Джакомо Кваренги (1744–1817) принадлежит к иностранным мастерам, реализовавшимся в России: именно здесь были сооружены наиболее известные его здания, сложившиеся в особый, кваренгиевский вариант русского классицизма и русского палладианства. Но не следует забывать, что Кваренги был итальянским архитектором, которого пригласили в Россию в 1779 г. из-за его уже наметившейся известности, и в том числе – из-за палладианского образа мыслей, в то время входившего в моду. Но мы очень мало знаем об итальянском периоде его творчества, особенно – о реализованных проектах. Едва ли не единственной реализованной постройкой Кваренги в Италии является церковь монастыря Санта-Сколастика в Субиако – небольшом городке, расположенном к югу от Рима в долине реки Аньене. В Субиако находятся два монастыря: мужской пещерный основал святой Бернард еще до того, как он обосновался в Монте-Кассино, женский монастырь основала сестра Бернарда, Сколастика, и теперь эта обитель носит имя прославившейся святой. В монастыре есть постройки романского и готического времени, но главный фасад комплекса принадлежит тридцатым годам XX в. К одному из внутренних дворов обширного монастырского конвента примыкает посвященная святым Бенедикту и Сколастике монастырская церковь, интерьер которой оформлен молодым Кваренги. Идея перестроить старый романо-готический монастырский храм XIII в. alla moderna (в новом стиле) принадлежала кардиналу и аббату Джанфранческо Банкьери, государственному секретарю при папе Клименте XII. Банкьери заказал новую церковь и собирал деньги на ее возведение в 1759–1763 гг., после его смерти дело продолжали аббат кардинал Северио Канале (исполнитель воли Банкьери) и ставший с 1773 г. аббатом монастыря Джан Ангело Браски (будущий папа Пий VI, 1775–1799), способствовавший окончанию строительства. Первый проект в 1768 г. представил архитектор Джузеппе Панини (он был отвергнут), затем римский архитектор Никола Джанисмонди (один из учителей Кваренги) подал очень дорогой и еще очень барочный проект, тоже не принятый. Наконец в 1769 г. подающий надежды молодой архитектор из Бергамо, Джакомо Кваренги, которому было всего 25 лет, сделал еще один, окончательный проект. Тем самым он победил своего учителя, – а ведь Кваренги приехал в Рим в 1763 г., всего за 6 лет до этого события. Проектирование было достаточно трудным: заказчики ни в коем случае не хотели разрушать старые стены храма. В результате Кваренги оставил все старые несущие стены и вставил внутрь этой коробки новые стены, перекрыв их новыми сводами. Вот как он сам описывал свою работу в одном письме: «Я должен буду преодолеть большие трудности, прежде чем прийти к какому-либо решению, поскольку мне было поставлено условие не трогать ни одного камня прежней постройки, хотя во всей церкви не было ни одной части, которая соответствовала бы другой. После тщательного изучения постройки и большого количества потраченных усилий я, наконец, составил проект новой церкви внутри старой». Работы по строительству нового интерьера, новой декорации внутри храма начались 3 мая 1770 г., а закончились вчерне в 1776 г. Кваренги довольно часто приезжал из Рима в Субиако для обмеров и архитектурного надзора (он провел в монастыре 36 дней). Новопостроенная церковь была освящена 13 октября 1777 г. кардиналом Реццонико, поддерживавшим близкие отношения с Кваренги. Довольный архитектор писал: «… благодаря усидчивому изучению и примерному труду я справился с делом и построил по плану новую церковь внутри старой». Получившееся здание имеет продолговатый базиликальный план, но это очень характерная для ренессансной Италии однонефная базилика с боковыми капеллами, которые намекают на боковые нефы, но их не образуют. Неф перекрыт полуциркульным сводом с распалубками в основании, позволяющими осветить интерьер, стены которого лишены окон. Полукруглые в плане капеллы (по три с каждой стороны) перекрыты конхами, полукупольными сводиками. К востоку от крайних капелл следуют отмеченные колоннами проходы в боковые часовни (их объемы сооружены позже), а перед алтарем в восточной части базилики устроен трансепт: стены чуть раздвигаются, а полуциркульный свод сделан выше свода в основном нефе. Алтарь заканчивается прямой стенкой с врезанной в нее пониженной абсидой, но и абсида, и конха в ней, и поддерживающие ее колонны сооружены много позже, в 1852 г. (архитектор Джакомо Мональди), так что это уже поздний классицизм. На противоположном конце на колоннах устроен балкон для органа. И композиция и декор церкви в Субиако находят себе ближайшую аналогию в венецианском монастырском храме Иль Реденторе, построенном по проекту Андреа Палладио в 1570-е гг. Кваренги следует за Палладио в общем плане и в иконографическом целом (обобщенный латинский крест, капеллы по сторонам нефа, трансепт, полуциркульный свод с распалубками, поддерживаемый обрамляющими арки капелл колоннами архитрав), но в деталях иконографии ордерного декора и во многих композиционных частностях он совершенно свободен, а потому способен придать своему сооружению особое, авторское звучание. Это не стилизация Палладио, а использование его форм лишь как отправной точки или, вернее, схемы, которую затем Кваренги меняет и декорирует в неоклассическом духе. Укажем на различия и на то новое, что палладианец привнес в избранный прототип, в работу Палладио. Кваренги в Субиако не стал строить купол над средокрестьем трансепта, заменив его повышенным сводом над всем трансептом, изменил ордер с коринфского на ионический и заменил полуколонны на пилястры, устранил замкнутость капелл и раскрыл их в неф, сделал распалубки небольшими и устроил по своду (у Палладио гладкому) крупные кессоны, усилив римскую тему. В результате этих изменений и применения в Субиако мелких деталей архитектор добился большей камерности и большей прихотливости: если у Палладио мощно звучала большая римская тема, найденная в целом, то у Кваренги те же мотивы приобретают археологическую точность, а ритм и пластика делаются более ровными и спокойными – рождается неоклассицизм. Возникает ощущение возвышенного равновесия, ощущение, которое характеризует созданный Кваренги вариант палладианского классицизма: из творений великого мастера позднего Возрождения берутся отдельные схемы и формы, на них как на каркас нанизываются формы археологические, «подсмотренные» в руинах Рима, а также отдельные мотивы, рожденные в середине XVIII в. внутри самого классицизма. Все эти формы и детали смешиваются и перемешиваются так, что возникает гармония больших и малых форм. Такая гармония является приметой стиля – как собственного стиля архитектора, так и большого стиля вообще. По церкви в монастыре Сколастика видно, что такой стиль в Риме сложился и во главе его был Кваренги. Более того, в едва ли не единственном воплощении этого стиля в области Лацио Кваренги показывает этот стиль как свой. С таким осуществленным шедевром архитектор вряд ли мог остаться в безвестности. И уже через два года после окончания постройки церкви в Субиако Кваренги был приглашен ко двору Екатерины II. Палладианский неоклассицизм в римской версии, столь ярко заявившей о себе в Санта-Сколастике, был экспортирован в Россию, где в Мальтийской капелле и соборе в Новгороде-Северском можно обнаружить отзвуки и вариации приемов, найденных зодчим в Субиако. ![Церковь монастыря Сколастика в Субиако – ранняя работа Кваренги Церковь монастыря Сколастика в Субиако – ранняя работа Кваренги](https://i.archi.ru/i/650/33251.jpg?r=0.00388530256398) Церковь монастыря Сколастика в Субиако – ранняя работа Кваренги
|