Резной декор: XVIII–XIX

Публикуем главу из I тома книги «Русское деревянное. Взгляд из XXI века»: Резной декор в русском деревянном зодчестве XVIII–XIX веков.

mainImg
Н.В. Никитин по заказу В.А. Кокорева «Погодинская изба» для историка М.П. Погодина, 1856 г. Улица Погодинская, 12а, Москва. Фото И.Н. Александрова, 1890-е. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева
Дом П.Ф. Семенова «брус». Конец XIX века. Село Сенная Губа, Заонежский район, Карелия. Макет В.И. Садовникова, 1978 г. Дерево, опилки, песок, пластик, бумага, гипс, окраска, тонировка 31,7 х 68,9 х 51,5. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

Коллекция предметов народной архитектурной резьбы по дереву стала формироваться в Музее архитектуры на рубеже 1930–1940-х годов. В 1960-х это собрание было пополнено: в него вошли фрагменты внешнего декоративного убранства гражданской и культовой деревянной архитектуры XVIII–XIX веков. Все они были привезены из экспедиций, организованных Музеем в регионы Владимирской области, Поволжья и Русского Севера.

К числу наиболее ранних по времени создания элементов конструкций и декоративной отделки гражданского зодчества относятся экспонаты, происходящие из жилых крестьянских домов XVIII века. К этому времени в гражданском зодчестве уже были выработаны устойчивые типы деревянных крестьянских изб, имевших региональные и имущественные особенности.

Так, северные дома-дворы были образованы поставленными на высокий подклет избами-четырехстенками, -пятистенками, -шестистенками, которые дополнялись сенями и были объединены единой крышей с хозяйственными сооружениями. Деревянные срубные сооружения имели особую безгвоздевую конструкцию кровли, которая получила название самцовая. На бревнах-самцах, поднимавшихся в виде «ступенчатых фронтонов» торцовых стен, укладывались горизонтальные слеги, служившие основой конструкции. На слеги поперечно помещались крючкообразные жерди, называемые курицы, нижние концы которых обрабатывали в виде анималистических фигур.
Церковь Параскевы Пятницы. 1666 (сгорела в 1947 году). Село Шуерецкое, Беломорский район, Республика Карелия. Макет В.И. Садовникова, 1976 г. Дерево, опилки, пластик, песок, окраска 43,1 х 50,6 х 41,2. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

Крышу обычно крыли тесом. На загнутые концы куриц горизонтально укладывались прямоугольные в сечении потоки или желобообразные водотечники, концы которых украшались резьбой. Кровельные доски на коньке крыши закреплялись мощным корытообразным бревном, которое называется охлупень или шелом.

Парадный фасад, выходивший на улицу, получал богатую резную декорацию. Венчающий фасад конец охлупня украшался резьбой в виде простой геометрической или зооморфной фигуры. Торцы слег, выходившие на фасад, прикрывались резными причелинами, которые подчеркивали двускатный характер кровли. Под декоративным концом охлупня спускалось резное полотенце, отмечая центральную ось парадного фасада избы. Верхняя часть фасада на уровне чердака отделялась лобовой доской, также украшавшейся орнаментальной резьбой, растительными мотивами или фигуративными изображениями, Резьбой украшались доски, прикрывавшие срезы выходивших на фасад бревен, наличники окон жилого этажа, чердачные окна.

Один из экспонатов коллекции Музея архитектуры – курица жилого дома в селе Пурнема Архангельской области – имеет особенно распространенную для подобных архитектурных элементов форму стилизованной птицы.

Тем же временем датируются образцы кровли криволинейных поверхностей церковных глав и бочек (лемехгонт). Наружный конец лемеха обрабатывался в виде острия, полукруга или ступенчатых «городков», благодаря чему общий облик кровли приобретал оригинальный орнаментальный рисунок. В коллекции Музея архитектуры представлены все типы декоративной обработки лемеха, самые ранние из которых – лемехи главок Дмитровской церкви в Великом Устюге и Никольского храма в Пурнеме.
zooming
Разворот книги «Русское деревянное. Взгляд из XXI века». Первый том. Предоставлено Государственным музеем архитектуры имени А.В. Щусева
Фрагмент резного декора (верхняя часть наличника окна). Середина XIX века. Дерево, резьба 34,0 х 128,0. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

Целый ряд музейных образцов монументально-декоративной резьбы памятников сельской архитектуры Поволжья дает представление об основных этапах художественно-стилевого развития русского деревянного зодчества на протяжении XIX столетия. Особой нарядностью отличалось резное оформление причелин или подкрылков – лобовых досок кровли, предохранявших от загнивания концы слег (лотоков или подтечин) – горизонтальных конструктивных элементов каркаса кровли в виде жердей. Место стыка причелин на торце князевой (коньковой) слеги кровли маскировалось короткими досками (полотенцами или ветреницами), которые также богато декорировались резным орнаментом. В некоторых сельских домах, внешнее декоративное убранство которых обнаруживает стилистическое тяготение к отделке городских построек, дополнительным украшением фасада являются резные доски-фризы (иногда в сочетании с резным карнизом), зрительно отделяющие чердачные помещения избы от остального объема дома.

В резном убранстве оконных проемов наибольшей эффектностью декора выделялись косящатые или красные окна горницы – жилых помещений второго этажа избы. В богатых сельских домах встречается также выразительное декоративное решение наличников окон подклета – нижнего этажа дома, помещения которого использовались для хозяйственных нужд[1].

Изображения русалок – сиренфараонок или берегинь – обрели особую популярность в отделке поволжского народного жилища середины XIX века. Название «фараонок» было усвоено по народному поверью, согласно которому войско египетского фараона, преследовавшее израильтян во время их перехода через Чермное море, утонуло и превратилось в фантастических существ с рыбьими хвостами вместо ног. Этот мотив встречается во множестве вариантов в декоре фризов и наличников окон[2].
Наличник чердачного окна крестьянской избы, 1884 г. Владимирская область. Дерево, резьба 168,8 х 121,5. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

Оригинальной стилистической особенностью поволжской резьбы середины XIX века явилось сочетание традиционных декоративных элементов с характерными орнаментальными и ордерными мотивами русского ампира. Один из самых распространенных элементов в отделке деревянных гражданских сооружений этого времени – розетки. Эта декоративная деталь по размерам, формам и прорисовке отличается особым многообразием разновидностей: это квадратные, круглые, овальные, ромбовидные, полуовальные розетки. В некоторых случаях этот мотив становится доминирующим. Великолепна по своим декоративным достоинствам и оригинальности замысла створка ворот из музейной коллекции. Всю композицию центрирует крупная 16-тилепестковая розетка, рисунок которой усложнен расходящимися по всей поверхности створки стеблями с листьями – стилизованными акантовыми побегами.

В декоративном оформлении хранящегося в фондах Музея наличника окна подклета дома Гусенкова (Гуськова) в деревне Вашкино Чкаловского района Нижегородской губернии такой декоративной доминантой являются две полурозетки веерообразного рисунка. Одна из них образует полуовальный выступ под проемом окна, другая – вписана в треугольный фронтон, венчающий наличник.

Чаще всего розетки вводятся в качестве одного из компонентов отделки оконных наличников, фризов и причелин. Из своеобразного сочетания в орнаментальном рисунке таких композиций розеток, аканта и других мотивов растительного декора ампира, деталей классических ордеров с фигурными элементами народной резьбы, как показывают экспонаты музейной коллекции, нередко рождаются оригинальные художественные образы. Наиболее показательна в этом отношении отделка фризов и верхней части оконных наличников. Своеобразие этих композиций во многом строится на декоративном понимании ордерных деталей – триглифов, иоников, гиматия, дентикулов, модульонов. Подобные мотивы приобретают в вольной творческой обработке резчиков вид сугубо орнаментальных элементов, в стилизованных формах которых лишь отдаленно угадывается ордерный первоисточник.
В 1870–1880-е годы происходит постепенное изменение стилистики архитектурного резного декора. Пластичность орнаментальных мотивов уступает место их плоскостно-графической разработке. Композиции утрачивают монументальную ясность построения, становятся дробными, насыщаются мелкими деталями. Элементы фигурной резьбы, среди которых особенно часто встречаются мотивы птицы сирин и стилизованных львов, обретают усложненность очертаний, как бы растворяясь в орнаментальном «кружеве». Эффект «ковровости» создается благодаря уплощенному, имеющему прямоугольное сечение рельефу резного декора, рисунок которого образует резкие светотеневые контрасты.

Перечисленные особенности ярко демонстрируют два замечательных оконных наличника первой половины 1880-х годов из собрания Музея архитектуры. Подобные окна носили наименование «светличных окон» или «чердачных слухов» и служили для освещения чердаков или рабочих помещений, устроенных под кровлей некоторых домов. Такие помещения благодаря значительному притоку света через большие окна, устраивавшиеся иногда не в одной, а в нескольких стенах комнаты, получили наименование «светелок». В Поволжье и некоторых других регионах сложился определенный тип «светелочного» наличника с характерными чертами конструкции и декоративной отделки. Такие наличники, как правило, имели трехчастную форму, в которой средний пролет выделялся вдвое большей шириной. Конструкция наличника включала разделявшие пролеты окна витые колонки, несущие верхнее завершение в виде фриза, увенчанного фронтоном. Количество колонок могло варьироваться от четырех до восьми. В центре фронтона делалось декоративное углубление, общий абрис которого напоминал по форме кокошник. Цокольная часть наличника, на которую опираются колонки, обычно имела вид трехчастной полочки, в середине которой вырезалась дата постройки дома или инициалы владельца. Конструкция подчинялась определенному пропорциональному строю. Так, например, высота капители колонок чаще всего составляла шестую или седьмую часть общей длины колонки, а высота фронтона равнялась трети его ширины[3].

Аналогичное декоративное оформление чердачных окон было распространено в этот период в убранстве крестьянских жилых домов отдельных регионов Владимирской губернии, а также юго-восточных уездов Нижегородской губернии, в частности Лысковского и Кстовского. Стилистика этих произведений, к кругу которых принадлежат и предметы из коллекции Музея, обнаруживает тяготение к художественной системе популярного в это время «русского стиля», варьирующего мотивы древнерусских орнаментальных и архитектурных форм. Эта стилевая близость наиболее заметна в разнообразной прорисовке витых колонок и килевидных ниш, превращенных в бочкообразные кокошники, в асимметрии и «ковровой» вязи резного орнамента. Фигурные элементы резьбы близко соотносятся с мотивами белокаменного резного декора владимиро-суздальских архитектурных памятников XII в.[4]

Музей располагает интересным образцом позднего варианта резной отделки жилого дома, относящимся к рубежу XIX–XX вв. В резной композиции венчающей части наличника окна в виде фронтона, опирающегося на кронштейны, прослеживаются новые технические приемы обработки дерева. Наряду с характерными для более раннего времени деталями глухой резьбы резчик использует здесь пропильные накладные элементы, изготовленные механическим способом. Механистичность исполнения неизбежно накладывает отпечаток на стилистику орнаментальных мотивов, утрачивающих неповторимое многообразие прорисовки и теплоту «рукотворности».
Ветряная мельница. XIX век. Село Вязенцы, Архангельская область. Макет В.И. Садовникова, 1984 г. Дерево, металл, опилки, песок, поролон, окраска, тонировка 28х31х27,8. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

В заключение хотелось бы отметить, что образцы, которыми располагает музейная коллекция, демонстрирует целый ряд интересных связей и взаимовлияний деревянной резьбы и каменного декора. Своеобразие осмысления роли ордерных элементов как составляющих декоративной системы фасадов выражалось в органичном включении классицистических мотивов в сложившуюся архитектонику сельской архитектуры и ее декоративного убранства. Живописность и сочная пластика «корабельной рези», изысканная графичность и неиссякаемое разнообразие орнаментики русской народной резьбы получает новую жизнь в авторских проектах архитекторов периода историзма и модерна.
 

[1] Детальный анализ типологии и конструкции крестьянского дома в связи с наружным резным декором: Красовский М.В. Деревянное зодчество. Спб., 2005. С. 25–47.
[2] Происхождению мотива «фараонок» и его художественной интерпретации в русском резном декоре XIX века см., в частности: Бибикова И.М. Монументально-декоративная резьба по дереву // Русское декоративное искусство. Т. 3. XIX – начало XX века. М., 1965. С. 196; Фараонки // Мифологический словарь. Гл. ред. Е.М. Мелетинский. М., 1990. Белова О.В. Фараонки // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. М, 2002.
[3] Анализ пропорционального строя, характерного для светелочных наличников: Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. М., 2000. С. 110.
[4] Исследователи отмечают тесную взаимосвязь таких популярных мотивов резного декора в русском деревянном зодчестве XIX века как изображения львов с процветшими хвостами и птицы сирин с иконографией белокаменных рельефов Дмитриевского собора во Владимире, а также Георгиевского собора в Юрьеве-Польском: Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву. М., 2000. С. 111; Бибикова И.М. Монументально-декоративная резьба по дереву // Русское декоративное искусство. Т. 3 . М., 1965. С. 187.
Колокольня церкви Воскресения, 1763– начало XIX в. (не сохранилась). Село Ракула, Холмогорский район, Архангельская област. Фото начала ХХ века. Из собрания Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева

24 Февраля 2016

Похожие статьи
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской Линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Вилкинсон и Мак Аслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Технологии и материалы
Навстречу ветрам
Glorax Premium Василеостровский – ключевой квартал в комплексе Golden City на намывных территориях Васильевского острова. Архитектурная значимость объекта, являющегося частью парадного морского фасада Петербурга, потребовала высокотехнологичных инженерных решений. Рассказываем о технологиях компании Unistem, которые помогли воплотить в жизнь этот сложный проект.
Вся правда о клинкерном кирпиче
​На российском рынке клинкерный кирпич – это синоним качества, надежности и долговечности. Но все ли, что мы называем клинкером, действительно им является? Беседуем с исполнительным директором компании «КИРИЛЛ» Дмитрием Самылиным о том, что собой представляет и для чего применятся этот самый популярный вид керамики.
Игры в домике
На примере крытых игровых комплексов от компании «Новые Горизонты» рассказываем, как создать пространство для подвижных игр и приключений внутри общественных зданий, а также трансформировать с его помощью устаревшие функциональные решения.
«Атмосферные» фасады для школы искусств в Калининграде
Рассказываем о необычных фасадах Балтийской Высшей школы музыкального и театрального искусства в Калининграде. Основной материал – покрытая «рыжей» патиной атмосферостойкая сталь Forcera производства компании «Северсталь».
Фасадные подсистемы Hilti для воплощения уникальных...
Как возникают новые продукты и что стимулирует рождение инженерных идей? Ответ на этот вопрос знают в компании Hilti. В обзоре недавних проектов, где участвовали ее инженеры, немало уникальных решений, которые уже стали или весьма вероятно станут новым стандартом в современном строительстве.
ГК «Интер-Росс»: ответ на запрос удобства и безопасности
ГК «Интер-Росс» является одной из старейших компаний в России, поставляющей системы защиты стен, профили для деформационных швов и раздвижные перегородки. Историю компании и актуальные вызовы мы обсудили с гендиректором ГК «Интер-Росс» Карнеем Марком Капо-Чичи.
Для защиты зданий и людей
В широкий ассортимент продукции компании «Интер-Росс» входят такие обязательные компоненты безопасного функционирования любого медицинского учреждения, как настенные отбойники, угловые накладки и специальные поручни. Рассказываем об особенностях применения этих элементов.
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Топ-15 МАФов уходящего года
Какие малые архитектурные формы лучше всего продавались в 2023 году? А какие новинки заинтересовали потребителей?
Спойлер: в тренды попали как умные скамейки, так и консервативная классика. Рассказываем обо всех.
Сейчас на главной
Пресса: Город на парках. Хабаровск: победа деревьев над советским...
Хабаровск — город, загадочный тем, что он очень хорош. По всему это должен быть понятный большой (больше 600 тыс. населения) город советской индустриализации, приметы таких хорошо известны: состоит в основном из больших заводов, растянутых вдоль транспортной артерии на расстояние, крайне затрудняющее жизнь (в данном случае — вдоль Амура на 40 км), промзоны наполовину или больше превратились в свалки металлолома, к ним примыкают военные части и микрорайоны хрущевок и брежневок, тут и там бараки, сараи и гаражи, в центре площадь Ленина. И главное — в Хабаровске все это есть. А ощущения героической неустроенности трудной жизни — нет.
Формулируй это
Лада Титаренко любезно поделилась с редакцией алгоритмом работы с ChatGPT 4: реальным диалогом, в ходе которого создавался стилизованный под избу коворкинг для пространства Севкабель Порт. Приводим его полностью.
Часть идеала
В 2025 году в Осаке пройдет очередная всемирная выставка, в которой Россия участвовать не будет. Однако конкурс был проведен, в нем участвовало 6 проектов. Результаты не подвели, поскольку участие отменили; победителей нет. Тем не менее проекты павильонов EXPO как правило рассчитаны на яркое и интересное архитектурное высказывание, так что мы собрали все шесть и будем публиковать в произвольном порядке. Первый – проект Владимира Плоткина и ТПО «Резерв», отличается ясностью стереометрической формы, смелостью конструкции и многозначностью трактовок.
Острог у реки
Бюро ASADOV разработало концепцию микрорайона для центра Кемерово. Суровому климату и монотонным будням архитекторы противопоставили квартальный тип застройки с башнями-доминантами, хорошую инсолированность, детализированные на уровне глаз человека фасады и событийное программирование.
Города Ленобласти: часть II
Продолжаем рассказ о проектах, реализованных при поддержке Центра компетенций Ленинградской области. В этом выпуске – новые общественные пространства для городов Луга и Коммунар, а также поселков Вознесенье, Сяськелево и Будогощь.
Барочный вихрь
В Шанхае открылся выставочный центр West Bund Orbit, спроектированный Томасом Хезервиком и бюро Wutopia Lab. Посетителей он буквально закружит в экспрессивном водовороте.
Сахарная вата
Новый ресторан петербургской сети «Забыли сахар» открылся в комплексе One Trinity Place. В интерьере Марат Мазур интерпретировал «фирменные» элементы в минималистичной манере: облако угадывается в скульптурном потолке из негорючего пенопласта, а рафинад – в мраморных кубиках пола.
Образ хранилища, метафора исследования
Смотрим сразу на выставку «Архитектура 1.0» и изданную к ней книгу A-Book. В них довольно много всякой свежести, особенно в тех случаях, когда привлечены грамотные кураторы и авторы. Но есть и «дыры», рыхлости и удивительности. Выставка местами очень приятная, но удивительно, что она думает о себе как об исследовании. Вот метафора исследования – в самый раз. Это как когда смотришь кино про археологов.
В сетке ромбов
В Выксе началось строительство здания корпоративного университета ОМК, спроектированного АБ «Остоженка». Самое интересное в проекте – то, как авторы погрузили его в контекст: «вычитав» в планировочной сетке Выксы диагональный мотив, подчинили ему и здание, и площадь, и сквер, и парк. По-настоящему виртуозная работа с градостроительным контекстом на разных уровнях восприятия – действительно, фирменная «фишка» архитекторов «Остоженки».
Связь поколений
Еще одна современная усадьба, спроектированная мастерской Романа Леонидова, располагается в Подмосковье и объединяет под одной крышей три поколения одной семьи. Чтобы уместиться на узком участке и никого не обделить личным пространством, архитекторы обратились к плану-зигзагу. Главный объем в структуре дома при этом акцентирован мезонинами с обратным скатом кровли и открытыми балками перекрытия.
Сады как вечность
Экспозиция «Вне времени» на фестивале A-HOUSE объединяет работы десяти бюро с опытом ландшафтного проектирования, которые размышляли о том, какие решения архитектора способны его пережить. Куратором выступило бюро GAFA, что само по себе обещает зрелищность и содержательность. Коротко рассказываем об участниках.
Розовый vs голубой
Витрина-жвачка весом в две тонны, ковролин на стенах и потолках, дерзкое сочетание цветов и фактур превратили магазин украшений в место для фотосессий, что несомненно повышает узнаваемость бренда. Автор «вирусного» проекта – Елена Локастова.
Образцовая ностальгия
Пятнадцать лет компания Wuyuan Village Culture Media Company занимается возрождением горной деревни Хуанлин в китайской провинции Цзянси. За эти годы когда-то умирающее поселение превратилось в главную туристическую достопримечательность региона.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Пресса: Набросок города. Владивосток: освоение пейзажа зоной
С градостроительной точки зрения самое примечательное в этом городе — это его план. Я не знаю больше такого большого города без прямых улиц. Так может выглядеть план средневекового испанского или шотландского борго, но не современный крупный город
Птица земная и небесная
В Музее архитектуры новая выставка об архитекторе-реставраторе Алексее Хамцове. Он известен своими панорамами ансамблей с птичьего полета. Но и модернизм научился рисовать – почти так, как и XVII век. Был членом партии, консервировал руины Сталинграда и Брестской крепости как памятники ВОВ. Идеальный советский реставратор.
Города Ленобласти: часть I
Центр компетенций Ленинградской области за несколько лет существования успел помочь сотням городов и поселений улучшить среду, повысть качество жизни, привлечь туристов и инвестиции. Мы попросили центр выбрать наиболее важные проекты и рассказать о них. В первой подборке – Ивангород, Новая Ладога, Шлиссельбург и Павлово.
Три измерения города
Начали рассматривать проект Сергея Скуратова, ЖК Depo в Минске на площади Победы, и увлеклись. В нем, как минимум, несколько измерений: историческое – в какой-то момент девелопер отказался от дальнейшего участия SSA, но концепция утверждена и реализация продолжается, в основном, согласно предложенным идеям. Пространственно-градостроительное – архитекторы и спорят с городом, и подыгрывают ему, вычитывают нюансы, находят оси. И тактильное – у построенных домов тоже есть свои любопытные особенности. Так что и у текста две части: о том, что сделано, и о том, что придумано.
В центре – полукруг
Бюро Atelier Delalande Tabourin реконструировало здание правительства региона Центр–Долина Луары в Орлеане. Главным мотивом проекта стали заданные планировкой зала заседаний полукруг и круг.
Башни в детинце
Жилой комплекс в Уфе, построенный по проекту PRSPKT.Architects, объединяет два масштаба: башни маркируют возвышенность и въезд в город, а малоэтажные корпуса соотнесены с контекстом и историей места, которое когда-то было обнесено крепостными стенами.
Золотое кольцо
Показываем работы трех финалистов конкурса на эскизный проект нового международного аэропорта Ярославля. Концепцию победителя планируют реализовать к 2027 году.
Энергия [пост]модернизма
В Аптекарском приказе Музея архитектуры открылась выставка Владимира Кубасова. Она состоит, по большей части, из новых поступлений – архива, переданного в музей дочерью архитектора Мариной, но, с другой стороны, рисунки Кубасова собраны по проектам и неплохо раскрывают его творческий путь, который, как подчеркивают кураторы, прямо стыкуется с современной архитектурой, так как работал архитектор всю жизнь до последнего вздоха, почти 50 лет.
Кристаллы и минералы
Архитектор Дмитрий Серегин, успевший поработать в Coop Himmelb(l)au MAD Architects , предлагает новый подход к реабилитационной архитектуре. С помощью нейросети он стирает грань между архитектурой и природой, усиливая целительное воздействие последней на человека.