04.07.2009
Марина Новикова // «САР» , 30.06.2009, № 1 (1) 2009

Интервью Сергея Скуратова журналу "САР"

  • Архитектура
  • Объект

Один из самых востребованных московских архитекторов, руководитель собственного бюро и «Архитектор года» по версии «Арх Москвы-2008» Сергей Скуратов, по традиции, представит на нынешней «Арх Москве» свою персональную экспозицию. О личном и коллективном, об искусстве и ремесле, об архитектурной моде, экономике и своих пристрастиях - в эксклюзивном интервью Сергея Скуратова.

- Как вы считаете, архитектура - вещь общественная или личная, принадлежащая заказчику и ее непосредствен-ным пользователям? Другими словами, нужна ли хорошая архитектура?

- Все дома в городе – общественное достояние. И хотя они эксплуатируются каким-то ограниченным числом людей, ми-мо каждого из них ходят сотни людей, и, наблюдая, сопереживают, радуются или огорчаются. Архитектура формирует пейзаж и формирует пространство, а появление новых построек и вовсе увлекательный процесс. Так что архитектура - это общест-венное явление, и она не должна быть плохой.

-Архитектура подвержена моде?

- Сейчас практически любой вид чело-веческой деятельности подвержен моде. В архитектуре существуют свои тренды, к примеру, дигитальный деконструктивизм Захи Хадид, артистизм Стивена Холла, ме-тафизические изыскания Рема Коолхааса, философский пуризм Цумтора, «устойчи-вый» минимализм японцев. Все это каса-ется формы. Другое заметное направление - экологическая архитектура, особенно популярная среди молодежи, которая счи-тает, что не думать о последствиях строи-тель¬ ного бума нельзя. Они призывают ухо-дить от урбанизации, предлагая всяческие варианты типа «назад, в поля». История архитектуры не раз уже переживала по-пытки создать для человечества мега- или мини-города, напоминающие некие при-родные образования. И это по сути некое прогнозирование, интеллектуальный про-цесс, совершенно не требующий реализа-ции.

- На вас эти модные веяния какое оказывают влияние?

- Все действительно интересное и обая-тельное, то, что нравится, действует на тебя подсознательно образами, приемами, материалами. Даже если ты состоявшийся архитектор со своим почерком, своими принципами, работающая рядом молодежь, как бы изнутри начинает тебя трансформировать. Потому что на самом деле ты даешь общие идеи, решения, но многие узелки в той ткани, которую ты плетешь, связывают молодые люди. И потом, они зажигают, увлекают неожиданными идеями. Тем более, что все-гда хочется сделать что-нибудь необычное, иногда иррациональное, а повторять то, что уже однажды сделано -скучно, неинтерес-но.

Можно сказать, архитектура – плод коллективного труда, а в чем тогда роль личности в архитектуре?

- Существуют мастерские, где руководи-тель- генеральный менеджер, отслежи-вающий высокий профессиональный, тех-нический и эстетический уровень решений, а дома сочиняют ГАПы, которые делают свою архитектуру. Таких мастерских боль-шинство, а есть другие - у нас, в Европе и Америке, которыми руководят художники со своим, ярко выраженным, узнава¬емым творческим лицом, их почерк можно узнать всегда. Такие как Питер Цумтор, Стивен Холл, Альваро Сиза, Кенго Кума или гол-ландцы Ян Нейтлинг и Михел Рей-дийк. Это авторская архитектура. И у меня в мастер-ской авторская архитектура. Я все пропус-каю через себя, сам делаю первые эскизы, выбираю направление, стиль, общий образ, а затем просматриваю то, что мои ребята воплощают на компьютере. У них большая степень свободы, но окончательное реше-ние всегда принимается мной. Это как в средневековой мастер¬ской: мастер получает заказ, придумывает и пишет композицию, а ученикам доверяет самое важное - крылья ангелов. Но чтобы подмастерья, как в случае с Вероккио, не превзошли мастера, приходится постоянно развиваться, и развиваться быстрее, чем они.

- Что служит источником ваших идей, из чего рождается ваша архитектура?

- Как в том стихотворении Ахматовой: «Когда б вы знали из какого сора...». Откуда берутся идеи? Идеи рождаются снаружи и изнутри. Снаружи есть задание за¬казчика, территория, целый свод законов, регламентирующих строительство, функция, окружение, морфотип застройки, история места и еще многое другое. А внутри - пристрастия архи-тектора, его творческие методы. На стыке всего этого и рождается идея, которая станет тем кар-касом, на который потом нанизывается все ос-тальное. И еще интуиция, которая приходит с опытом.

- Значит ли это, что архитектура - больше ремесло, чем искусство?

- Я потому и вспомнил эту известную всем фразу Ахматовой, что все перечисленные мной чрезвычайно важные вещи относятся как раз к ремеслу, а с точки зрения искусства, поэзии - к сору. Но я поставил бы на первое место искусст-во. Возможно потому, что в архитектуре мне больше всего нравится придумывать идеи и соз-давать образы: как художник я много рисую, вкладывая в свои дома эмоции и экспрессию. И это самое сложное искусство - ведь в совре-менной архитектуре мы очень много работаем с технологиями и экономикой.

Один из ваших реализованных проеков - офисный центр «Новоданиловский форт». Довольны ли вы этой своей недавней работой?

- И да, и нет. Это должна была быть полностью кирпичная «скульптура» на невесомом стеклян-ном стилобате, и как это иногда у нас случается, в процессе строительства не все было воплоще-но, как задумывалось. Так случается, когда за-казчик не ощущает своей ответственности перед городом и считает, что лучше архитектора знает, как нужно делать. Или иногда вдруг оказывается, что для завершения строительства не хватает денег, и заказчик начинает экономить. На форме дома он экономить не может и делает это на ма-териалах и умелых рабочих. И все же в этом про-екте, я надеюсь, архитектура победила качество строительства, которое не смогло изменить заду-манный образ.

- У ваших построек такие разные фасады: медь, кирпич, юрский известняк. Есть что-то, что их объединяет?

- Моя любовь к натуральным материалам - они обладают особенной фактурой и приятными от-тенками. Еще люблю их задолговечность, я хочу, чтобы мои дома стояли долго, а что в нашем кли-мате может быть надежнее натуральных мате-риалов.

- Ваши проекты «Хамовники» и «Красный пролетарий» говорят ли о том, что мы близки к тому, чтобы строить целые, объединенные кон-цепцией кварталы.

- Да, момент близок. Эти проекты - особая история, начавшаяся с урбанистики. Работа оказалась для меня необычной и инте-ресной: определить участки застройки и общест-венные пространства, их функцию, выстроить между ними связи, просчитать количество жите-лей и машино-мест, решить ландшафтные и экологические задачи в масштабе квартала, что не всегда удается сделать архитектору. И уже потом из урабнистики рождалась архитектура. Кроме меня, отдельные дома в Хамовниках про-ектируют еще 7 других бюро. Но для них мы соз-дали определенный регламент с привязкой к под-земным уровням, материалам и другим услови-ям.

- По-вашему, как сегодняшняя непростая ситуация в экономике скажется на качестве архитектуры?

- Востребованность повышает качество лю-бой работы, и в предшествующие годы, когда заказывалось огромное  количество проектов, учась на своих и чужих ошибках, архитекторы и застройщики прошли большую школу. У нас поя-вилась возможность сравнивать архитектуру в России с тем, что делают на Западе, потому что до этого даже сравнивать было нечего. Сейчас многие архитекторы стали браться за маленькие заказы, не связанные с решением новых задач, а заказчики еще больше экономят на строитель-стве, и это приостановит качественный рост ар-хитектурных проектов.

Выходит пилотный номер газеты Союза архитекторов России. Что вы ожидаете от нее?

- Что она станет востребованной в профес-сиональной среде, а это случится, если там будут печататься интересные, честные и актуальные материалы о городе и архитектуре. Очень много-го жду, потому что Интернет- это быстро и удобно, но существует еще магия печатного издания, которая заключается в том, что это огромный труд, и он в чем-то сродни архитекторскому.

Комментарии
comments powered by HyperComments