о совете и тех задачах, которые с его помощью будет решать руководство Союза архитекторов России.

– Скажите несколько слов о себе: как давно вы в Союзе архитекторов России, чем занимаетесь в профессии?

– В Союзе архитекторов меня знают, потому что я ему отдал 25 лет – еще до Перестройки был секретарем Союза. А в профессиональном плане я театральный архитектор, потому что, начиная с 1956 года и до настоящего времени, проектирую театральные и зрелищные здания. Другие здания тоже делаю: проектировал весь этот комплекс (на Космодамианской набережной в Москве), где мы сейчас находимся: и офисные здания, и гостиницу, и Дом музыки. Свою первую работу я сделал под руководством моего учителя Мовчана Геннадия Яковлевича – театр в Махачкале, потом театр в Туле делал, из московских объектов наиболее известные – детский музыкальный театр, цирк на Цветном бульваре, центр Мейерхольда, Дом музыки. Сейчас в Ярославле проектируем театральный зрелищный центр, где в сентябре этого года должно пройти праздничное мероприятие, посвященное 1000-летнему юбилею города.

– Когда вы возглавили совет по архитектуре САР?

– С августа 2009-го, с того момента, когда совет был создан по решению нового руководства Союза архитекторов. Меня пригласил его возглавить Андрей Владимирович (Боков). Дело непростое - наш совет, как и другие советы САР работает на общественных началах: за свой счет и за счет личного времени.

– Кто входит в состав совета и есть ли представители из регионов?

– Большинство членов совета – москвичи, но есть и коллеги из Нижнего Новгорода, Санкт-Петербурга и Краснодара. В какой-то степени это усложняет нашу работу – вопрос в том, что нужно собираться на заседания.

– Каким вы видите сегодняшнее состояние российской архитектуры? Оно как-то определяет те цели, которые руководство Союза архитекторов России намерено проводить через деятельность совета?

– Состояние не самое хорошее, по многим причинам. Главное – у архитекторов нет возможности высказываться, выразить себя в творчестве. Мы все находимся в тисках ситуации. Если раньше мы ругали заказчика государственного, то теперь не меньшее давление оказывает заказчик частный. Он говорит: я плачу деньги – и хочу так-то. Архитекторам все время приходится компромисс искать. Значит, и архитектура сама по себе компромиссная. Поэтому создается какой-то средний фон. А давайте посмотрим, что на Западе? Если отбросить 10% качественных зданий, которые делают мастера, остальное – серая застройка. Ее единственное преимущество перед нашей массовой застройкой – это качество строительства. Отдельные прекрасные здания появляются и у нас, мы видим их у нас на фестивале («Зодчество»), но это единицы. А в целом фон – очень нейтральный. И потом, даже на фестивалях, а я много раз бывал в жюри и знаю ситуацию, волей-неволей мы усредняем. Любой конкурс, любой смотр – выбирается не самое яркое. Теперь молодой архитектор открывает журнал с проектом, получившим первую премию, и думает: «и я буду делать так же». И еще много ездят на Запад, смотрят, что построено. А все, что построено – вчерашний день. Смотреть надо то, что на столах, а вот этого никто непоказывает. Поэтому наша главная цель – укрепить авторитет Союза, дать возможность архитекторам делать то, что они могут, раскованно делать, чтобы уйти от этой усредненности. Я знаю, что Андрей Владимирович Боков понимает это как опытный архитектор.

– Что сейчас происходит на рынке, как, по-вашему, состояние экономики сказывается на архитектуре?

– Сейчас многие сидят без работы. И если сегодня ко мне придут заказчики и скажут, что хотят построить так, я не буду им говорить, что вижу это по-другому: у меня сидит целая мастерская, мне надо зарплату платить. Так что сейчас не до творчества.

– У нас в стране по-прежнему не решена проблема обеспечения населения доступным жильем. В чем вы видите проблему – архитекторы не хотят его проектировать или дело в другом?

– Проблемы жилищного строительства упираются в градостроительные проблемы. У нас очень слабое градостроительство. Во многих городах нет главных архитекторов городов, в некоторых областях нет главных архитекторов областей. Нет генеральных планов. С ужасом вспоминаю 1989 год, я тогда работал заместителем главного архитектора Москвы. К нам пришел мэр Гавриил Попов и сказал, что генеральный план вообще не нужен: у нас рынок, он все отрегулирует. И сейчас слышу из уст  высокопоставленных людей, что решить проблему можно малоэтажным строительством, что у нас большая страна, земли много, давайте строить. Это кажется, что дом малоэтажный дешевый. А все остальное – коммуникации, дороги, надо к нему подвести. Об этом почему-то не думают. Жилищное строительство и градостроительство – очень завязанные вещи. Это непочатый край работы.

– Что уже удалось сделать в рамках задач, которые стоят перед советом по архитектуре?

– Мы провели первое выездное мероприятие в Санкт-Петербурге, посвященное состоянию проектирования и строительства Мариинского театра. Целью заседания было рассмотреть, как обстоят дела с Мариинкой, и проинформировать об этом архитектурную общественность в российском Союзе и питерском. Нам очень помог в организации встречи главный архитектор города Юрий Митюрев и мой заместитель в совете Михаил Мамошин, активный человек, блестящий архитектор: очень много строит в Питере. У нас в стране такая специфика – местным архитекторам часто бывает неудобно выступать с критикой того, что делают власти. А когда приезжают посторонние, в данном случае мы, то мы более свободны. Авторы проекта предоставили нам проект – мы дали оценку, составили протокол. Он есть в Союзе архитекторов.

– Какой вы нашли сегодняшнюю ситуацию с реконструкцией Мариинского театра?

– Ситуация там катастрофическая. Новое, строящееся здание театра размещено крайне неудобно, вестибюль находится на красной линии, отсутствуют подъезды и автомобильная стоянка. И главное – это фасады. Осуществляющая проектирование компания Diamond & Schmitt Architects предлагает фасады, не поддерживающие никакой связи с существующим зданием «старой» Мариинки.

– Какие еще «горячие» темы в российской архитектуре обсуждал совет?

– Такое же мероприятие, как в Питере, мы провели в Москве по Большому театру. Там тоже ситуация непростая, мы разобрались, составили соответствующий протокол и разослали его в СМИ, чтобы обозначить позицию Союза по этому вопросу. Была реакция на этот протокол – статья в «Независимой газете» Григория Заславского. Следующее мероприятие мы собираемся провести по спортивным сооружениям. Мой заместитель в совете Дмитрий Буш сейчас занимается организацией выездных заседаний в Казани по универсиаде 2013 года и по Олимпиаде в Сочи. Планируем организовать выставки проектов, хотя это будет не просто. Думаю, особенно в Казани будут большие препятствия – местные власти не хотят показывать, что делается, нигде ничего не публикуется. Кто видел краем глаза, говорят – уровень архитектуры очень низкий. То же в Сочи – показывать проекты не стремятся, их делают случайные фирмы, случайные люди. Архитектурные достижения вряд ли будут. На месте нам оказывают поддержку региональные организации Союза архитекторов. С их помощью сделаем выставки проектов, организуем круглые столы – нужно понять, что там происходит.

– Помимо отдельных «проблемных» объектов, какими еще вопросами занимается Совет?

– Сейчас вместе с академией архитектуры и строительных наук готовим большой круглый стол по состоянию нормативов. Это очень важная проблема, потому что советская система разрушилась: нормы устарели, институты, которые их разрабатывали, развалились. Сейчас происходит непонятный процесс: некоторые старые нормы пролонгировали, некоторые начали корректировать, при этом ведутся разговоры, даже на уровне руководства страны, о том, чтобы внедрить западные стандарты. Мы понимаем, что это невозможно, надо разрабатывать свои. И делать это нужно в рамках Академии архитектуры и строительных наук, потому что там сосредоточены не только выдающиеся архитекторы, но и выдающиеся ученые. И финансировать это государство должно, и документы должны быть государственные. В том, чтобы существовали какие-то правила, заинтересованы все, в том числе и строительные компании – они тоже страдают. К примеру, мы концертный зал разрабатывали по одним нормам, а сейчас вышли другие, и как будет приемка зданий идти – неизвестно. Собираемся устроить всероссийскую выставку храмовой архитектуры. В Питере я обсуждал это с настоятелем храма при Академии художеств, он кандидат архитектуры, архитектор. Мы хотим увидеть, что же строится в стране. Есть планы организовать выставку в Москве в конце этого года. Мы уже разослали письма во все региональные отделения Союза архитекторов. В творческом отношении храмовая архитектура во всем мире, во все века была одним из предметов архитектурного творчества. Все новые идеи обкатывались именно на храмах. У нас это не удается, по крайней мере, мне кажется так. Я сам не занимаюсь храмовой архитектурой. Но смотрю, что делают люди. В основном все вполне традиционно. Прорывы есть, но какие-то единицы. А все остальное напоминает конец XIX–начало XX века.

- Когда и какой ждете отдачи от работы Совета?

– Перед советом стоит много самых разных задач – их диктуют сегодняшние проблемы в строительстве высотных зданий, массового жилья, все это мы собираемся обсуждать в ближайшие год-два. Об эффективности пока говорить трудно. Совет только создан, надо работать и смотреть, что будет получаться.
Комментарии
comments powered by HyperComments

другие тексты: