Размещено на портале Архи.ру (www.archi.ru)

23.10.2017

DNK ag: «Параметров оценки очень много»

Мастерская:
Архитектурная группа ДНК

Разговор с Даниилом Лоренцем, Натальей Сидоровой и Константином Ходневым: о комплексности, уместности, поиске баланса и совместной работе, – продолжает цикл интервью проекта «Эталон качества».

Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев, партнеры Архитектурной группы ДНК

Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев,
партнеры DNK ag

Среди множества историй раннего успеха не так много примеров, когда из амбициозного молодого архитектурного бюро вырастает по-настоящему высокопрофессиональная команда, преодолевшая «огонь, воду и медные трубы», сохранив уникальность, авторский почерк и видение путей решения сложных задач. DNK ag как раз относится к этой редкой разновидности. Название группы собрано из первых букв имен ее руководителей, но и напрашивающаяся ассоциация с цепочкой dnk более чем уместна. Для работ бюро характерно особое, чуткое отношение к совокупности решаемых в рамках проекта задач. Их здания обращают на себя внимание качеством и элегантностью, но при этом всегда органично вписываются в окружение и отвечают на его вызовы.


Видеосъемка и монтаж: Сергей Кузнецов.

Даниил Лоренц, Наталья Сидорова, Константин Ходнев
партнеры DNK ag: 

Даниил: Тема, с одной стороны, сложная, а с другой – вполне определяемая. Мне кажется качество, прежде всего – это идея, затея, характер, который ты считываешь. Даже при том, что объект может быть выполнен не очень хорошо, неудачно, но когда считывается некая задумка, некая интересная идея, это уже выходит на уровень качественной архитектуры. Чтобы это считать, увидеть, нужно быть свободным от каких-то рамок, особенно тех рамок, которые ты накопил в процессе практической работы и опыта. Ты должен быть всегда критически настроен к своим рамкам, чтобы увидеть что-то, что делают другие.

Второй аспект, который может определить качественную архитектуру – внимательность, многоплановость масштабов. Объект считывается всегда с разных расстояний, разных позиций, и когда есть ответ в архитектурном произведении, когда по мере приближения к нему ты видишь какие-то дополнительные вещи, их проработанность, чувствуешь, что человек думал. Вплоть до таких близких, на расстоянии вытянутой руки, когда ты понимаешь, что большой объём, средний, маленький, текстура – это все гармонично укладывается друг в друга. А также чисто архитектурные вещи: пропорции, пауза, напряженность и так далее. Это все можно определить тоже как качественную архитектуру. И третий момент – наверное, самый понятный – это строительное качество исполнения. Когда все три вышеперечисленные вещи есть, тогда это самое то.

Наталья: Не согласиться со всем вышесказанным достаточно тяжело. Архитектура, безусловно, комплексная вещь. Объект получается тогда, когда все – от идеи до, собственно, ее реализации – сделано качественно. И не только выполнено, но еще и учтены вещи, которые напрямую, может быть, к архитектуре не относятся – вроде соответствия бюджетным задачам, которые перед этим объектом ставил заказчик. То есть некая уместность высказывания с точки зрения ответов на все вопросы. Если ответы на все вопросы, которые были в изначальном проекте – от идеи до детали – до реализации, даны правильно, в результате получается идеальный ответ самой качественной архитектуры.

Константин: Я думаю, что архитектура – это, прежде всего, решение поставленных задач. Наверное, с этой точки зрения следует рассматривать вопрос качественности архитектуры. Чем больше вопросов и задач мы решаем в процессе проектирования, тем качественнее она становится. Эти вопросы связаны и с функциональной составляющей, и с социальными функциями. И, безусловно, очень важно взаимоотношение с физическим контекстом, с окружением. Бывает, здание очень хорошо сделано, но при этом оно совершенно не встроено в контекст. Не реагирует на него ни контрастным образом, ни встроенным, а просто полностью его игнорирует.

По-настоящему архитектура эго скрывает, поскольку отвечает на такое количество вопросов стольких людей, персонажей и сценариев, что эго самого архитектора, его самовыражение напрямую уже не читается. Если его чересчур много, то возможно, человек упустил какие-то факторы в своем проекте.

В «звездной» архитектуре есть сильное самовыражение, но при этом они решают и все остальные задачи. Но кроме самовыражения еще важен опыт и умение и все, что было сказано выше. «Звездная» архитектура – это те, кто наиболее ярко решают задачи создания качественной архитектуры.

Наталья: Мне кажется, что «звездный» чаще употребляют как синоним необычной формы, а это не всегда так. Безусловно, есть такие яркие художественные жесты, но мы под «звездной» архитектурой понимаем не только запоминающиеся вау-эффекты, которые ясно считываются как жест, как принадлежность к определенному имени – а именно глубину подхода к объекту.

Даниил: Но параметров оценки очень много. Допустим, по одному параметру все согласны, это безукоризненная вещь, а по другим параметрам – излишняя брутальность или, наоборот, чрезмерная манерность.

Наталья: Разная оценка иногда бывает связана с разным опытом переживания того или иного, потому что она сосредоточена в аналоге, в другом объекте. И что ещё важно в качественной архитектуре – она должна восприниматься не только по картинкам, но и через живое восприятие. На 100% качественность можно оценить, побывав в объекте, осмотрев его. И впечатление может быть диаметрально противоположным тому, что ожидаешь.

Даниил: Если говорить о совместной работе, то, с одной стороны, взгляды на одну вещь различаются, и тем помогают – в споре рождается истина. Одному можно и не додуматься.

Константин: Это нормальный процесс. Он, наверное, сложнее, чем когда все происходит в одной голове. Это вопрос распараллеливания и критики с разных сторон. Но нам кажется, что это, наоборот, добавляет взвешенности и сбалансированности, избавляя от не очень мотивированных излишних всплесков. У нас как-то больше продуманных решений.

Понятно, что требуется чуть больше времени на согласование позиций, но зато это даёт больше вариантов. Большая вариантность – это тоже залог качества продукта. То, что мы просмотрели, проанализировали большое количество разных вещей – может быть, не диаметрально противоположных, но отличающихся по настроению.

Безусловно, у каждого есть своя позиция, к которой мы относимся бережно. Мы же все развиваемся. Это нормально для архитектора – расти, развиваться, набираться большего опыта и менять свою точку зрения. У каждого из нас нет застывших систем и стандартов поведения.

Самые удачные проекты появляются там, где мы втроем принимаем самое активное участие. Но, безусловно, это участие может проявляться и в спорах, и в обсуждениях и так далее. Когда каждый добавляет часть себя – вот это, наверное, самые удачные проекты, наиболее полные.

Наталья: Наверное, самые удачные получаются, когда все на какой-то волне выстраивается и когда в самом начале набрасывается куча идей. Кто-то подхватывает сказанное слово, переводит немножко на другой уровень, из этого рождается идея. Вот эти проекты чуть легче идут. И, соответственно, результат получается интересный. Бывают трудности при выборе вариантов, когда есть более-менее одинаковые по насыщенности и перспективности заложенных решений варианты. Здесь иногда достаточно сложно бывает выбирать.

Константин: Работа внутри офиса – это не поиск компромисса, а поиск лучшего решения. Это не нивелирование, не усреднение, а наоборот, достижение максимума по каждому вопросу. История с заказчиком может в какой-то момент носить характер компромисса, но мы всё равно стараемся минимизировать количество компромиссов, объясняя, в чем наша позиция, в чем сила этой позиции. Потому что компромисс – это неизбежное проседание качества.

Наталья: Я бы сказала, что архитектор должен обладать искусством даже не убеждения, а баланса. Возникает достаточно много разных вопросов, идеальных ситуаций не бывает. Какие-то вопросы – в том числе на стройках – возможно, даже идут на пользу объекту. Такое бывает. И очень важно искать решение и уметь, как сказал Костя, отстаивать принципиальные решения. Да, при этом понимаешь, что в соответствии с обстоятельствами где-то что-то можно изменить, но изменить таким образом, чтобы общая концепция и качество продукта и объекта не пострадало. Это очень сложное качество, которое приходит только с опытом. Когда делаешь проект на бумаге, все можно проверить, отсмотреть, а на этапе строительства эта грань очень тонка – что ты можешь допустить дальше в изменениях, не изменив при этом финального результата принципиально. Чувство рамок, о которых Данила говорил, чувство допусков приходит очень не сразу.

Даниил: Мне пришла мысль, что в качественной архитектуре очень важно качество решения. Решение должно быть таким, чтобы оно выдержало возможное внешнее давление, в том числе со стороны заказчика, со стороны строителей. С объектом могут уже в процессе, после проекта, происходить какие-то новые вещи, изменения. Даже в процессе проектирования что-то может меняться, но нужно, чтобы изначальное решение, которое ты закладываешь, было достаточно мощным, чтобы выдержать этот натиск других вещей.
 
беседовала: Елена Петухова