Проект расположен в Ленинградской области, на пяти гектарах бывших сельскохозяйственных земель рядом с горнолыжным курортом. Перед архитекторами стояла задача на уже отмежеванных небольших участках разместить частные дома, предназначенные для сдачи в аренду под управлением единой компании или для постоянного проживания, а также создать клубное ядро с рестораном, небольшим спа и открытым бассейном.

Отправной точкой стало желание избежать привычного образа коттеджного поселка – территории, механически разделенной на участки с отдельно стоящими домами. Авторы проекта стремились сформировать более сложную и цельную среду, с тонкой градацией масштабов, разной степенью приватности и ощущением небольшого северного городка или деревни. Не буквально воспроизвести скандинавскую архитектуру, а добиться сопоставимого разнообразия и связанности пространства.

Главным инструментом стало расширение набора типологий. Помимо трех типов частных домов – с одной, двумя и тремя спальнями – в проекте появились таунхаусы, клубный дом и въездной павильон. На придомовых участках «рассыпаны» небольшие сауны, навесы и беседки. Эти малые постройки дополняют программу домов и создают промежуточный масштаб между архитектурой и ландшафтом. Благодаря свободной расстановке в пространстве разных по размеру и назначению зданий территория воспринимается не как регулярная спланированная среда, а как постепенно сложившееся поселение – с более плотными фрагментами, улицами и локальными центрами.

Различия между типологиями подчеркнуты архитектурно. Общественные здания – клубный дом и въездной павильон – решены наиболее лаконично и заостренно. Они обозначают общие пространства поселка и формируют его узнаваемый образ. Таунхаусы занимают промежуточное положение: их архитектура остается лаконично современной, но приобретает более выраженную жилую деталировку. Отдельные дома, напротив, выглядят более спокойными и укорененными: их силуэт определяют скатные кровли с широкими свесами, связанные с традиционным образом загородного жилья. Эта градация позволяет зданиям различаться, не выпадая при этом из общего архитектурного языка.

Целостность среды поддерживает общая палитра материалов. Ее основу составляют дерево на фасадах, фальцевый металл кровель и натуральный гранит – материалы, характерные для архитектуры северных и финских мыз и деревень. В общей цветовой гамме используются естественный черный, красный и серый. Различаясь между собой, эти цвета образуют насыщенную, но сдержанную общую гамму, хорошо работающую в северном ландшафте и меняющемся сезонном освещении.

Особую роль в проекте играет камень. В традиционной северной архитектуре гранит часто появляется в виде массивных цоколей, подпорных стен и невысоких оград, разделяющих участки. Однако экономика проекта предполагала строительство доступных для покупателя домов и не оставляла возможности использовать камень как конструктивный или облицовочный материал.

Решением стали узкие самонесущие габионы толщиной 150 миллиметров, заполненные недорогим колотым гранитом. У оснований домов они скрывают свайные фундаменты и воспроизводят мотив массивного каменного цоколя. На территории те же габионы используются как невысокие ограждения между участками. Они обозначают границы, не превращая частные территории в изолированные владения, и формируют общий ландшафтный слой, связывающий дома, малые постройки и открытые пространства, одновременно сохраняя необходимую степень обособленности каждого участка.

Другим способом добиться разнообразия стала вариативность внутри ограниченной системы. Вместо большого количества индивидуально спроектированных зданий мы разработали три базовых планировочных типа домов, для которых предусмотрели три цветовые схемы и три варианта деревянной обшивки – с разным направлением, размером элементов и характером раскладки. Их сочетание дает 27 возможных комбинаций.

Таким образом, разнообразие возникает не за счет случайного набора форм и материалов, а внутри ясной системы. Типологическая градация создает разные масштабы и способы использования пространства, общая материальная палитра связывает территорию воедино, а комбинаторика позволяет избежать монотонности серийной застройки. В результате поселок сохраняет экономику каркасного строительства, но воспринимается как цельная и естественно сложившаяся среда, в которой дома различаются, оставаясь частями одного места.