17.12.2009

«Разговор с Уборевичем – Боровским»

информация:

  • где:
    Россия. Москва
  • архитектор:
    Борис Уборевич-Боровский
  • мастерская:
    ub.design

«Разговор с Уборевичем – Боровским» жанр не из легких: герой не усидчив, постоянно вскакивает, ходит или вовсе куда-то спешит. Некогда ему. Чтобы взять интервью, журналисту приходиться искать его на репетициях концертов, выставках (чужих и собственных), в офисе - там он может давать по несколько интервью сразу, иногда под шум колес приходиться записывать ответы в машине.

Пресса любит Уборевича, особенно профессиональная,  ведь он  эксперт по многим вопросам.

1.о мальчишеской мечте
Многое в моей биографии наивно.  Как и с той  мальчишеской мечтой, выраженной фразой «Надо заниматься созиданием!»  Созидание лучше всего мне  виделось в архитектуре. Архитектор, он ведь создает образы, не просто написанные  маслом на холсте. При воспоминании об Иктине и Калликрате, оставшиеся волосы дыбом встают!   Как эти двое через 400-500 лет смогли передать свое образное мышление миллиардам людей!  Миллиардам!!! Или Барма и Постник! Придумали «Покрова на рву» - храмовый комплекс, и второго такого нет больше нигде в мире.  Пропорции, градостроительная ситуация, все фантастически гениально и чисто.  Храм «Спас на  Крови» – лишь жалкая пародия.

2. о возрасте
Почему я такой неспокойный?  Не знаю. Если раз в пять лет собирается институтский курс, всех обзваниваю я. Когда собирается класс,  организацией занимаюсь опять я. Все и говорят: «Ну,  Боря! ты же из нас самый активный!»
Довольно трудно жить  без какого-то «движняка», даже  в выходные ни за что не могу сидеть у телевизора  или  на диване лежать. Жалко времени! Как исполнилось 50, включился реальный счетчик: « Ага! Вот уже полгода прошло,  дальше  что у нас?»
Мой отец умер в 72 года. Предположим, как Оскар Нимейер, я проживу до ста,  но это вряд ли.   У того  наверняка и здоровье было, и экология, и все такое прочее. Ну, лет двадцать еще есть возможность продержаться.  Но дышат в спину, наступают на пятки. Смотрю: вот пошли  двадцатилетние, вот ходят тридцатилетние, вот еще бодрятся сорокалетние. А мне полтинник,  я  уже в запас начинаю двигаться.  Кто у нас в 50 лет зажигает? Да никто!

3.о профессии
Нарисовали мы летящий дом-парус.  Его выстроили прямо так, как было в эскизе. Легкость передалась в проект и реализовалась в железобетоне.  Но  в  принципе архитектура - дело мощное, усидчивое, Архитектор тогда архитектор, когда  он,  приклеенный  к стулу,  будет годами отрисовывать варианты,  кропотливо расчерчивая каждую деталь, каждый винтик, каждый шпунтик. Часто  именно за это ценят архитектора.  Мне этой усидчивости ужасно не хватает!

4..о жизни
Мои родители так настрадались, так насиделились  по  тюрьмам,  а жизнь такая короткая, поэтому я живу,  чтобы просто жить.  Кстати, фильм был такой хороший «Жить, чтобы жить» с Ивом Монтаном и Ани Жирардо.  
Боюсь «синдрома звездности». С актером Евстигнеевым за четыре года до кончины вышла неприятная история. Он перенес инфаркт, и попросил Ефремова только не вводить его в новые спектакли, а режиссер  порекомендовал ему пойти на пенсию. Возможно, сказал второпях,  не подумав, но гордый актер тут же уволился из МХАТа.  И  никто  его не стал удерживать.  Вот был  удар!
Мы часто раздуваемся, воображая, что вот - Мы! …Без нас!…Ничего быть не может!  и т.д. Я хочу перебороть в себе эту гордыню  и,  несмотря ни  на  что, держаться. Чего бы ты не достиг, будь готов  начать все сначала. Ведь,  несмотря на твой уровень,  никакого уровня ни для кого не существует! Мой багаж всегда при мне, мой стиль, мои объекты, мои интерьеры… 

5. о цеховом объединении
Я - председатель Московского Архитектурного Общества, МАО, и многие, даже его члены искренне задаются вопросом:  зачем нам МАО? Отвечаю: я  за  цеховое объединение. Лично мне недостаточно одной  деятельности Союза архитекторов.  Там  тысячи архитекторов, львиная доля из них пенсионеры, активных мало. Сейчас, например, пытаюсь раскрутить ситуацию в Доме архитекторов и создавать там рок-клуб. 
 
6. о любви и энергии.
Для меня существует понятие -  творческая энергия.  Она  накапливается в творческом человеке и потом миллионы людей ее считывают. Проезжаю  мимо дома Жолтовского на Смоленской.  Наверно как-то ночью Иван Владиславович  рисовал свой знаменитый балкончик.  В  карандаш он вложил энергетическую вспышку, интуитивно сознавая, что потом его  вспышка будет  считываться  миллионами  зрителей  этого спектакля.
Природа  вкладывает энергию в нас для продолжения рода.   Вспомним Гауди. В юности безвестный зодчий сделал предложение молодой учительнице, а та предпочла ему преуспевающего лесоторговца. Одинокий  Гауди всю жизнь потом доказывал той учительнице, что она совершила ошибку. В нем это чувство гипертрофировалось. Каталонец представлял себе: «вот пройдет она мимо этого дома, увидит, как гениально я его построил». И до старости наверно представлял, пока его трамвай не переехал. Думаю, даже когда плелся  по тому злосчастному трамвайному пути,  все равно прикидывал,  как она  удивиться его Саграде – Фамилиа!
Мы точно  также  все время что-то доказываем женщине.  Эта мощная энергия перетекает в чертеж, потом на стройку!  Уверен на 100% в первопричине всех наших подвигов! Даже больше скажу, я работал над проектом  дома «Парус» тогда  у меня болело сердце из-за неразделенной любви.  И если этого нет  -  архитектура лишена всякой  энергетики!

7. о путешествиях
Как любой  творческий человек страдаю от одиночества, поэтому при любом удобном случае стараюсь сколотить вокруг себя создать компанию,  а путешествие отличный для этого повод.  Мой брат меня называет «главным по отдыху».
Почему путешествия? Я архитектор,  и меня   интересует история культуры той или иной цивилизации, и, прежде всего ее строительный опыт. Но и каждый свой новый заказ воспринимаю как путешествие, как приключение, да просто как подарок судьбы.

8. о профессии и ответственности
Кто только не писал о том,  как  архитектура влияет на общество. Но  насколько  архитектор  правомочен  формировать среду? Вот еду  я  по Ленинскому или Кутузовскому проспектам, думаю, а ведь Власов,  Чечулин, Жолтовский, Веснины, всеми этими башнями и набережными рисовали мою жизнь.  Какое, в сущности,  они имели на  это  право?
Архитектор  должен обладать волей, вкусом, знанием, интеллектом. И к тому же огромной энергией и смелостью.  Я сам этого боюсь. Когда мы проектировали Ходынку, я на  клочке кальки нарисовал несколько   эскизов, а потом,  лет через пять, случайно увидел в google  карту Москвы, и там Ходынку, точно такую же, как и была на одном из рисунков.  Страшно! Я подумал: а если бы тогда у меня было другое настроение, то потом  из космоса были бы видны  какие-то  совсем  другие очертания? Дикая ответственность!

9. о команде
Странно, но я не человек постоянной команды. Команда, с которой я  работаю,  очень  «flexible»,  часто  меняется,  в ней  нет кого-то, кто со мной много лет.  В основном  в  бюро    молодежь, очень талантливая. Они чему-то учатся и двигаются дальше. А я  как дирижер!  Оберегаю ту команду, которая у меня есть на сегодняшний день, и в ней  остаюсь   авторитетом.

10. о друге
То, что вокруг меня куча  людей  -  иллюзия.  Скорее всего,  я стремлюсь создать вокруг себя какую-то общность людей, а между ними  поддерживать общение.  Но как у любого  творческого  персонажа  настоящих друзей у меня мало.  Абсолютно безупречного друга, с которым на века - нет. Вот у отца был такой друг, они подружились в воркутинском лагере и стали  потом «не разлей вода». Когда друга не стало, отец вскоре умер, потому что ему было очень одиноко. И я очень  боюсь одиночества.

11. о заказчике:
Чем больше работаю, тем больше понимаю:  заказчик и архитектор как супруги.  Либо долго живут в мире и согласии, либо в какой-то момент разводяться…
С музеем  Гуггенхайма в Нью-Йорке вышла грустная история. Фрэнк Ллойд Райт поссорился с городскими властями и с Соломоном Гуггенхаймом. Однако,  музей был построен, он стал лучшим зданием ХХ века, но ни архитектор, ни заказчик до окончания строительства не дожили.
Брать на себя ответственность за ведение проекта за клиента – тяжелейшая из  задач. Заказчики  как дети, приходят, не понимая, что  такое архитектура, пропорции,  гармония, цветовой порядок. И ты начинаешь общаться с ними с позиции интеллектуала,  открывать им какие-то истины. Думаю, у меня что-то получается оттого, что я сторонник искреннего разговора. А люди  как раз искреннего разговора и ищут.  Ко мне, кстати, заказчики часто возвращаются  и еще что-то заказывают. 

12. о минимализме
Минималистом себя не называю – меня  так  называют. Просто люблю работать в современном ключе. Есть жанр исторический: модерн, ампир, барокко. Хочу, чтобы мои работы потом ассоциировали  именно с тем временем, в котором живу. Кроме того,  рассчитываю сделать что-то новое, чего  прежде никогда не было.  Ну, по крайней мере,  хотя бы чуть-чуть новенькое!

13. о гитаре
На гитаре играю с детства, пою.   Интуитивно этим занимается всякий,  желающий провозгласить себя лидером,  или  каким-то образом отличиться  в  компании. Мужчина,  понятно,  мечтает одержать победу в женских сердцах.  Когда творчеством занимаешься, рассчитываешь всколыхнуть  чью-то душу.  Но  в архитектуре,  пока что-то придумаешь, а потом это построишь, пройдет лет десять – пятнадцать.  А  тут  взял, спел и мгновенная  победа! Гитара  отличный  способ!  

14. о творческом методе …
Люблю окружить себя людьми и напитать их энергетикой. Потом они вдруг взрываются какими - то идеями, и я вдруг понимаю:  вот оно, пошло нечто цельное.
Человек я очень эмоциональный, и считаю, что эмоция в творчестве первейшее дело. Если  у  тебя  дрожит рука и подергивается глаз, значит, настал момент истины.  Именно  в этот момент ты сможешь создать что-то такое, что  точно  будет  востребовано!

15. об интеллектуальном  интерьере
Привык отделять  купеческие интерьеры от интеллектуальных. Купеческие не люблю  и  делать не умею! Ну не умею! Зачем  насыщать интерьер так, чтобы в нем не оставалось свободного места? Может, я труслив, но считаю:  только минимальными средствами можно создать максимальное пространство. Всегда стараюсь минимизировать свое присутствие. Хорошего архитектора должно быть мало.
Когда занимаешься профессиональным творчеством, являешься  носителем  некого интеллекта.  Художнику, у которого для самовыражения имеются бумага, краски, холст,  может и проще.  А архитектор, он по смыслу своему такой не крикливый  человек,  которому не нужно  вбивать  гвоздь собственной эстетической концепции.  Он просто предлагает заказчику нечто, что тому может понравиться или нет. 
Архитектура, в том числе интерьерная, рассчитана на разного зрителя. Вот строишь ты дом в городе, понимая, что мимо пройдут разные люди. Вот  делаешь ты интерьер  гостиницы, допуская, что в ней поселиться  человек, не разделяющей твоей концепции. Об этом нельзя забывать!
Кстати, знаковый проект, который меня полностью устраивает, это барселонский павильон Мис ван дер Рое. Интерьер, переходящий в экстерьер, полностью законченная работа, она не вызывает у меня никаких вопросов. Ездил туда очередной раз  осенью, специально туда пошел, и еще раз убедился:  нет предела совершенства,  но  это  - совершенство.

16. о характере
Архитектура дело серьезное до мозга костей! Архитектор не должен быть таким артистичным,  артист  это легкий жанр. У меня же характер слишком артистичный. Какие-то идеи  у меня  возникают  как анекдоты, Жванецкого же  не берется за роман,  потому что он человек анекдота. Лихо, и на полстранички юмореска! Большая архитектура  это  как «Три богатыря»  написать! Мне немножко не хватает напористости, и к тому же  нет партнера, который бы приклеивал меня к стулу. Я немного летящий! Может поэтому у меня интерьеры хорошо идут? 

17. о женщинах и  декоре
Архитектурой и дизайном интерьера должны заниматься мужики, а декором – бабы. Уверен, не может быть добротного жилого пространства, созданного женщиной без мужской  архитектурной основы. Вполне допускаю, кстати, что и мужской интерьер не может быть до конца без «женской ласки», то есть небольшого женского участия.
Минималистические интерьеры с включением монолитного железобетона, подобные интерьерам Тадао Андо женщинам не по силам. Стопроцентное олицетворение мужского начала. Есть, правда, Заха, но ее я, честно говоря, как женщину не воспринимаю, скорее как мужчину в юбке. Она рубит с плеча, как настоящий мужик. Не думаю, что Заха - подходящий пример женского архитектурного начала, которое так вдруг по-мужски выразилось. Женщины просто ведут борьбу за выживание в мужском мире. Пусть уж лучше занимаются себе декором.
В последнее время многие обеспеченные девушки ни с того ни с сего объявили себя декораторами, что они делают, это, честно говоря, чисто дамская  кустарщина. Лично я допускаю к своим  объектам   декоратора лишь  когда уже имеется некий каркас и не хватает мелочи, чтобы глаз за что-то  цеплялся. А самому мне декором заниматься некогда. Хотя в одной работе (квартира в Филипповском переулке), я выступил декоратором. Считаю этот интерьер собственным манифестом, ибо там полное отсутствие декора.  Разумеется, это чисто мужская квартира. Мужчине нужны брутальность, шокирующая строгость. А женщине -  чтобы везде цветочки, детальки.  Я за внятный компромисс: мужское начало и маленькая женская деталь..

18. о цвете и пространстве
Приезжаю в Милан на ежегодный мебельный салон, а там каждый раз новая  цветовая гамма,  какая-нибудь,  например,  салатовая!   Думаю каждый раз, а что будет через пару лет?  В принципе мой  язык это не цвет, а  форма.  Я же архитектор, а не декоратор! В душе я вообще градостроитель! Мне нравиться находить в городе соотношение  объемов  и  акцентов.  Еду по улице и представляю себе, каким  будет  мой  дом, который я спроектирую,  как он  впишется в то или иное место. Вот мое любимое занятие.
И  в то же время нравиться заниматься квартирами небольшими по площади, решать  интерьер ни в качестве цветового декорационного пятна, а именно с точки зрения  замкнутого пространства. Хочется почувствовать в пространстве  какое-то движение, направление.  Как не странно, особенно  люблю  проектировать  санузлы.  Попробуй в маленьком пространстве создать  иллюзию, воздух! Даже  кладовку нужно решить так, чтобы не чувствовать  себя  там  как  в камере-одиночке. Как открыть пространство без света  цветом,  объемом, пропорциями?

19. о  стекле
Люблю работать с объемом, плоскостью и пространством. Люблю применять в интерьерах готовый материал. Стекло это абсолютно готовая плоскость и фантастически интересный материал. Он нейтрален, ничего не излучает, ничего не выделяет. Казалось бы, твердый материал, но сквозь него проходит цвет и свет. Благодаря стеклу можно сделать пространство прозрачным, наполнить его дополнительным светом.
Хотя у стекла имеются и отрицательные свойства. Например, холодность, хрупкость.  Есть  опасность войти в стеклянную перегородку и расшибить лоб. Акустически стекло не очень комфортно.  Но положительные свойства намного перевешивают отрицательные, поэтому в своих интерьерах  я обязательно применяю стекло!

19а. о цвете
Черный и белый цвета  вот  материалы для архитектурных интерьеров. Стекло и белый цвет отдают световой поток,  черный  все поглощает. Это вообще не цвет,  а философия.  Как «Черный квадрат» Малевича.  Хочешь что-то обойти цветом, пройти мимо цвета, делай черную стену или ставь черный шкаф.
Признаюсь, не имею серьезного навыка работы с цветом.  Он, мне кажется, может слишком возбуждать.  Уж если применять цвет, то точечно, чтобы  сделать акцент.  Красный очень  активный, а оранжевый это  цвет-мода, цвет-эпоха,  цвет-лозунг! У меня вот очки с оранжевыми душками.

20. о звездах мировой архитектуры
Не могу сказать, что Жолтовский  бог, которому молюсь. Однажды вошел во внутреннее пространство его дома на Смоленке - не понравилось. Однако считаю его уникальным последователем классицизма, активно повлиявшим на архитектуру  России ХХ века. Мы  до сих пор, чуть что, сразу  Жолтовского вспоминаем, и даже не Щусева. Мы,  жалкие пигмеи, пытающиеся высказаться на тему классической архитектуры, но самым лучшим из пигмеев остается Жолтовский.
В разное время были  разные увлечения разными персонажами. Нравился Карло Росси. Елагин дворец и все, что он делал в Петербурге -  фантастика. Василий  Стасов  и  одно из величайших его сооружений - Провиантские склады! Гениальный сам образ здания хранения с наклонными стенами похожие на  древние башни Пскова.
Учась в МАрхИ, у Александра Петровича Кудрявцева,  делал курсовую по Шехтелю. Лестница в особняке  Рябушинского  произвела  революцию в моем сознании.  Когда -  то  увлекался Бофиллом, потом понял:  такая   постмодернистская игра с классикой  это  не  очень правильно.   Мис ван дер Рое гениально сказал: «Архитектура это воля эпохи, перенесенная в пространство. Безнадежно пытаться использовать формы прошлого в нашей архитектуре!»
Хочется, конечно,  как-то  выделиться, назвать персонажа, который многим не нравиться, а мне вот почему-то нравиться.   Не знаю.  Просто люблю современную архитектуру во всех ее проявлениях. Ну, пусть это будут mvrdv, Херцог & де Мерон, Жан Нувель, Альдо Росси. Ну, Заха Хадид,  ее  все любят, она  узнаваемая.
Вот Фрэнк Гери, смотришь его альбом: сперва работал, работал, ничем таким особым не отличался,  потом, видно, ногой наступил на макет.  После с тем же макетом что-то шваброй сделала уборщица. Утром пришли: « Ребята – вот она,  концепция!». Думаю, так оно и происходило. В Париже видел одно его сооружение -  не понравилось. Видел  дома Фрэнк Ллойд Райта, «Дом над водопадом» в том числе и,  если честно, что-то  не   впечатлился. 

Комментарии
comments powered by HyperComments