15.01.2010

МУАР Давида Саркисяна и его завещание

Д.А.Саркисян вместе с Л.И.Ивановой-Веэн и А.П.Кудрявцевым, 2003 Д.А.Саркисян вместе с Л.И.Ивановой-Веэн и А.П.Кудрявцевым, 2003

информация:

В последние дни было сказано и написано множество замечательных слов о Давиде Саркисяне, так не вовремя ушедшем от нас! Воспоминания Г.Ревзина, Ю.Аввакумова, Р.Рахматуллина и других пронизаны искренними чувствами и блестяще раскрывают разнообразную яркую деятельность этого незаурядного человека

Я тоже не могу удержаться и не высказать свои ощущения от личности, оставившей след в отечественном культурном наследии первого десятилетия XXI века.
Во времена моего студенчества, в конце 1960-х годов, музей архитектуры (ГНИМА) был важным центром в постижении архитектурной профессии. Тогда это было два места: Донской монастырь, где располагались фонды и экспозиции по русской архитектуре, и дом Талызина на Воздвиженке с экспозицией по современной советской архитектуре. Еще раньше это было два архитектурных музея: в 1934 году был создан Музей Академии архитектуры в Донском, а позже, в 1945 году, Музей русской архитектуры, чьим созданием с 1943 года занимался крупнейший зодчий, академик А.В.Щусев. Следует отметить, что первоначально музей создавался Щусевым в стенах Московского архитектурного института, а потом переехал в дом Талызина. В 1964 году оба музея были объединены и получили свое полное современное название: Государственный научно-исследовательский музей архитектуры им.Щусева (ГНИМА, с 2002г. – МУАР).
В дальнейшем, в 1970–80 годах  Музей архитектуры сохранялся и расширялся, и в этом, в частности, заслуга еще одного директора музея, выпускника Московского архитектурного института В.И.Балдина, с которым мне посчастливилось общаться.
В конце 1980-х годов мне пришлось более тесно сотрудничать с Музеем архитектуры, так как в тот период начал создавался Музей МАРХИ. Для Музея архитектуры тогда настали тяжелые времена в связи с уплотнением и переездом из Донского монастыря, политической ситуацией в стране и прочим. Не осуществилось и желание отреставрировать здания на Воздвиженке, из-за чего была утрачена постоянная экспозиция.
В 2000-м году начался новый этап в истории Музея архитектуры, связанный с приходом Давида Саркисяна. Он не ставил целью отреставрировать помещения музея или восстановить постоянную экспозицию, однако он сделал чудо – музей стал посещаем, и не только любителями старины, но и людьми разных профессий, притягивал молодежь. Спустя короткое время оказалось, что музей стал выполнять функцию галереи современного искусства, в нем проводилось множество выставок различного характера. Одни выставки проводились в палатах аптекарского приказа, другие в анфиладе 2-го этажа, третьи в корпусе под названием «Руины» (где раньше находился НИИТАГ).
Мне запомнилась грандиозная выставка, посвященная так называемой Балдинской коллекции немецкой графики XV–XIX веков, включая работы Дюрера. При подготовке к ней Давид Саркисян не только был автором экспозиции, но проявил свои таланты и навыки кинорежиссера, создав фильм о хранителе этой коллекции, и отдав дань уважения и памяти бывшему директору музея В.И.Балдину. 
Иногда Музей архитектуры принимал участие в создании выставок в МАРХИ, предоставляя экспонаты из своих фондов. Например, в 2003 году в Белом зале МАРХИ состоялась юбилейная выставка трех наших ведущих педагогов, известных архитекторов И.С.Николаева, А.С.Фисенко и С.Е.Чернышева (здесь публикуется фото с открытия этой выставки).
Была еще выставка, которая объединяла наш музей и МУАР. Одна из выпускниц ВХУТЕМАСа Лидия Комарова дожила до своего 100-летия. Давид привез ее в МУАР в день рождения на кресле, испек огромный торт с изображением ее проекта, в помещениях была организована ее выставка. Так трепетно он заботился о пожилом поколении.
О выставках можно говорить много, но для меня была ценна его поддержка как борца за сохранение памятников Москвы. В августе 2008  радио «Культура» пригласило меня на передачу, посвященную судьбе Дома Казакова в Златоустинском переулке. У Саркисяна в прямом эфире по телефону взяли интервью, и он поддержал мою идею сохранить дом для создания в нем обособленного Музея московской архитектурной школы и перевести туда нашу коллекцию.
За годы общения с архитекторами человек, который никогда прежде архитектурой не занимался, стал настоящим профессионалом в этой области. Его жажда познания была необыкновенной. Вспоминаю, не так давно Давид Саркисян выступал в передаче «Школа злословия». В программе он так говорил о проблемах сохранения памятников, как еще не всякий профессиональный архитектор смог бы это сделать…

Несколько лет назад, кажется, в 2003 году, Давид пригласил меня к себе, как он сказал, поговорить. Тогда он и сообщил мне, что неизлечимо болен, что с поста директора со временем придется уходить и надо подумать, в чьи руки передать музей. Когда он предложил мне занять его место, слова прозвучали как гром среди ясного неба. Это было так почетно и так неожиданно, что поначалу я растерялась, но решение приняла сразу: «Спасибо, но я не могу оставить свое детище – Музей истории московской архитектурной школы». Саркисян улыбнулся, и мы эту тему больше не обсуждали, хотя с этой идеей он обращался также к руководству МАРХИ. А в последние годы Давид видел в качестве своего преемника профессора МАРХИ, кандидата архитектуры Наталью Душкину, так как она действительно сможет взять на себя эту ответственную роль, и как специалист в области истории архитектуры, борец за сохранение архитектурного наследия, и как добросовестный, порядочный и ответственный человек. Сегодня кандидатура Натальи Душкиной рассматривается общественностью как завещание Давида Саркисяна, так как с ее знаниями и кругозором она сможет не только сохранить нововведения Саркисяна, но и использовать историческую базу, заложенную А.В. Щусевым и В.И. Балдиным – основоположниками Музея архитектуры.

Кандидат архитектуры, заслуженный работник культуры РФ, член ICOM,
директор Музея истории московской архитектурной школы при МАРХИ
Лариса Иванова-Веэн.      

Комментарии
comments powered by HyperComments

статьи на эту тему: